Пакистан: итоги парламентских выборов в провинции Синд

Результаты парламентских выборов на провинциальном уровне — важный показатель политического положения в Пакистане. Здесь шире по сравнению с голосованием в парламент отражены насущные потребности и чаяния населения страны. От расклада политических сил в законодательных органах и, соответственно, исполнительных во многом зависит политическая ситуация в провинциях и стабильность государства в целом. Наконец, депутаты провинциальных законодательных собраний составляют значительную часть коллегии по выборам президента страны.

29 мая с.г. в двух провинциях Пакистана — Синде и Хайбер-Пахтунхва — были созваны первые сессии провинциальных собраний после состоявшихся 11 мая всеобщих парламентских выборов.

По нашему мнению, важно оценить положение Пакистанской народной партии, т.е. бывшей правящей в 2008–2013 гг. Общее число депутатов нового состава провинциального собрания Синда, согласно 18-й поправке к Конституции (апрель 2010 г.), составило168, из них 130 избираются прямым голосованием, 29 мест зарезервировано для женщин, 9 — для немусульман.

Первый и основной итог — Пакистанская народная партия (ПНП) осталась крупнейшей политической силой в провинции. На всеобщих выборах она сумела завоевать 64 места в провинциальном собрании. В дальнейшем, в течение 21 дня с даты голосования и до первой сессии провинциального собрания (согласно Статье 130, п. 1 Конституции), лидерам ПНП удалось пополнить свои ряда депутатами-женщинами (16 мест), немусульманами (5 мест) и независимыми (1 место). В общей сложности ПНП получила 86 мест, т.е. больше половины в исполнительном органе власти Синда на предстоящий пятилетний срок (2013–2018 гг.).

Второе место по числу голосов получила партия «Объединенное национальное движение» (ОНД) — 48 мест, третье — Пакистанская мусульманская лига (функциональная) (ПМЛ-Ф) — 10, четвертое — Пакистанская мусульманская лига (Наваза Шарифа) (ПМЛ (Н) — 9. Завершает список победителей партия «Движение за справедливость Пакистана» (ДСП) — 4 места.

Председательствовал на первой сессии провинциального собрания член переходного кабинета министров Нисар Ахмед Хуро, который и принимал присягу депутатов, победивших на выборах 2013 г. Текст присяги произносился на трех языках — английском, урду и синдхи в зависимости от пожеланий депутатов. Власти предприняли повышенные меры безопасности. Около тысячи военнослужащих патрулировали правительственный квартал Карачи. В здание ассамблеи вход был разрешен только по специальным пропускам.

Днем позже избирались спикер, вице-спикер провинциального собрания и главный министр Синда. Эта процедура вызвала острую конкурентную борьбу, что вполне понятно: каждый из перечисленных постов предоставлял его обладателю широкие полномочия. Например, согласно 18-й конституционной поправке (Статья 104) «спикер Провинциальной ассамблеи действует или выполняет функции губернатора в его отсутствие…»

Пакистанская народная партия, имея большинство мест в провинциальном собрании, получила возможность избрать из рядов своей партии номинантов на эти посты. Она выдвинула Ага Сирадж Дуррани в качестве спикера и Саеда Шехла заместителем спикера провинциального собрания. Если кандидатура Аги Сираджа Дуррани не вызывала сомнений, то за пост вице-спикера хлестнулись представители еще двух партий: Нир Сохо от ОНД и Нусрат Сехар Аббаси от ПМЛ-Ф. Спикером провинциальной ассамблеи Синда был избран А.С. Дуррани, вице-спикером Саед Шехла.

После избрания спикера и вице-спикера депутаты провинциальной ассамблеи тайным голосованием избрали одного депутата на пост главного министра (Статья 101, п. 3, п.4 Конституции, 18-я поправка). Им стал Саед Каим Али Шах. Таким образом, он второй раз занял пост главного министра Синда. Впервые он был избран главой кабинета министров провинции в 1988 г., т.е. в период первого пребывания у власти премьер-министра Б. Бхутто. Присягу главного министра принимал губернатор провинции Синд Ишратул Эбад Хан, назначенный прежним руководством страны. Главный министр провинции возглавляет провинциальное правительство. Численный состав его кабинета не должен превышать 15 человек, или 11% общего состава провинциальной ассамблеи (Статья 130, п. 6 Конституции).

Пакистанская народная партия, завоевав большинство голосов в провинциальном собрании по итогам выборов 2013 г., получила право формирования правительства провинции.

Что же касается личности губернатора провинции Синд, то Ишратул Эбад Хан имеет самый длительный стаж работы (двенадцать лет) на этом посту. Он сыграл важную роль в урегулировании разногласий и поддержании рабочих отношений ОНД с Первезом Мушаррафом в начале 2000-х годов и позже с коалицией, возглавляемой ПНП.

ПНП сумела сохранить за собой передовые позиции в Синде на 2013–2018 гг. Но ее лидерство будет испытывать большие трудности. Она столкнется с жесткой и более широкой оппозицией как в родной провинции, так и на национальном уровне. В прошедшие годы ПНП занимала лидирующие позиции в правящей коалиции страны, формировала центральное правительство. В провинциальной ассамблее у нее было меньше оппонентов.

На этот раз уже в предвыборный период начались неприятности: ПНП стала распадаться на части, а ее члены спешно покидали ряды, присоединяясь к другим партиям.

По результатам выборов 2013 г. ПНП сумела удержать лидерство в Синде. Отчасти это объясняется тем, что в провинции традиционно сильны ее позиции в сельских районах. Они менее подвержены пиаровским кампаниям, которые проводили другие партии через средства массовой информации.

Провал на выборах ПНП в Национальную ассамблею незамедлительно повлек за собой чистку руководящего состава и реорганизацию структуры партии. Манзур Ватту сразу же заявил об уходе с поста руководителя ПНП в Пенджабе. Бывший премьер-министр Юсуф Раза Гилани подал в отставку с поста вице-председателя партии, заявив о неспособности эффективно руководить организацией.

Количественные и качественные изменения произошли в составе оппозиции в Синде. Во-первых, расширился состав противников ПНП по сравнению с периодом 2008–2013 гг.; во-вторых, увеличилось их количество. Помимо традиционного политического оппонента ПМЛ (Н) в Синде, от нее отвернулась ПМЛ-Ф. Разногласия Пир Пагаро, лидера Пакистанской мусульманской лиги – Функциональная (ПМЛ-Ф), с А.А. Зардари возникли еще весной 2013 г. по кандидатуре главы кабинета министров переходного правительства.

На политической арене провинции появилась партия  «Движение за справедливость», отказавшаяся так же, как и ПМЛ-Ф, формировать с ПНП предвыборный альянс. Но наибольший удар А.А. Зардари, как сопредседатель партии, получил от бывшего соратника по правящей коалиции на федеральном и провинциальном уровне — партии «Объединенное национальное движение», которая оказалась в оппозиции.

Разрыв отношений ПНП и ОНД произошел еще в феврале с.г. Алтаф Хусейн, лидер партии, тогда заявил о выходе из правящей коалиции. Камнем преткновения стала система управления в провинции, а именно Правительственный акт местного управления Синда. Расхождения между ПНП и ОНД привели к расколу в федеральном коалиционном правительстве весной 2013 г. В основе конфликта лежало различие в подходах к представительству населения в структурах местной власти. ОНД выступала за более широкое участие и представительство в них местных жителей, и считала свой подход более демократическим вариантом. К слову сказать, партия ДСП также отдавала предпочтение такой системе местного самоуправления, считала эффективным опыт ее применения в Германии, Великобритании и Франции.

В предвыборном манифесте ОДН сделала упор на защиту беднейших слоев населения, среднего класса; выступила против остатков феодальной системы. Согласно пакистанским источникам, 99% кандидатов от ОНД на выборах 11 мая были выходцами из бедного или среднего классов. В случае прихода ее к власти, партия планировала претворить в жизнь систему местного самоуправления.

ОНД по итогам всеобщих выборов 2013 г. получила 18 мест в Национальной ассамблее и 48 мест в провинциальной ассамблее (36 мест по результатам прямого голосования, 9 мест — женщины-депутаты, 3 места — немусульмане). Она сохранила за собой контроль в урбанизированных районах Синда. Ее основной политической вотчиной является Карачи — мегаполис с 20-миллионным населением.

Собственно, ОНД — партия одной провинции, точнее, ее крупных городов — Карачи, Хайдерабада и т.д., где традиционно правящие посты занимали мухаджиры — выходцы или потомки выходцев из Индии. Потеря некоторых позиций в провинции заставила лидера ОНД пересмотреть структуру партии, ее краткосрочные и долгосрочные задачи и т.д.

Гнев А. Хусейна за «провал» на выборах был таков, что он заявил о намерении «отделить Карачи от остальной части территории Пакистана». Минутная слабость стоила ему, конечно, нескольких строк в политическом рейтинге. На заявление негативно отреагировали праворелигиозная партия «Джамаат-и ислами», главный судья Верховного суда Пакистана Ифтикхар Чоудхри, генерал Кияни, начальник штаба сухопутных войск Пакистана, и т.д.

Внутренней раскол в Пакистанской народной партии и усиление оппозиции в провинциальном собрании Синда ставят перед ее руководством новые задачи. Насколько способен клан Бхутто–Зардари справиться с ними, покажет время.

33.17MB | MySQL:68 | 0,804sec