Сотрудничество с Пакистаном в области «мирного атома»: взгляды из Вашингтона и Москвы

В одном из номеров российского журнала «Ядерный клуб» была опубликована статья Э.С. Дениса «Есть ли будущее у американо-пакистанского сотрудничества в области атомной энергетики?», которая завершается следующим выводом: широкое сотрудничество между Пакистаном и США в данной области маловероятно, т.к. оно не будет способствовать укреплению международной безопасности[1].

В подтверждение этого вывода автор статьи приводит доводы pro et contra. Развитие сотрудничества помогло бы США достичь две цели:

  • Во-первых, преодолеть взаимное недоверие, что в свою очередь способствовало бы решению задач в регионе, например, стабилизировать ситуацию в Афганистане.
  • Во-вторых, укрепить режим ядерного нераспространения путем увязывания любых договоренностей с Пакистаном с взятием им обязательств по нераспространению.

Однако, по мнению Э.С. Дэвиса, доводы против ядерного сотрудничества с Пакистаном заставляют усомниться в его возможности. Как считает автор, Пакистан не демонстрирует готовности ни предоставлять полную информацию о предыдущих нарушениях режима нераспространения, ни последовательно бороться с террористами на своей территории. Трудно ожидать от нестабильного правительства Пакистана строгой приверженности любым договоренностям. Поэтому американо-пакистанское соглашение о сотрудничестве в области мирного атома вряд ли найдет поддержку у американских законодателей. Сомнительно так же, что другие страны, являющиеся участниками режима нераспространения, положительно отнесутся к такому соглашению.

По прочтении статьи Э.С. Дэвиса напрашивается очевидный вывод: если США, ближайший стратегический партнер Пакистана на Западе, не готовы развивать с ним широкое ядерное сотрудничество, то, тем более, Россия, исторически имеющая непростые отношения с Пакистаном, не должна быть заинтересована в развитии ядерной кооперации с этим южноазиатским государством. Однако необходимо сделать несколько принципиальных уточнений, которые позволят увидеть возможности если не для сотрудничества России и Пакистана, то для диалога в области атомной энергетики.

Во-первых, несмотря на заявления официального Вашингтона об отсутствии ядерной кооперации с Исламабадом[2], неофициальные контакты в этой области все же осуществляются. Об этом свидетельствуют высказывания, сделанные в личных беседах с автором представителями администрации Белого дома, государственного департамента и военных ведомств США в 2008-2012 гг. Эти контакты интенсифицировались в 2001 г., когда Пакистан стал для США «основным союзником вне НАТО». Они касаются, прежде всего, безопасности ядерных объектов (возможно, не только гражданских, но и военных). По данным газеты «Нью-Йорк таймс», в 2001-2007 гг. США потратили на помощь Пакистану в области ядерной безопасности около 100 млн долл.[3]

Во-вторых, не все эксперты из США разделяют взгляды Э.С. Дэвиса. Например, Майкл О’Хэнлон, директор по науке Института Брукингса, рекомендовал в аналитической записке, изданной в феврале 2011 г., предложить Пакистану ядерную сделку на подобии той, которая была заключена с Индией в 2008 г. По мнению автора, Пакистан достиг серьезных успехов в повышении ядерной безопасности и укреплению экспортного контроля, поэтому развитие сотрудничества в области атомной энергетики между США и Пакистаном не будет угрожать режиму ядерного нераспространения. Как считает М. О’Хэнлон, возможность такого сотрудничества возрастет, если Пакистан будет строго придерживаться моратория на производство расщепляющихся материалов в военных целях[4].

В-третьих, пример 25-летнего китайско-пакистанского ядерного сотрудничества демонстрирует возможности, которые существуют в этой области несмотря на ограничения, связанные с нахождением Пакистана вне режима ядерного нераспространения. В 1986 г. два государства заключили Соглашение о сотрудничестве в области мирного использования атомной энергии, после чего были подписаны контракты 1991, 2004 и 2010 гг. о поставке, в целом, четырех легководных ядерных реакторов и строительстве объектов атомной электростанции в Чашме. Запуск в эксплуатацию первых двух реакторов совокупной мощности 600 МВт произошел в 2000 и 2011 гг. соответственно. Запуск еще двух реакторов совокупной мощности 680 МВт запланирован на 2018 г.

Китай развивает ядерное сотрудничество с Пакистаном, несмотря на ограничения, накладываемые Группой ядерных поставщиков (ГЯП). Пекин не принимает обвинений в нарушений обязательств перед ГЯП и режимом ДНЯО, ссылаясь на «дедушкину оговорку»: он реализует китайско-пакистанские договоренности 1986 г., достигнутые до его вступления в ДНЯО (1992 г.) и ГЯП (2004 г.).

К этому надо добавить, что кооперация между Пекином и Исламабадом предположительно не ограничивается проектами в Чашме. Например, в 1998 г. Пакистан признал существование тяжеловодного реактора мощностью 50 МВт в Хушабе, хотя, по некоторым оценкам, он был введен в эксплуатацию десятью годами ранее при научно-технической помощи Китая[5]. Вероятно, этот реактор связан с военной программой Пакистана, о чем косвенно свидетельствует тот факт, что он не находится под гарантиями МАГАТЭ.

Данные уточнения позволяют увидеть, что Пакистан не находится в полной изоляции относительно режима нераспространения. В отсутствие блокады Пакистан будет искать возможности сотрудничества с другими странами.

К этому его будет побуждать острый дефицит электроэнергии. Только около 20% энергоресурсов Пакистана добываются на территории страны, остальные 80% импортируются. Использование ГЭС Тарбела, крупнейшей в стране, затрудняется неразрешенным спором с Индией о разделе водных ресурсов р. Инд. На гидроэнергетику влияют перепады в объеме осадков. Так, в условиях засухи власти вынуждены экономить электроэнергию, прибегая к веерному отключению электричества в городах.

Данный фактор вынуждает Пакистан официально и неофициально обращаться с предложением о ядерном сотрудничестве к ряду стран. Очевидно, что Москва не была бы готова ответить согласием на подобное предложение, если бы Исламабад его официально озвучил, по ряду причин:

  • Сотрудничество в ядерной области негативно скажется на отношениях России с Индией, являющейся ее стратегическим партнером (вероятные потери, которые понесет российский бизнес в Индии, вряд ли будут возмещены контрактами с Пакистаном).
  • Отсутствует уверенность в том, что долгосрочные инвестиции России в развитие атомной промышленности Пакистана будут надежно защищены и неожиданные политические перемены не приведет к пересмотру российско-пакистанских соглашений (неудачное участие Магнитогорского металлургического комбината в приватизации Pakistan Steel Mills в 2006 г. преподало запоминающийся урок).
  • В сложной ситуации в области безопасности активизация российско-пакистанских отношений увеличит количество случаев, когда российские граждане или объекты, на которых они будут находиться, могут подвергаться террористическим нападениям (пример Китая, развивающего тесное сотрудничество с Пакистаном несмотря на то, что его граждане неоднократно похищались или убивались в этой стране, позволяет поставить вопрос, а готова ли Россия на такие жертвы?).
  • На данном этапе развития пакистано-китайского ядерного сотрудничества Пекин враждебно отнесется к появлению конкурента на рынке, который он считает уже свой «вотчиной» (ядерное же сотрудничество с Пакистаном при посредничестве Китая, как несколько лет назад неофициально предлагала Франция, выглядит сомнительно, поскольку потребует от Пекина и Исламабада большей открытости в области двустороннего ядерного сотрудничества, которое предположительно касается не только гражданских, но и военных технологий).

Эти причины не позволяют согласиться с теми российскими авторами, которые пишут о возможности и перспективности российско-пакистанского ядерного сотрудничества[6]. Однако, как справедливо писал в 2006 г. А. Алексеев, в области мирного использования атомной энергии «существует возможность искать пути налаживания контактов» между Москвой и Исламабадом[7]. Такие контакты, которые уже регулярно происходят на официальном и неофициальном уровне[8], помогают:

  • делиться с Исламабадом российскими озабоченностями в связи с ядерной безопасностью на территории Пакистана и получать разъяснения относительно тех мер, которые предпринимает этого государство в области безопасности;
  • получать лучшее представлении о состоянии и перспективах развития атомной энергетики Пакистана;
  • влиять определенным образом на позицию Пакистана, указывая на слабые стороны его аргументации в отношении режимов нераспространения.

При сохранении российско-пакистанского диалога по проблемам атомной энергетики Россия и Пакистан в будущем смогут найти возможности для ядерного сотрудничества. Но, как представляется, в большей степени такие перспективы будет зависеть не от Москвы, а от Исламабада, который должен будет обеспечить благоприятные условия для долгосрочного сотрудничества в области мирного атома.

1.Денис Э.С. Есть ли будущее у американо-пакистанского сотрудничества в области атомной энергетики? // Ядерный клуб. Атомная энергетика, ядерное нераспространение, международное сотрудничество. 2010. Май-Июнь. №3(4). С. 10.

2.См., например, заявление Франка Руджеро, заместителя специального представителя США в Афганистане и Пакистане, сделанное на пресс-конференции 19 октября 2010 г.: «Мы с Пакистаном никак не обсуждаем сотрудничество в области мирного использования атомной энергии» (Deputy Special Representative For Afghanistan And Pakistan Frank Ruggiero On The Upcoming U.S.-Pakistan Strategic Dialogue / Press Release. Islamabad: Embassy of The United States, 2010. Oct. 19 (http://islamabad.usembassy.gov/pr-10102004.html)).

3.В условии секретности данных контактов высока вероятность ошибочной оценки объемов помощи, оказываемой США Пакистану для повышения ядерной безопасности (Sanger D.E., Broad W.J. U.S. Secretly Aids Pakistan in Guarding Nuclear Arms // The New York Times. Nov. 18, 2007.

4.O’Hanlon M.E. Improving Afghan War Strategy / Policy Brief. Washington: Brookings Institution. Feb., 2011. No. 180. P. 5-6 (http://www.brookings.edu/~/media/Files/rc/papers/2011/02_afghanistan_ohanlon/02_afghanistan_ohanlon.pdf).

5.Hibbs M. U.S. Now Believes Pakistan to use Khushab Plutonium in Bomb Program // Nucleonics Week. Jul., 1998 (http://www.bu.edu/globalbeat/nucwatch/nucwatch071798.html).

6.Володин А.Г. Ядерная программа Пакистана – история и перспективы, 25 января 2010 г. // ЦентрАзия (http://www.centrasia.ru/newsA.php?st=1264416540); Сотников В.И. К вопросу о пакистано-китайской ядерной сделке, 10 июля 2010 г. // Институт Ближнего Востока (http://www.iimes.ru/rus/stat/2010/12-07-10b.htm).

7.Алексеев А. Россия и Пакистан имеют общие интересы // Ядерный контроль. 2006. №1(79). Т.12. С. 84.

8.Pak-Russian Nuclear Dialogue // Daily Times. Apr. 4, 2012.

 

42.38MB | MySQL:87 | 0,712sec