Ситуация в Мали: январь 2013 г.

Как правило, войны начинаются неожиданно. Именно так случилось в Мали, где военное вмешательство африканского контингента с целью освобождения захваченного исламистами из «Аль-Каиды в странах исламского Магриба» /АКМ/, «Движения за единство и джихад в Западной Африке» /ДЕДЗА/ и «Ансар ад-дин» севера страны ожидалось в сентябре – октябре 2013 г. Однако события развивались намного быстрее, чем это могли предположить африканские военные. 10 января до 1200 боевиков-исламистов захватили населенный пункт Конна в центральной части страны, начав таким образом наступление в направлении на юг с очевидной целью поставить под свой контроль всю территорию Мали до ввода в эту страну африканского контингента. Захвату Конны предшествовали несколько дней боев, в них стороны понесли неизбежные потери, о которых они предпочли умолчать. Единственное признание малийских военных гласило: «Стороны несут потери».

Действия исламистов фактически сорвали планы международного сообщества, согласно которым до операции на севере Мали надо было восстановить и подготовить малийскую армию, развернуть в стране африканский контингент.

Поняв неизбежность военного поражения, временный президент Мали Дионкунда Траоре обратился к Франции за военной помощью. Она была оказана немедленно. Уже 10 января из городка Севаре, что в 70 км к югу от Конна, поступила информация о приземлении там военно-транспортных самолетов, доставивших на самый большой аэродром региона Мопти оружие и «иностранных» солдат. В самом Севаре к тому времени находился полевой штаб того, что осталось после неудачной военной кампании начала 2012 г. от малийской армии.

Несмотря на явно разобранное состояние малийской армии, она, как было объявлено в Бамако, при поддержке французской авиации перешла 11 января в контрнаступление с целью отбить Конну. На территории всей страны было введено чрезвычайное положение, объявлена «всеобщая мобилизация».

В тот же день президент Франции Франсуа Олланд заявил о французском военном вмешательстве в Мали «в рамках международной законности». По его словам, военная операция Франции в Мали продлится «столько, сколько потребуется». Это решение было поддержано во всех западных столицах, хотя для Франции оно было очень рискованным – ведь исламистские группировки удерживают в Мали в заложниках 8 французов. В то же время оно было объяснимым – только в районе Бамако проживает до 6 тысяч граждан Франции. Тогда же Экономическое сообщество стран Западной Африки /ЭКОВАС/ дало «зеленый свет» на развертывание Международных сил по поддержке Мали /Misma/.

Согласно заявлениям Бамако, уже 11 января в боях за Конну малийские войска действовали при поддержке военных из Франции, Нигерии и Сенегала. Какой была эта поддержка – на первых порах было непонятно. Известно, что Франция заблаговременно разместила в соседней с Мали Буркина-Фасо боевые вертолеты и силы специального назначения.

Малийским военным противостоял серьезный противник. Как признали французские военные, главарю организации туарегов-исламистов «Ансар ад-дин» Айяду Аг Гали удалось сконцентрировать в районе Конны мощный кулак из ранее относительно разрозненных формирований.

11 января США объявили, что окажут Франции логистическую поддержку, и в частности, обеспечат дозаправку в воздухе французских самолетов, а также направят в зону Сахеля разведывательные беспилотные летательные аппараты /БПЛА/.

12 января министр обороны Франции Жан-Ив Ле Дриан объявил, что французская боевая авиация начала делать то, что на языке военных называется блокированием района боевых действий – французские самолеты и вертолеты наносили удары по автоколоннам исламистов, не давая им продвигаться к линии соприкосновения сторон. В ударах с воздуха участвовали базирующиеся в Нджамене самолеты «Мираж-2000» и «Мираж-Ф1». В тот же день французы понесли первые потери – в результате обстрела с земли погиб пилот одного из вертолетов из состава Командования специальных операций.

12 января явно поторопились малийские военные, заявившие, что им удалось отбить город Конна. При этом они утверждали, что в боях были уничтожены до 100 исламистов. Бои за город продолжились и в последующие дни.

12 января Буркина-Фасо, Нигер и Сенегал заявили о своих намерениях направить по батальону численностью до 500 человек каждый в состав Misma. Нигерия еще раньше направила в Мали группу авиатехников, а также назначила командующего африканским контингентом. Им стал генерал Шеху Абдулкадир. Также 12 января в районе Бамако начала сосредотачиваться французская межвидовая тактическая группа /МТГ/, в состав которой прибыли подразделения морских пехотинцев и легионеров /из состава Иностранного легиона/ из французских баз в Кот-д`Ивуар и Чаде.

13 января французская авиация впервые подвергла бомбардировке позиции исламистов на севере Мали близ городов Гао и Кидаль. В частности, в районе Гао самолеты «Рафаль», базировавшиеся на территории Франции, нанесли удары по тренировочным лагерям и складам горючего. По данным местных жителей, только в районе Гао в результате ударов с воздуха погибли по меньшей мере 60 джихадистов.

В марте 2012 г. Кидаль стал первым городом на севере Мали, который в ходе восстания захватили формирования туарегов из светского Национального движения освобождения Азавада /НДОА/.

Действиям французской авиации способствовало то, что Алжир полностью открыл для нее свое воздушное пространство, причем сделал это очень быстро, без лишних раздумий. Это означало кардинальное изменение позиции Алжира, который до этого выступал за переговорный процесс урегулирования проблем Мали. Разрешение на пролет французских самолетов было расценено политологами как «форма непрямого участия» в операции. Свое воздушное пространство для французских самолетов открыло также Марокко.

Тогда же стало известно название французской военной операции в Мали – «Серваль», по названию одного из обитателей пустыни. Развединформацию французы получали от специальных самолетов и двух разведывательных спутников – «Гелиос» и «Плеяды-1Б». Последний, кстати, был запущен в начале декабря 2012г. с космодрома Куру во Французской Гвиане с помощью российской ракеты-носителя «Союз-СТ».

По признанию французов, на земле им противостояли «хорошо оснащенные, хорошо вооруженные и хорошо подготовленные» формирования. По их словам, исламисты «получили из Ливии самое современное оружие, намного более эффективное, чем представлялось».   Поэтому вряд ли стоило всерьез воспринимать слова президента Мали Траоре, согласно которому малийские военные к тому времени потеряли 11 человек убитыми и 60 – ранеными – понятно, что никто не раскрывал истинных данных о потерях.  К этому времени продвижение автоколонн исламистов на юг было остановлено.

14 января обстановка в зоне боевых действий была крайне противоречивой. С одной стороны, исламисты под ударами с воздуха оставили основные города на севере Мали. Их представитель назвал этот шаг «тактическим отступлением». С другой стороны, несмотря на уверения французов, что малийские военные остановили наступление исламистов, последним удалось захватить населенный пункт Диабали в 400 км к северу от Бамако. Одновременно они пригрозили нанести удары «в самое сердце Франции». Действиями исламистов при захвате Диабали руководил известный полевой командир АКМ Абдельхамид Абу Зейд.

К 14 января определились туареги из НДОА, в начале 2012г. захватившие на время север Мали, откуда затем они были выбиты исламистами. НДОА заявило о «готовности помочь французской армии» при том, что днем ранее оно же потребовало, чтобы малийские военные не входили в северные районы Мали. День спустя им ответил глава МИД Мали Тиеман Кулибали, заявивший, что в военном отношении формирования НДОА ничего не представляют. Законный вопрос: а что тогда представляет собой малийская армия, которую формирования туарегов выбили с севера Мали в начале 2012 г.?

К 14 января Мавритания развернула свои воинские подразделения на границе с Мали  с тем, чтобы не допустить возможное перетекание исламистов на свою территорию. Одновременно была усилена воздушная разведка местности. К этому же времени границу с Мали закрыл и Алжир.

Только 15 января в боевые действия ввязались подразделения французских сухопутных войск, которым была поставлена задача отбить Диабали. Туда направилась колонна из примерно 30 французских бронемашин. Тогда же министр обороны Франции признал, что город Конна остался под контролем «групп террористов», что явно противоречило предыдущим победным реляциям резко осмелевших малийских военных.

К этому дню французский контингент в Мали уже насчитывал 750 человек. Было также объявлено, что со временем его численность достигнет 2,5 тысяч человек. Французские военные создали две временных базы на территории Мали. Одна в Бамако с задачей обеспечить безопасность международного аэропорта, защиту граждан Франции и тыловое снабжение французского и африканского контингентов, а также малийских войск, вторая – в районе Мопти и аэродрома в Севаре в центральной части Мали.

16 января рота французских морпехов взяла под охрану стратегически важный мост через реку Нигер близ Маркалы на западе Мали, сменив захватившую ранее мост групп французского спецназа. К этому времени передовые отряды исламистов  были замечены в 120 км к северо-востоку от Бамако. Именно 16 января было зафиксировано первое боестолкновение между французскими спецназовцами и исламистами. Это случилось в Диабали. В тот же день продолжились бои за Конну.

Авиационная группировка операции базировалась главным образом в Нджамене. Это – 4 истребителя типа «Рафаль», 6 «Мираж-2000Д», 5 самолетов-заправщиков, 2 самолета-разведчика FI-CR. Использовались также самолеты «Рафаль», базирующиеся во Франции и в Абу-Даби. Главной заявленной целью авиаударов, которые наносились по исламистам, было оставить их без запасов горючего и боеприпасов.

16 января представитель «Ансар ад-дин» подтвердил, что исламисты по прежнему удерживают Конну. В направлении на север продолжали продвигаться французские подразделения. В тот день в Мали прибыли первые подразделения миротворцев контингента Misma из Нигерии. Тогда же громкие отзвуки событий в Мали раздались в Алжире, где группа боевиков, вернувшихся из Мали, атаковала нефтедобывающий комплекс в Ин-Аменасе близ ливийской границы, захватив при этом в заложники порядка 40 выходцев из западных стран, а также несколько сотен  алжирцев. Командовал этой группой достаточно известный полевой командир, ветеран афганской войны алжирец Мохтар Бельмохтар, незадолго до этого объявивший о том, что он порвал с АКМ и создал собственную группировку «Подписавшиеся кровью».

Уже 17 января Алжир, верный своему принципу – никаких переговоров с террористами, захватившими заложников – отдал приказ на штурм, в ходе которого погибли 23 заложника.

Париж быстрыми темпами наращивал свою сухопутную группировку. Подобная мера, судя по всему, была связана с пониманием того, что малийская армия не готова в одиночку вести боевые действия, а контингенту Misma потребуется как минимум несколько недель для подготовки к боям. 17 января в Мали прибыли дополнительные подразделения сухопутных войск и боевых вертолетов. Кроме военно-транспортных самолетов Франции полеты в интересах французских и малийских военных начали выполнять самолеты ВВС Великобритании, Дании и Бельгии. К исходу 17 января численность французского контингента в Мали достигла 1,4 тысячи человек, сутки спустя  — 1,8 тысяч человек.

17 января Евросоюз принял решение ускорить развертывание его миссии в Мали (EUTM), призванной содействовать боевой подготовке малийской армии и ее реорганизации. В состав миссии предполагалось включить 450 человек – 200 инструкторов и 250 человек – охрана миссии и ее администрация. Командовать миссией было поручено французскому генералу Франсуа Лекойнтру. Штаб-квартиру миссии предполагалось разместить в Бамако, а учебный центр – близ г.Сегу в 250 км к северу от Бамако.

Первоначальная цель миссии – подготовить 6 батальонов малийской армии общей численностью 3 тыс. человек. На эти цели выделялось 12,3 млн евро. Продолжительность миссии – 15 месяцев.

Что касается Misma, то по состоянию на 17 января выделить воинские контингенты в ее состав согласились 9 стран, в том числе Нигерия (900 человек), Того (540 человек), Нигер (500 человек), Буркина-Фасо (500 человек), Сенегал (500 человек), Бенин (300 человек), Гвинея (125 человек) и Гана (120 человек). Чад, не входящий в ЭКОВАС, обещал выделить 2 тысячи солдат. Ожидается, что общая численность Misma составит порядка 8 тысяч человек.

Только 18 января малийские военные вновь отрапортовали о взятии Конны, утверждая при этом, что противнику нанесены «тяжелые потери». Похоже, без поддержки французской авиации они вряд ли сделали это. В тот же день, согласно малийским сводкам, французские и малийские военные вновь восстановили контроль над г.Диабали, где исламисты растворились среди местного населения с тем, чтобы вынудить французов прекратить авианалеты. На самом деле 21 января они всего лишь продолжали выдвижение к городу.

20 января продолжилась «война коммюнике» о потерях сторон. Как заявила группа «Ансар ад-дин», «за предыдущие 10 дней боев ее боевики уничтожили 60 малийских военных и сбили два французских вертолета». Что касалось собственных потерь, то было объявлено о гибели 8-ми человек. Гибель двух легких вертолетов типа «Газель» подтверждали многочисленные малийские источники, однако эта информация не была подтверждена Парижем. «Ансар ад-дин» пояснила и мотивы атака на Конну 10 января. По ее версии, в регионе уже вовсю действовали французские спецназовцы, готовившие операцию, поэтому было решено опередить их.

На примере городов Диабали и Дуэнза, откуда исламистов выбивали французские военные, стал понятен алгоритм действий Парижа в малийской операции. Французы сначала захватывали города, а затем тут же уходили из них, передав контроль над ними малийским военным. Тем самым они всячески подчеркивали для регионального, и в первую очередь – алжирского общественного мнения, что никоим образом не являются «оккупантами».

С взятием Дуэнзы для французских и малийских войск открылась дорога к основным городам Северного Мали – Томбукту, Гао и Кидаль.

22 января французские ВВС нанесли удар по цели близ Томбукту, которая была представлена как «командный пункт» АКМ в Мали. После этого к исходу 30 января Томбукту и Гао были освобождены, французы контролировали аэродром города Кидаль. В этих условиях Париж немедленно потребовал от Бамако начать переговоры с представителями населения региона, включая «нетеррористические вооруженные группы, признающие территориальную целостность Мали».

Угроза военного поражения исламистов привела к расколу в рядах «Ансар ад-дин», из которого выделилось Исламское движение Азавада /ИДА/. Последнее сразу же заявило о своем стремлении двигаться к «мирному решению» проблем региона.

Однако в районе города Кидаль все оказалось не совсем просто – песчаная буря блокировала французов в районе аэродрома, не дав им возможность зачистить город, который к 31 января удерживали формирования НДОА и ИДА.

31 января временный президент Мали Траоре заявил, что среди действующих на севере страны группировок единственным возможным партнером для политического диалога осталось НДОА, поскольку «Ансар ад-дин» «дисквалифицировалось», приняв участие в начале января в попытке исламистов продвинуться на юг страны. «Единственная группа, с которой мы можем начать переговоры, это НДОА, причем при условии, что оно откажется от всех претензий на независимость /Азавада/», — сказал он.

Тем временем остатки формирований исламистской «тройки», или, скорее, с учетом ИДА — «четверки», укрылись в труднодоступном обширном горном регионе Адрар близ стыка границ Мали, Нигера и Алжира, который по площади сопоставим с третью Франции. Бегать за этими формированиями французы явно не собираются, предоставив это занятие африканскому контингенту. Однако в любом случае главной слабостью гарнизонов, которые создадут на севере Мали французы, малийцы и африканские миротворцы, будет растянутость коммуникаций, по которым будет осуществляться их снабжение.

Эта уязвимость антиисламисткой коалиции отчетливо проявилась уже 31 января, когда террористы начали минную войну на дорогах. В тот день на автодороге между Дуэнзой и Хомбори на мине подорвалась машина малийских военных. Погибли двое военнослужащих. Кстати, о потерях. О них участники антиисламистской коалиции предпочитали в январе помалкивать, хотя – и это понятно – они были неизбежными.

В целом, по состоянию на 31 января север Мали реально превратился во второй Афганистан. Основные города страны в той или иной мере контролировались силами французов, малийцев и африканского контингента, однако боеспособность исламистских формирований подорвана не была. А растянутость коммуникаций дает им прекрасную возможность для активных партизанских действий. Все это заставляет предположить, что военная кампания в Мали будет достаточно продолжительной.

49.63MB | MySQL:112 | 0,890sec