Саудовско-эмиратские отношения в рамках интеграции стран ССАПГЗ

Одними из основных направлений своей внешней политики в последние годы Саудовская Аравия рассматривает курс на дальнейшее продвижение интеграционных проектов внутри Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ) под своим патронажем. Однако не все партнеры королевства по этой организации относятся с энтузиазмом к таким действиям Эр-Рияда. Особое противодействие саудовским планам по преобразованию ССАГПЗ в некую федеративную структуру встречают со стороны Султаната Оман и Объединенных Арабских Эмиратов.

Если рассмотреть в ретроспективе саудовско-эмиратские отношения за последние годы многие причины такого нежелания Абу-Даби идти навстречу предложениям Эр-Рияда по дальнейшее интеграции станут вполне очевидны. Стоит отметить, что отношения между двумя странами как в рамках ССАГПЗ, так и на двустороннем уровне, базировались не только на взаимном интересе, но также и на совпадении позиций по ряду ключевых региональных вопросов — БВУ, «иранское ядерное досье», борьба с терроризмом, вопросы безопасности и т.д. Кроме того, обе страны, исходя из общей региональной заинтересованности, зачастую выступают единым фронтом, отстаивая свою «заливную» линию на различных арабских, исламских и международных форумах. Принимая во внимание антииранскую направленность региональной политики Саудовской Аравии, ОАЭ в ее лице имеют твердого сторонника в деле возвращения эмиратских островов Абу-Муса, Большой и Малый Томб, оккупированных Ираном, о чем неоднократно заявлялось саудовцами на всех уровнях. В свою очередь, ОАЭ также поддержали решительно военные действия КСА против шиитских повстанцев-хуситов в районе саудовско-йеменской границы в 2009-2010 г.г. Причем ОАЭ подчеркивали свою особую обеспокоенность, что впервые после «Войны в Заливе» (1990-1991 гг.) одна из стран-участников ССАГПЗ и ближайший союзник ОАЭ, оказалась вовлеченной в полномасштабные боевые действия на своей территории.

Тем не менее, можно констатировать, что за последнее время наблюдаются четко фиксируемая тенденция роста противоречий и конфликтов в отношениях между Абу-Даби и Эр-Риядом. ОАЭ достаточно болезненно реагируют на стремление Саудовской Аравии полностью доминировать как в регионе, так и в рамках ССАГПЗ, рассматривая другие государства только в качестве своих безусловных сателлитов. По мнению некоторых аналитиков, такое недовольство Абу-Даби «имперской» политикой Эр-Рияда связано, прежде всего, с «конфликтом элит», т.е. с ростом амбиций «второго поколения» эмиратских правителей, которые не желают мириться с прежним status quo, как это было при шейхе Зайеде бин Султане Аль Нахайяне (Zayed bin Sultan Al Nahyan). Эмиратцы справедливо полагая, что их страна, достигнув значительных успехов в сфере экономики и наработав достаточно солидный политический капитал, имея значительный престиж в мировом сообществе, а также превратившись в крупнейший финансовый центр в Заливе, уже не вправе оставаться на вторых ролях в ССАГПЗ. Тем более, за последние годы в двусторонних отношениях между КСА и ОАЭ накопился небольшой груз проблем, которые требуют скорейшего урегулирования на основе взаимного компромисса, если Эр-Рияд действительно желает реальной интеграции членов ССАГПЗ.

Напомним, что одним из главных разногласий между ОАЭ и КСА стало решение о размещении Центрального банка ССАГПЗ в Эр-Рияде в 2009 г., когда саудовцы «перехватили» первоначальную эмиратскую инициативу о размещении его в Абу-Даби. В результате этого эмиратцы дистанцировались от планов введения единой валюты ССАГПЗ, а также присоединения к единому валютному союзу в будущем. Одной из причин отказа от участия ОАЭ в подобных планах президент Центрального банка ОАЭ Насер аль-Сувейди (Nasser al-Suweidi) назвал отсутствие механизма, который обеспечивал бы «постепенное принятие расчетной единицы странами ССАГПЗ в течение соответствующего периода времени, чтобы проверить свою валютно-финансовую политику и оценить, что может быть изменено перед введением ее в экономику, а также ее влияние на банковские системы ССАГПЗ». Несмотря на высказывавшиеся ожидания и прогнозы, что возможно ОАЭ, как и Оман изменят свою позицию и в какой-то момент присоединятся к валютному союзу, который планируется создать в 2015 г., особой реакции на неоднократные предложения со стороны ОАЭ не последовало. По мнению экспертов саудовской финансово-инвестиционной консультационной компании «Jadwa»: «Между правительствами ССАГПЗ по-прежнему имеют место расхождения в отношении введения общей валюты. Вопреки всеобщему мнению о том, что всемирный финансовый кризис должен был, казалось бы, ускорить процесс создания экономического, политического и оборонного альянса и способствовать слиянию денежных систем, он, наоборот, препятствует этому процессу». Кроме того, совершенно очевидно, что из-за нежелания ОАЭ участвовать в этом проекте возникают вопросы в его целесообразности, т.к. вторая по экономическому потенциалу страна-участник ССАГПЗ (доля ОАЭ в экономике ССАГПЗ составляет около 25%, а Саудовской Аравии около 50%) отказалась в нем участвовать.

Помимо этого, оставались неурегулированными некоторые вопросы паспортного режима, связанного со свободным пересечением саудовско-эмиратской границы, когда в 2010 г., граждане ОАЭ, а также рабочие-мигранты с эмиратскими ID-картами имели проблемы при въезде в КСА. Эмиратцы достаточно жестко отреагировали на такие действия Эр-Рияда, не только обвиняя саудовцев в плохой организации и низкой пропускной эффективности пунктов пограничного контроля, но и в постоянных бюрократических препонах, намеренно чинимых со стороны саудовских властей. Эмиратцы с сожалением констатировали, что надежды на «шенгенскую зону» на пространстве ССАГПЗ для граждан этих стран не оправдались и главным образом по вине Эр-Рияда. Как полагают, одной из причин такого поведения саудовцев явилось изображение карты ОАЭ на эмиратских ID, которая по заявлению Эр-Рияда «не соответствует соглашению о границе между государствами от 1974 г.», где 25-километровая полоса «Хор Аль-Одейд» (Khawr al-Udayd), связывающая ОАЭ с Катаром, представлена как эмиратская территория. Напомним, что эмиратцы не согласны с положениями этого договора по решению территориального спора между КСА и ОАЭ, формально мотивируя тем, что он не был ратифицирован Федеральным Национальным Советом и поэтому не обязателен для выполнения. По некоторым источникам официальная делегация из Эр-Рияда посетила в конце июня 2010 г. Абу-Даби с целью оказания давления на эмиратцев признать законность всех саудовских притязаний. Кроме того, как полагают, саудовцы еще пытались таким способом как-то отрегулировать приток нелегальной рабочей силы на ее территорию с эмиратскими ID-картами. Таким образом, между КСА и ОАЭ имел место очередной этап «войны географических карт», который уже наблюдался в 2006 г. Заметим, что территориальные претензии эмиратцев включают также крупное нефтяное месторождение аш-Шайба, которое расположено примерно в 10 км от границы Саудовской Аравии и эмирата Абу-Даби. Несколько лет назад в ОАЭ была опубликована карта, на которой граница эмирата Абу-Даби была продлена до Руб-эль-Хали и включала до 80% территории этого месторождения. Возможно, причиной этого стали претензии семьи Аль Нахайян на свои древние «родовые» земли, т.к. месторождение лежит в 40 км от оазиса Лива (Liwa), из которого происходит правящая семья, имевшая там свою резиденцию вплоть до 1793 г., когда столица эмирата была перенесена в поселение Абу Даби. Аналитики полагают, что эмиратцы приняли решение об изменениях в официальные карты из-за желания подчеркнуть, что рассматривает все упомянутые территории как неотъемлемую часть эмирата Абу-Даби, владение которыми они рассматривают как свое законное право и не может быть предметом переговоров.

В этом контексте следует рассматривать небольшой пограничный конфликт, который имел место в конце марта 2010 г., когда катер береговой охраны ОАЭ обстрелял патрульный саудовский военный катер около Хор аль-Одейд (Khawr al-Udayd). Инцидент произошел в треугольнике между Абу-Даби, Катаром и Саудовской Аравии. Эр-Рияд неоднократно заявлял свои права на этот участок, через который из Катара в ОАЭ проходит стратегически важный газопровод «Dolphin». В результате таких действий получили ранение двое саудовских военнослужащих, весь экипаж был взят в плен. Судно было задержано, а команда находилась под арестом несколько дней, а затем была передана саудовскому посольству в Абу-Даби; никаких официальных комментариев с обеих сторон не последовало.

Однако в отношении событий «арабской весны» эмиратские оценки не отличались кардинальным образом от саудовских. ОАЭ поддержали действия Саудовской Аравии относительно подавления протестных акций и беспорядков в Бахрейне в марте 2011г., отправив из-за опасения «роста иранского влияния» «по приглашению правительства Бахрейне» 500 человек из подразделений спецслужб, которые составили вместе с 1200 саудовскими военнослужащими военный контингент в рамках Объединенных вооруженных сил) ССАГПЗ «Щит полуострова». Хотя до этого ОАЭ не проявляли особой активности в такой форме сотрудничества, что неоднократно вызвало недовольство со стороны КСА, когда саудовские представители во время встреч акцентировали свое внимание на то, что многие основные положения плана «Щит полуострова» (1982 г.) до сих пор не были реализованы.

Тем не менее, процессы интеграции, заторможенные в 2008 г. в связи с мировым экономическим кризисом, а в 2011 году по причине событий «арабской весны», были вновь реанимированы Эр-Риядом, когда на очередном 32-омсаммите глав государств ССАГПЗ в декабре 2011 г. король Абдалла выступил с инициативой о преобразовании этой организации в полноценный «Союз Залива» (Gulf Union), предложив в качестве политической модели Европейский союз. Первый пункт «Эр-Риядской декларации» принятой на этом саммите гласил: «Принятие инициативы Хранителя двух Святынь перейти от стадии сотрудничества к стадии союза, так чтобы государства ССАГПЗ составляли единое целое для достижения блага и отражения зла в ответ на чаяния граждан государств ССАГПЗ и вызовов, стоящих перед ними». Несмотря на то, что там стояла подпись Вице-президента ОАЭ, правителя Дубая, Мухаммеда Аль Мактума, как полагали аналитики, именно ОАЭ вместе с Оманом, а также Кувейтом выдвинули наиболее серьезные возражения против саудовского предложения. Отмечалось, что эмиратцам не совсем был ясен механизм превращения ССГАПЗ в «единое целое», а также формы взаимоотношения внутри такого союза, особенно на фоне ряда неурегулированных споров, как политического, так и экономического характера.

Эмиратская пресса достаточно сдержанно отреагировала на все саудовские инициативы. Интересно, что сомнения в способах такой интеграции высказывались даже в саудовской прессе. Генеральный директор канала «Аль-Арабия» и политический аналитик  Абдель Рахмана Ар-Рашид (Abdul Rahman Al-Rashed) на страницах «Араб Ньюз» задался вопросом — насколько подобная унификация коснется социальных, политических, культурных и религиозных различий каждой из стран ССАГПЗ. Относительно ОАЭ он заметил, не повлечет ли объединение сворачивание такой важной статьи дохода ОАЭ как туризм и гостиничный бизнес, будут ли запрещены некоторые социальные свободы (например, разрешение на вождение автомобиля женщинами и др.), а также будет ли применена консервативная и религиозная система образования как в КСА?

Кроме того, Эр-Рияд всегда выражал свое недовольство теми связями, которые выстраивались между ОАЭ и ИРИ, особое беспокойство вызвали, прежде всего, отношения Тегерана с Дубаем. Вопрос особенно обострился в связи с постоянным усилением международного режима санкций в отношении Ирана. Несмотря на присоединение к нему ОАЭ, Дубай автономно старался проводить прагматичную политику с учетом не только географической близости, но и многоплановых торгово-экономических отношений. Например, по данным ««Iranian Business Council» в Дубае на текущее время зарегистрировано около 8 тыс. иранских компаний. Кроме того, приходится учитывать и наличие очень большой иранской диаспоры, т.к. по некоторым  данным этнические иранцы составляют около 10% от 2 млн населения Дубая. Однако Иран сам давал часто повод для ОАЭ, чтобы «скорректировать» с ним свои отношения. Например, посещение президентом М. Ахмадинеджадом в апреле с. г. одного из спорных островов в Абу-Даби посчитали провокационным, назвав «грубым нарушением» своего суверенитета, и даже отозвали своего посла из Тегерана «для консультаций». Такой демарш Тегерана предоставил хорошую возможность саудовцам «ненавязчиво» снова предложить эмиратцам более тесное сотрудничество в рамках ССАГПЗ. Наследный принц Найеф, выступая на встрече министров внутренних дел ССАГПЗ в Эр-Рияде в мае с. г., заявил: «Мы подчеркиваем, что Саудовская Аравия и остальные страны ССАГПЗ стоят в единой линии с Бахрейном и ОАЭ, чтобы защитить суверенитет и стабильность, рассматривая их безопасность частью безопасности всего Совета».

Впоследствии стало очевидно, что подобные заявления не носят исключительно декларативный характер, а демонстрируют реальные планы Эр-Рияда по преобразованию ССАГПЗ в некий более тесный военно-политический союз, в котором безусловное лидерство он рассматривал исключительно за собой. Первым таким шагом по саудовскому сценарию явилось бы создание союзного государства КСА и Королевства Бахрейн, этому было посвящено состоявшееся в мае 2012 г. в Эр-Рияде консультативное заседание глав государств ССАГПЗ. В отличие от «энтузиазма» Бахрейна ОАЭ не испытывали столь явно выраженного оптимизма относительно такого поворота, прежде всего из-за опасения, что образование такого «союзного государства» на деле означает фактический «аншлюс» Бахрейна, даже раздавались голоса о растущем «саудовском империализме». Признаком наличия серьезного противодействия со стороны государств-участников ССАГПЗ, как правильно было подмечено, явилось отсутствие вопреки сложившейся традиционной процедуре заключительного документа после подготовительного заседания министров иностранных дел стран ССАГПЗ, которое состоялось накануне. Кроме того, по итогам саммита один из представителей ОАЭ на условиях анонимности сказал, что «ОАЭ не примет единую страну охватывающую союз, т.к. этот вопрос должен быть более четко проработан» На вопрос считает ли он, что в конечном итоге союз будет иметь место, он ответил: «Давайте просто скажем, что это займет больше времени». Эту мысль продолжил один из западных дипломатов: «ОАЭ может быть не столь заинтересованы в сильном союзе, поскольку они опасаются доминирования в нем Саудовской Аравии».

Тем не менее, в выступлениях официальных представителей ОАЭ не было заявлено о несогласии с идеей такого союза в столь резкой форме, как это сделал министр иностранных дел Омана Юсуф бин Алави бин Абдалла (Yousuf Bin Alawi Bin Abdullah). В июне с. г. в интервью для оманской газеты «аль-Ватан» накануне встречи министров иностранных дел ССАГПЗ в Джидде, отвечая на вопрос одного из журналистов, он заявил, что нет никакого союза, а также комиссии по изучению данного проекта (имелась ввиду комиссия из 12 экспертов по два представителя от каждой страны, о создании которой объявил ранее генсек ССАГПЗ Абдель Латыф аз-Зияни), добавив, что «этот союз существует сейчас только среди журналистов». Однако некоторые эмиратские политологи не согласились с таким категоричным заявлением о конце самой идеи союза. Например, профессор политологии Абдель Халик Абдалла (Abdul Khaleq Abdullah) из Дубая в свое микроблоге в «Твиттере» отметил: «Этот проект, направленный на формирование Союза Залива жив и обсуждается в настоящее время активно на самом высоком уровне во многих столицах государств Персидского залива», косвенно подтвердив, что ОАЭ продолжают участвовать в работе вышеупомянутой комиссии. Кроме того, обсуждение вопроса о будущем ССАГПЗ имело место в октябре с.г. в Абу-Даби, где состоялось заседание специального форума в рамках клуба «Аль-Иттихад» с участием экспертов из стран ССАГПЗ и других государств. Во время дискуссии возобладало мнение, что наилучшей формой такого союза явилось бы конфедеративное устройство: «Лучшим ответом на эти проблемы является предлагаемая формула союза по формуле конфедерации, когда каждый субъект сохраняет, свои особенности, а не слияние по формуле федерации, которая сталкивается со многими препятствиями». Об этом же в принципе заявлял еще ранее Теодор Карасик (Theodore Karasik) из «Institute for Near East and Gulf Analysis» в Дубае, что «каким бы образом ни продвигалось реформирование ССАГПЗ, принципиальной задачей будет выработка единой военной стратегии», а также, что «экономика не может быть краеугольным камнем такого союза, поскольку у каждого из этих государств – собственные экономические интересы и приоритеты».

Однако в области военного сотрудничества между эмиратцами и саудовцами также существуют нерешенные вопросы. Прежде всего, это затянувшийся спор о местонахождении штаба командования единой ПРО ССАГПЗ, о создании которой страны пришли к соглашению в апреле 2012 г. ОАЭ упорно хотят «отыграть» эту карту у Саудовской Аравии, т.к. считают, что затратили за последние 4 года на нее немалые средства — около 12 млрд долл. США. В начале 2012 г. Пентагон объявил и о заключении с ОАЭ контракта на поставку модернизированных пусковых установок для системы ПРО THAAD (Terminal High Altitude Area Defense) стоимостью в 2 млрд долл. США. Американцы также заинтересованы, чтобы вопрос был решен в скорейшее время, т.к. в данном случае, как считает военный аналитик Мустафа Алании (Mustafa Alani) из «Gulf Research Center»: «Речь идет не только о доверии между государствами Персидского залива, но и о доверии американцев». Кроме того, по мнению своих американских союзников, нерешенность этого вопроса значительно снижает эффективность всей ПРО, которую предполагается задействовать в случае начала военных действий против Ирана.

Тем не менее, по результатам 125 ой встречи министров иностранных дел ССАГПЗ, которая состоялась 7 ноября 2012 г. в Манаме, можно сделать вывод, что идея единого союза опять была отложена на неопределенное время. Как сказал во время итоговой пресс-конференции министр иностранных дел Бахрейна шейх Халид бин Ахмед аль-Халифа (Khalid bin Ahmad bin Mohammad Al Khalifa): «Перед Генеральным секретариатом ССАГПЗ была поставлена задача — изучить все представленные точки зрения и комментарии к ним. Имеются несколько вариантов, которые будут рассмотрены, когда придет время. Этот вопрос не включен в перечень вопросов для обсуждения во время саммита ССАГПЗ в Бахрейне, которые состоится 24-25 декабря с.г. в Бахрейне». Кроме того, он добавил, что о создании такого союза может быть скоро объявлено на внеочередном саммите ССАГПЗ в Эр-Рияде.

Таким образом, эмиратцы, продолжая проводить совместную политику с саудовцами по многим направлением, все же не желают становиться сателлитом КСА и отказываться от части своего суверенитета даже в свете иранской угрозы и арабских революций. ОАЭ вполне осознают, что предлагаемое объединение по саудовской модели может привести фактически к полному доминированию Саудовской Аравии во всех сферах. Кроме того, возникают серьезные вопросы о форме существования ОАЭ в рамках такого будущего союза, т.к. это государство, в отличие от других унитарных государств ССАГПЗ, уже само по себе построено по федеративному принципу. Не может ли произойти так, что при определенных условиях некоторые эмираты под влиянием тех или иных сил выразят желание войти в состав Союза Залива в качестве уже самостоятельных субъектов, наподобие того как сейчас это происходит с Каталонией и Шотландией, добивающихся  независимости от Мадрида и Лондона и полноправного членства в ЕС. Конечно, несмотря на все существующие разногласия между Абу-Даби и Эр-Риядом, их отношения нельзя назвать конфронтационными. Несомненно, что для ОАЭ Саудовская Аравия останется влиятельным региональным соседом и партнером, с интересами которого им придется считаться в рамках прежнего ССАГПЗ или уже обновленного Союза Залива.

42.94MB | MySQL:92 | 2,332sec