Афгано-пакистанские переговоры в Лондоне

4 февраля в поместье британского премьера Кэмерона «Чекерз» к северу от Лондона состоялся третий раунд афгано-пакистанских переговоров по вопросам безопасности (первые два состоялись в прошедшем году в Кабуле и Нью-Йорке соответственно). Президент Афганистана Хамид Карзай и президент Пакистана Асиф Али Зардари в подобных переговорах уже принимали участие, и это не слишком помогало ходу мирного процесса, как его называют на Западе. «Мирный процесс» – это не что иное, как вывод войск НАТО из Афганистана вследствие военного поражения и попытка договориться о мире с движением «Талибов» (ДТ). Талибы не слишком спешат с переговорами, так как время работает на них.

Страны Запада попыткам договориться хоть с талибами, хоть с соседями Афганистана придают большее значение, так как это единственная возможность сохранить лицо. Доказательством этого служит то, что каждые последующие консультации на высшем уровне привлекают все большее число участников – в частности, в первый раз в подобной встрече вместе с главами государств участвовали сразу министры обороны, иностранных дел и главы разведывательных органов.

Как известно, все или почти все иностранные военнослужащие должны быть выведены из Афганистана к концу следующего года. Вопрос того, сколько американских или каких-либо еще западных военнослужащих должно остаться в стране, еще обсуждается, хотя ни у афганского, ни у американского правительства нет заинтересованности в полном выводе войск.

На последовавшей вслед за трехсторонними переговорами пресс-конференцией Кэмерон в присутствии Карзая и Зардари заявил, что между Афганистаном и Пакистаном достигнут «беспрецедентный уровень сотрудничества». Он также призвал  талибов принять участие в переговорах, которые «приведут к такому будущему, при котором все афганцы независимо от своих убеждений смогут принять участие в мирном политическом процессе»[i].

Проходящие за последние месяцы переговоры не получают широкого освещения в СМИ, однако, по всей вероятности страны Запада прикладывают большие усилия к тому, чтобы они привели к нужному результату. Следует признать, что отчасти они этого достигли. По некоторым почти невидимым признакам можно судить, что афгано-пакистанские отношения сейчас находятся на подъеме, а один из явных признаков этого – отсутствие в течение длительного времени взаимных обвинений Карзая и Зардари.

Вашингтон заодно с Лондоном проводят большую работу для задабривания участников афганской кампании – не только Пакистана, но и талибов. За последнее время из тюрем было выпущено значительное число функционеров ДТ, и, возможно, в ближайшее время на свободу выйдет мулла Берадар[ii], которого в западных СМИ упорно называют «Барадар» и который в свое время являлся вторым человеком в иерархии ДТ. Возможно, единственное, что не позволяет сделать это теперь – непредсказуемые пропагандистские последствия такого шага.

По всей видимости, руководство Пакистана не желало бы повторения ситуации с выводом советских войск в 1989 году, в результате чего спустя некоторое время Афганистан оказался в руках враждебных правительству сил. Помимо экстремистов разного толка, применительно к Исламабаду «враждебные силы» также означает Индию. Давний и мало оправданный страх пакистанцев – это попадание Афганистана под влияние Нью-Дели. Как считает английский журналист пакистанского происхождения Ахмед Рашид, именно этот фактор в свое время привел к зарождению ДТ, которое отчасти и было создано пакистанской Межведомственной разведкой (ISI)[iii].

Также пакистанцы хотели бы обезопасить свою границу в районе провинции Белуджистан, а также и всю границу в целом, и договориться с Кабулом о проведении совместных военных операций против боевиков, угрожающих безопасности какой-либо из двух стран[iv].

Министр иностранных дел Великобритании У.Хейг заявил по этому поводу, что цель переговоров состоит в «помощи обоим государствам в деле развития более тесного сотрудничества в общих интересах для обеспечения безопасного будущего»[v]. То, что главы двух государств по крайней мере договорились работать совместно для выработки таких общих решений в контексте вывода иностранных войск уже позволяет говорить о том, что переговоры были успешны. Недоверие между Исламабадом и Кабулом по-прежнему имеет место, поэтому даже скромные успехи можно назвать удачей.

Официальный Кабул изо всех сил подталкивает Вашингтон, чтобы тот согласился выпустить на свободу муллу Берадара – вслед за многими другими, в т.ч. высокопоставленными, талибами. Афганский президент отчетливо понимает, что именно с такими муллами ему придется иметь дело после 2014 года, а полагаться на американцев можно будет все меньше и меньше.

Любопытно, что Хамид Карзай начал избегать ругательства в адрес бывших коммунистических властей Афганистана, что ранее он позволял себе неоднократно. Отчасти это связано с исторической памятью афганцев, которые по-прежнему считают коммуниста Наджибуллу лучшим правителем страны за многие десятилетия. Однако, как представляется, главная причина другая: Карзай понимает – после 2014 года связи между Афганистаном и Россией объективно будут только укрепляться, поэтому Наджибулла как друг нашей страны для нынешних афганских властей уже не так плох, как прежде.

[i]           См. www.bbc.co.uk – 4 февраля 2013 года.

[ii]           «Брат» на языке дари

[iii]          См.: Ahmed Rashid. Taliban: Oil, Militant Islam and Fundamentalism in Central Asia, 2000.

[iv]          www.bbc.co.uk – 4 февраля 2013 года.

[v]           См.: там же.

42.73MB | MySQL:92 | 0,995sec