Состояние и перспективы иранской ядерной программы

Вторая победа Барака Обама на президентских выборах не могла привести в изменению внешнеполитического курса Соединенных Штатов по отношению к Исламской Республике Иран (ИРИ). Конечно, со стороны США была высказана инициатива провести прямые американо-иранские переговоры, но она не была своевременной. Иранское руководство не пожелало встречаться с представителями уже уходящей администрации, а процесс выдвижения ее новых ключевых фигур только начнется после инаугурации, которая состоится в конце января 2013 г. С учетом того, что демократам удалось сохранить в Сенате США большинство, процесс утверждения своего ближайшего окружения для Барака Обамы не должен создать серьезных проблем. Этот процесс (только в отношении ключевых фигур), скорее всего, закончится в марте следующего года, что позволит администрации США начать полноценную работу. Оставшееся до этого время будет потрачено на анализ сложившейся ситуации, в том числе по иранской ядерной проблеме, и выдвижение предложений по корректировке внешнеполитического курса.

Учитывая вышеизложенное, в ближайшие месяцы маловероятно выдвижение новых инициатив со стороны США по разрешению иранского ядерного кризиса. При этом не исключается проведение переговоров «шестерки» (пять постоянных членов Совета Безопасности ООН и Германия) международных посредников по этой проблеме. Однако очевидна их безрезультативность ввиду неготовности Запада к реальному компромиссу. Более благоприятные условия для таких переговоров возникнут к осени 2013 г., когда в Вашингтоне и Брюсселе поймут, что с Тегераном бесполезно говорить путем ультиматумов. Сейчас же на Западе царит излишняя эйфория по поводу вводимых против Ирана односторонних финансово-экономических санкций.

В тот период, когда реальные переговоры с Ираном по ядерной программе, по сути, прерваны, особое значение приобретают оценки текущего состояния и ближайших перспектив развития указанной программы. Они могут быть получены на основе доклада генерального директора Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ) от 16 ноября 2012 г.

В настоящее время ИРИ располагает 16 ядерными объектами, большинство который задействованы в урановой программе. В частности, на месторождении Гчин вблизи Бендер-Аббаса в провинции Хормозган ведется добыча природного урана. Руды этого месторождения достаточно богаты по содержанию урана (от 0,2 до 0,5%) и находятся вблизи поверхности. Здесь же построено предприятие, где планируется ежегодно производить 24 т уранового концентрата.

С весны 2004 г. в Исфахане действует завод по конверсии урана, где производится гексафторид урана (это является подготовительной стадией при центрифужном способе обогащения урана). На этом предприятии получено 550 т гексафторида урана, из которых 99 т направлено на предприятие по обогащению урана в Натанзе. Здесь также  выпускаются некоторые побочные продукты, включая диоксид урана, который служит материалом для производства ядерного топлива.

В Исфахане действует комплекс по производству ядерного топлива для реакторов различного типа. В ходе проведенных на этом комплексе работ иранским специалистам удалось получить десять топливных элементов, содержащих уран со степенью обогащения 20% (по урану-235), четыре топливный элемента с ураном, обогащенным до 3,3%, и пять таких элементов на основе природного урана.

Среди иранских ядерных объектов особое значение имеют предприятия по обогащению урана в Натанзе и Фордо. Помимо этого существует экспериментальное предприятие, на котором уран дообогащается до 19,8% (такой уран еще считается низкообогащенным). Там же осуществляется тестирование газовых центрифуг новых типов.

К 10 ноябрю 2012 г. на предприятии по обогащению урана в Натанзе было установлено 61 каскад в составе 10414 газовых центрифуг первого поколения малой мощности (Р-1, иранское название – IR-1). Помимо этого готовятся к установке еще 28 каскадов центрифуг Р-1. На другом предприятии по обогащению урана в Фордо установлено 16 каскадов в составе около 2784 центрифуги Р-1.

В период с февраля 2007 г. по ноябрь 2012 г. в каскады центрифуг предприятия по обогащению урана в Натанзе было подано 85 т 644 кг гексафторида урана, что позволило получить 7611 кг гексафторида урана, обогащенного до 5% по урану-235. За три последних месяца количество такого материала увеличилось на 735 кг. Процесс обогащения урана продолжается и по настоящее время. При сохранении нынешних темпов производства обогащенного до 5% гексафторида урана к декабрю 2014 г. Тегеран будет иметь 13,5 т. такого ядерного материала, что достаточно для производства (после дообогащения) тринадцати ядерных боезарядов на основе оружейного урана.

Часть указанного материала поступила на расположенное в Натанзе  экспериментальное предприятие и аналогичное производство в Фордо. В результате было накоплено 233 кг гексафторида урана, обогащенного до 20%, из которых 96 кг (41%) пошло на производство ядерного топлива для Тегеранского исследовательского реактора. Это затрудняет оценку возможного количества гексафторида урана со степенью обогащения 20% по урану-235 в ближайшей перспективе. Но несомненно, что масштабы дообогащения урана на предприятии в Фордо будут расти. В этом случае к декабрю 2014 г. Иран будет иметь свыше 500 кг указанного ядерного материала. По оценкам Международного института стратегических исследований в Лондоне, для производства одного ядерного боезаряда на основе оружейного урана нужно дообогатить 172 кг гексафторида урана, обогащенного до 20%.

Следует учитывать, что наработка оружейного урана на основе обогащенного до 3,5% будет в семь раз быстрее, чем при использовании в качестве исходного материала природного урана. Если же начинать обогащение с 20%, то этот процесс будет в пять раз быстрее, чем при обогащении с уровня 3,5%.

Иранское руководство неоднократно заявляло, что наработка обогащенного до 5% урана обусловлена необходимостью производства ядерного топлива для легководных энергетических реакторов, а обогащенного до 20% — для исследовательских реакторов. Однако ныне действует только один энергетический реактор в Бушере, для которого Россия обязалась поставлять ядерное топливо в период всего срока его эксплуатации. Существуют планы строительства одно-двух энергетических и четырех-пяти исследовательских реакторов (официальная цель последних – производство радиоизотопов для медицинских целей), которые на практике не реализуются.

Следовательно, в ИРИ отсутствуют серьезные причины для продолжения процесса обогащения урана, что может привести к созданию ядерного оружия. Однако такие причины могут быть созданы искусственно путем, например, имитации строительства атомной подводной лодки (АПЛ). О таком намерении в середине июня 2012 г. заявил заместитель командующего Военно-морскими силами ИРИ адмирал Аббас Замини. В начале октября это подтвердил заместитель председателя комитета по внешней политике и национальной безопасности меджлиса (парламента) ИРИ Мансур Хакикатпур.

На самом деле даже в среднесрочной перспективе Иран не может самостоятельно построить АПЛ. Во-первых, для этого нужно иметь опыт в создании хотя бы исследовательских ядерных реакторов. А такого опыта у иранцев нет.

Во-вторых, с помощью Северной Кореи в Иране освоили производство только дизельных малых подводных лодок типа «Гадир» водоизмещением около 500 т. На кораблях такого типа невозможно разместить ядерную энергетическую установку ввиду массово-габаритных ограничений и необходимости обеспечения физической защиты экипажа от смертоносного радиоактивного излучения. Как следствие первая советская атомная подводная лодка проекта 627 «Ленинский комсомол», принятая на вооружение в 1957 г. и неспособная нести баллистические ракеты, имела подводное водоизмещение 4750 тонн.

В-третьих, процесс создания инфраструктуры, необходимой для обслуживания атомных подводных лодок и их утилизации после окончания сроков эксплуатации, требует значительных финансовых средств.

Исходя из этого можно сделать вывод, что иранцы не только будут продолжать процесс дообогащения урана (с 3,5 до 20%), но и рассматривают возможность дальнейшего повышения его степени обогащения. При этом следует учитывать, что водо-водяные реакторы атомных подводных лодок первого и второго поколения применяли ядерное топливо со степенью обогащения 21%, а АПЛ третьего поколения – 43–45%. Ядерные энергетические установки с жидкометаллическим теплоносителем вообще использует ядерное топливо с обогащением 90% (по сути, это уран оружейного качества).

В настоящее время темпы реализации в ИРИ плутониевой программы достаточно ограничены. Так, с сентября 2004 г. в Араке строится исследовательский тяжеловодный реактор IR-40 мощностью 40 МВт, который сможет нарабатывать ежегодно 9 кг плутония. 10 ноября 2012 г. Иран предоставил инспекторам МАГАТЭ доступ к этому реактору. В ходе этой инспекции выявлено, что строительство необходимых зданий почти завершено, смонтированы контуры теплоносителя и замедлителя. По мнению иранских специалистов, эксплуатация исследовательского реактора IR-40 начнется в первом квартале 2014 г.

Строящийся ядерный реактор уже обеспечен как ядерным топливом, так и тяжелой водой. Для этого в 2006 г. в Араке был запущен завод по производству тяжелой воды, а к февралю 2009 г. завершена установка технологической линии по производству соответствующих таблеток из природного урана и сборке из них топливных стержней. В то же время Иран до сих пор не обладает производственными мощностями для регенерации облученного (отработанного) ядерного топлива и выделения плутония в промышленных масштабах. Учитывая возможную военную направленность этих проектов, совет управляющих МАГАТЭ в ноябре 2006 г. наложил запрет на предоставление Ирану технической помощи в их реализации. Помимо этого у инспекторов МАГАТЭ имеются сомнения в иранском происхождении шестисот 50-литровых емкостей тяжелой воды, которые хранятся в Исфахане. Эти сомнения усилились после того, как им запретили взять соответствующие пробы для последующего анализа.

В соответствии с ноябрьским (2012 г.) докладом генерального директора МАГАТЭ, у агентства не появилось каких-то новых подозрений в том, что ИРИ проводит военно-прикладные исследования в ядерной области. В частности, МАГАТЭ по-прежнему настаивает на проведении инспекции военного объекта в Парчине, где, по западным данным, проводились испытания нейтронного инициатора (детонатора) для атомной бомбы. Однако этот объект никогда не заявлялся Ираном как ядерный. В рамках действующего Соглашения с МАГАТЭ о применении гарантий и отказа от добровольного выполнения Дополнительного протокола (1997 г.) к нему Иран не обязан предъявлять этот объект для инспекций.

Другие требования к Ирану со стороны МАГАТЭ носят больше формальный характер. Они мало связаны с его текущей ядерной деятельностью, а их невыполнение не может свидетельствовать о принятии Тегераном решения о создании ядерного оружия.

В тоже время, очевидно наращивание ядерного потенциала ИРИ. Всего за три месяца на предприятии по обогащению урана в Натанзе было дополнительно установлено 991 газовых центрифуг Р-1, а на аналогичном предприятии в Фордо – 644 центрифуги указанного типа. Темпы ежемесячного производства урана со степенью обогащения 5% составляют 245 кг, до 20% — 14 кг. При отсутствии явной потребности в накоплении такого ядерного материала (в интересах Тегеранского исследовательского реактора эта задача уже решена) у многих возникают обоснованные опасения в истинных целях реализации иранской ядерной программы.

Таким образом, нынешнее состояние ядерной программы ИРИ вызывает серьезную тревогу у международного сообщества. Но это не создает непосредственной военной угрозы даже для близлежащих государств. В близлежащей перспективе такое положение, скорее всего, сохранится, что требует активизации усилий по дипломатическому разрешению иранского ядерного кризиса.

35.39MB | MySQL:67 | 0,812sec