Социально-экономическая ситуация в Иране: июнь 2013 г.

Июнь 2013 г. стал месяцем новых надежд для иранского населения. Победа на президентских выборах 14 июня 2013 г. Х.Роухани заставила многих граждан этой страны поверить в скорое наступление значительных положительных перемен в социально-экономической и политической жизни ИРИ. Эта вера, в свою очередь, уже сама по себе положительным образом сказалась на общей ситуации в стране, вызвав к жизни ряд положительных тенденций в валютно-финансовом секторе и оживив биржевые показатели. Вместе с тем, принятие властями США в мае – июне 2013 г. новых экономических санкций в отношении ИРИ говорит о том, что о скорейшем качественном улучшении в иранской экономике говорить преждевременно.

Влияние итогов президентских выборов 2013 г. на социально-экономическую ситуацию в ИРИ

Победа Х.Роухани на президентских выборах в Иране в июне 2013 г. была положительно воспринята как населением самой страны, так и за ее пределами. Политологами настоятельно повторяется тезис об отличительности Х.Роухани от остальных претендентов на власть в ИРИ. Особо подчеркивается легитимность и демократичность прошедших выборов. Несмотря на то, что программа нового главы исполнительной власти ИРИ еще четко не сформулирована, международная общественность и иранский электорат ждут от него только одного – перемен. В частности, эксперты с уверенностью заявляют о том, что от Х.Роухани следует ожидать послаблений в экономической сфере, пересмотра отношений с ЕС в сторону их потепления (прежде всего, с Великобританией, Францией и Германией) а также попыток ослабить санкционное давление на страну. Частично указанные ожидания подкреплены словами самого избранного президента. В частности, в июне 2013 г. Х.Роухани заявил, что, с одной стороны, он постарается сделать иранскую ядерную программу (ИЯП) более прозрачной. С другой стороны, активизирует переговоры с «шестеркой» в рамках действий по укреплению доверия между ИРИ и другими странами. Помимо этого, по словам нового иранского президента, стране предстоит изменить отношение к себе и ближайших соседей – стран-членов ССАГПЗ (и, в первую очередь, Саудовской Аравии).

Эти устремления целиком поддерживаются большей частью деловых кругов ИРИ. Их надежды, прежде всего, связаны с возможностью смягчить санкционное давление хотя бы со стороны Евросоюза. Ожидания усиливаются по мере того как на Западе находятся свои эксперты, считающие, что победа Х.Роухани может открыть новую страницу в истории Ирана и его взаимоотношений с внешним миром, а по сему призывающих правительства своих стран протянуть новому президенту руку дружбы.

В июне 2013 г. план действий нового иранского президента в экономической сфере после его вступления в должность по-прежнему не сильно афишировался. В ходе первого общения с прессой Х.Роухани лишь приоткрыл некоторые общие детали своей программы. В первую очередь он пообещал, что все его шаги будут совершаться под лозунгом «умеренность и благоразумие» (принятого, несомненно, для того, чтобы дистанцироваться от деятельности предыдущего президента – М.Ахмадинежада). Приоритетной задачей Х.Роухани, по его словам, станет улучшение делового климата в стране, снижение темпов роста инфляции и снижение уровня безработицы. Помимо этого, новый президент пообещал ослабить лежащее на стране бремя санкций. Х.Роухани официально подверг критике деятельность государственных средств массовой информации, потребовав от них более открытой и честной позиции при освещении событий. Он также пообещал предоставить неправительственным СМИ больше свободы.

В целом, с избранием Х.Роухани на пост президента население страны испытало существенное морально-психологическое облегчение. Часть электората радовалось приходу умеренного, по их мнению, кандидата, способного провести долгожданные реформы. Другая часть иранских граждан просто была рада выходу из периода неопределенности и сильного психологического напряжения, а также тому, что обещанное повторение гражданских волнений образца 2009 г. так и не произошло.

В свою очередь, общие положительные ожидания как внутри ИРИ, так и за ее пределами оказали положительное влияние на иранскую экономику. К концу июня 2013 г. торги на Тегеранской бирже ценных бумаг (ТБЦ) завершились ростом основного индекса на 14% . Показатель доходности, в свою очередь, установился на отметке в 35%, что значительно превосходило уровень доходности альтернативных направлений инвестирования (золото, недвижимость, иностранная валюта). Одновременно повысилась привлекательность компаний, ранее считавшихся на ТБЦ аутсайдерами. Так, индекс автомобильных компаний вырос на 29% в июне 2013 г. Иными словами, вслед за электоратом рынок страны предоставил Х.Роухани существенный кредит доверия, т.к. только надеждами на либерализацию деловой среды и ослабление санкционного режима можно объяснить развитие ситуации на ТБЦ.

Вместе с тем, указанный кредит доверия имеет как положительное, так и отрицательное значение для будущей иранской администрации. Так, с одной стороны, всеобщая поддержка дает Х.Роухани право действовать активно и решительно. С другой стороны, попытка угодить в ходе предвыборной кампании всем группам электората может существенно ограничить свободу действий нового президента. Не стоит забывать о чрезвычайной фрагментарности иранского общества, в котором большинство группировок хотят перемен, но понимают под ними совершенно разное. В результате, действия в интересах одних неизбежно оттолкнут от президента других, сокращая социальную базу его сторонников. Эксперты также считают, что не следует позиционировать Х.Роухани как серьезного реформатора, подчеркивая, что к лагерю А.А.Хашеми-Рафсанджани новый президент хоть и был по-своему близок, но никак не относился. Наоборот, он чаще всего характеризовался как прагматичный консерватор. В этой связи глубина будущих изменений может оказаться гораздо меньше ожидаемой.

С другой стороны, Запад ждет от Ирана изменения позиций по проблеме ИЯП и вопросу активного участия Тегерана в сирийском конфликте, четко давая руководству исламской республики понять, что без пересмотра подходов по указанным аспектам улучшение отношений невозможно. Однако именно с качественным изменением позиции Тегерана по ИЯП и Сирии у Х.Роухани может возникнуть большая проблема. Заявляя о готовности сделать ИЯП транспарентной, он неоднократно повторил, что эра временного прекращения работ по обогащению урана давно в прошлом. Последнее едва ли устроит руководителей США и ЕС. Более того, существует значительная уверенность в том, что новый президент даже если захочет не сможет изменить политический курс на ядерном и сирийском направлениях. Оба вопроса контролируются не им, а Верховным лидером С.А.Хаменеи и высшим руководством КСИР, отличающихся крайней непреклонностью в обоих случаях.

Принимая все вышесказанное во внимание, в наихудшем сценарии Х.Роухани попытается ограничиться имитацией экономических и политических реформ внутри страны, а также свести переговорный процесс с «шестеркой» к бесконечным обещаниям и пустословию, происходящему, впрочем, на периодической основе. Последствия такого поведения будут печальны: рано или поздно в правительстве Х.Роухани разочаруется как международное сообщество, так и иранский электорат, что негативно скажется на ожиданиях рынка и обей экономической ситуации в ИРИ. Подобный сценарий развития событий не является единственным, но его реализация весьма вероятна.

Международные экономические санкции и их влияние на экономику ИРИ

31 мая 2013 г. американские власти приняли решение расширить сферу применения санкций на нефтехимический сектор ИРИ. В выпущенном по этому случаю заявлении Госказначейства США говориться, что в то время как доходы Тегерана от экспорта нефти продолжают сокращаться, иранские власти все активнее стараются переориентировать свою экономику на другие источники дохода. В указанных условиях Белому дому не остается ничего, кроме как начать применять меры экономического давления в отношении других секторов экономики ИРИ. В первую очередь, это касается нефтехимической отрасли Ирана, которая, по подсчетам американских специалистов, занимаете второе (после экспорта нефти) место по объему средств, зарабатываемых для бюджета страны. Меры, которые с начала июня 2013 г. предполагается применять в отношении нефтехимического сектора, условно делятся на две группы: те, что преследуют компании из третьих стран, сотрудничающие с ИРИ в этой сфере, и те, что направлены в отношении самих нефтехимических иранских компаний, непосредственно связанные с властями Исламской Республики. В частности, под действие санкций подпали восемь дочерних фирм Национальной иранской нефтехимической компании, включая:

1.​ Bandar Imam Petrochemcal;

2.​ Bou Ali Sina Petrochemical;

3.​ Mobin Petrochemical;

4.​ Nouri Petrochemical;

5.​ Pars Petrochemical;

6.​ Shahid Tondgooyan Petrochemical;

7.​ Shazand Petrochemical; and

8.​ Tabriz Petrochemical.

Все они были созданы для управления отдельными нефтехимическими комплексами, построенных в рамках амбициозной программы иранских властей по развитию производственных возможностей нефтехимического сектора страны. В одном из своих интервью, управляющий директор Национальной иранской нефтехимической компании Абдольхоссейн Баят (Abdolhossein Bayat) заявил, что от решения США пострадает не только ИРИ, но и мировой нефтехимический рынок, в целом. По его словам, на долю Ирана приходится более 25% нефтехимических продуктов, производимых на Ближнем и Среднем Востоке, что позволяет Тегерану вести активную торговлю с большим количеством стран. Исключение его с этого рынка с большой долей вероятности приведет к повышению мировых цен на указанные товары. Независимые аналитики частично подтверждают данные расчеты, указывая на тот факт, что производственные мощности нефтехимического сектора экономики ИРИ оцениваются в 50 млн тонн в год.

Другой отраслью, подпавшей под действие американских санкций стало автомобилестроение. В начале июня 2013 г. власти США запретили иностранным компаниям сотрудничать с ИРИ в вопросах сборки и торговли автомобилями, включая поставку запчастей для иранских автопроизводителей.

3 июня 2013 г. президент США Б.Обама подписал новый президентский указ, который должен нанести удар по иранской национальной валюте – риалу, практически лишив Тегеран возможностей использовать его за пределами ИРИ, тем самым ослабив риал по-максимуму и сделав внутренний валютный рынок страны еще менее устойчивым. В соответствии с документом, с 1 июля 2013 г. любой иностранный финансовый институт может попасть под действие американских санкций, если он сознательно обеспечивает проведение существенных финансовых операций в иранских риалах, включая покупку или продажу иранской национальной валюты, работу с деривативами, а также своповые, форвардные, фьючерсные и иные операции, чей эквивалент исчисляется в иранских риалах. Финансовый институт также будет наказан за размещение у себя значительных вкладов и поддержание работы счетов в иранской валюте за пределами ИРИ.

Иранский риал, хоть и не слишком активно используется в транзакциях с внешним миром, может стать еще одной слабой точкой Тегерана, по которой США нанесли существенный удар. В Вашингтоне ожидают, что главным следствием их решения будет дальнейшее ослабление иранского риала на внутреннем валютном рынке ИРИ и падение доверия к нему со стороны иранского населения.

5 июня 2013 г. администрация Б.Обамы продлила срок действия отсрочки (предыдущая предоставлена в декабре 2012 г.) от применения санкций в отношении ряда стран, покупающих иранскую нефть. В список счастливчиков, получивших возможность импортировать сырье из ИРИ, вошли КНР, Индия, Малайзия, Южная Корея, Турция, Тайвань, Сингапур, Южная Африка и Шри-Ланка. Чуть ранее подобное решение было принято властями США в отношении Японии. Американские аналитики и часть общественности Соединенных Штатов весьма болезненно воспринимают сам факт того, что их правительству приходится создавать послабления для третьих стран, ведущих активную торговлю с Ираном. В первую очередь, это касается Китая, чьи объемы закупок нефти из ИРИ хоть и сократились за последний год, но не столь значительно как в случае других стран, получающих отсрочку от применения в их отношении санкций.

Напомним, что ранее Вашингтон неоднократно повторял, что будет идти на встречу основным импортерам иранского сырья только в случае если они начнут постепенно сокращать объемы поставок нефти из ИРИ, сводя их, таким образом, к минимуму. В Пекине к этим требованиям хоть и прислушались, но не сильно торопятся их выполнять. Основной расчет, по всей видимости, делается на то, что взаимные отношения КНР и США не позволят последним пойти на жесткие меры. Этот расчет вполне оправдал себя. Американская администрация, хоть периодически и вносит китайские компании в «черный» санкционный список, принять каких-либо жестких мер не может: взаимозависимость китайской экономики и экономики США растет с каждым годом. По этой причине развязывать торговые войны не заинтересован никто.

В результате, весной 2013 г. для сохранения собственного лица американцы фактически были вынуждены разыграть небольшое политическое представление. Помимо того, что предоставление отсрочки совпало с решением Вашингтона расширить «черный» список иностранных и иранских компаний, в отношении которых были приняты меры экономического давления, руководство Соединенных Штатов демонстративно думало над тем, предоставлять ли необходимую отсрочку Китаю. Решение было принято в самый последний момент, когда вопрос в отношении других стран был уже решен. Все это сопровождалось достаточно жесткими заявлениями, озвученными госсекретарем Дж.Керри, которые, очевидно, должны были продемонстрировать американскую решимость довести дело до конца. Так, по его словам, «Соединенные Штаты и международное сообщество должны стоять плечом к плечу в вопросе оказания давления на иранский режим пока тот не снимет все имеющиеся вопросы в отношении его ядерной программы».

Своеобразным ответом на эти высказывания стала одна из речей Верховного лидера ИРИ С.А.Хаменеи, произнесенная накануне президентских выборов в ИРИ, в которой тот призвал кандидатов в случае их победы воздерживаться от каких-либо уступок в вопросах ядерной программы. С его точки зрения, «некоторые [лица в Иране] ошибочно думают, что идя на уступки врагам, они смогут ослабить их гнев в отношении Ирана».

Напомним, что главный смысл американской отсрочки заключается в неприменении в отношении финансовых институтов третьих стран и их центральных банков, обслуживающих торговые операции по поставкам иранской нефти, мер, прекращающих их доступ к американской финансовой системе. Указанные санкции были введены еще в декабре 2011 г., и с тех пор список государств, в отношении которых действует послабление, обновляется каждые полгода. Как уже отмечалось, самой проблемной страной для США является Китай, злоупотребляющий, с точки зрения Вашингтона, оказанным ему доверием. Так, по данным за апрель 2013 г., объем импортируемой КНР иранской нефти составил 370 тыс. баррелей в сутки, что было на 40 тыс. баррелей меньше по сравнению с мартом 2013 г., но практически равно показателю марта 2012 г. Такое положение дел никак не устраивает американские власти. Помимо попыток убедить своих китайских партнеров на самом высшем уровне в нецелесообразности сохранения тесных связей с ИРИ, руководство США активно применяет меры практического воздействия. Только в 2012 г. они применили санкции в отношении ряда компаний из КНР и, по мнению представителей администрации Б.Обамы, таким образом, добились сокращения китайско-иранского товарооборота на 18%.

Между тем американские и европейские нефтяные санкции в отношении ИРИ все же работают даже при несговорчивом Китае. Так, ставшая известной в июне 2013 г. официальная статистика пяти главных покупателей иранской нефти (КНР, Япония, Южная Корея, Индия и Турция) за март – апрель 2013 г. выглядит весьма неутешительной для Тегерана. Общий объем закупок «пятеркой» иранского сырья упал на 33%: с 1,1 млн баррелей в сутки в марте 2013 г. до 760 тыс. баррелей в сутки в апреле 2013 г. Предположительно эта тенденция сохранилась и в мае 2013 г. Наиболее существенным был спад в объемах закупок, осуществляемых японскими компаниями (до 96% — 97% как по равнению с мартом 2013 г., так и апрелем 2012 г.): с 283 тыс. баррелей в сутки до 7550 баррелей.1 С июля 2012 г., когда Токио полностью отказался от иранской нефти (правда, только на месяц), это самое существенное сокращение японского импорта сырья из ИРИ.

Указанный спад был вызван решением японских НПЗ прекратить использовать иранское сырье из-за растущей неясности относительно того продолжит ли правительство их страны предоставлять страховку танкерам, доставляющим нефть из ИРИ. Ранее, до введения европейских и американских нефтяных санкций 2010 – 2012 гг., около 95% японских танкеров страховалось британскими компаниями в Лондоне. Однако после того как власти ЕС ввели запрет на предоставление подобных услуг фирмам, обеспечивающим транспортировку иранской нефти за рубеж, официальный Токио был вынужден вмешаться. Правительством Японии было предоставлено частичное страховое покрытие своим компаниям для поддержания необходимого уровня импорта иранской нефти. Вместе с тем, за несколько месяцев до принятия американцами решения по списку стран для которых будет продлена отсрочка от применения в их отношении санкционных мер, японское руководство неожиданно стало избегать каких-либо официальных заявлений относительно перспектив программы по оказанию страховой помощи. Более того, в апреле 2013 г. оно официально сократило количество танкеров, пользующихся этой услугой с 13 до 8.

Не исключено, что падение объемов импорта иранской нефти, равно как и поведение Токио в страховом вопросе не более чем временная уловка, направленная на то, чтобы без каких-либо проблем добиться американской отсрочки. После же ее получения сотрудничество страны с ИРИ может и возобновиться. По крайней мере, по данным за июнь 2013 г. основные японские покупатели иранской нефти JX Nippon, Showa Shell Sekiyu, Cosmo Oil и Idemitsu Kosan продлили договор на поставки с Тегераном, хоть и снизили объемы импорта. Более того, по оценкам специалистов JX Nippon, в 2013 г. общий уровень поставок иранской нефти в Японию в среднем сократиться лишь на 15% по сравнению с 2012 г. и не выйдет за пределы 160 тыс. баррелей в сутки.

Вопрос с предоставлением страховых услуг танкерным компаниям, перевозящим иранскую нефть, также весьма важен и для Индии. С декабря 2012 г. Нью-Дели был вынужден снизить объемы импорта на 20% в годовом исчислении. В апреле 2013 г. снижение уровня закупок иранского сырья составило 30% (до 123 тыс. баррелей в сутки) по сравнению с мартом 2013 г. Основная причина спада – отсутствие уверенности у главных потребителей нефти ИРИ (Mangalore Refineries and Petrochemicals и Hindustan Petroleum) в стабильности поставок и покрытии всех возможных рисков. Для того, чтобы побудить их к более активным действиям в отношениях с Ираном, Нью-Дели даже объявил в апреле 2013 г. о создании страхового фонда в объеме 364 млн. долл. США для танкерных перевозчиков. Однако по состоянию на июнь 2013 г. фонд так и не начал действовать (более того, данных о возможных сроках начала его работы тоже не было). В свою очередь, руководство Mangalore Refineries and Petrochemicals и Hindustan Petroleum официально заявило, что не возобновит торговлю с ИРИ, пока не будет полностью покрывать риски своих компаний. В свою очередь, иранские власти еще в мае 2013 г. провели переговоры со своими индийскими коллегами, на которых они настаивали на необходимости увеличения объемов закупок нефти. Официальный Тегеран даже выразил готовность предоставить страховые услуги индийским танкерным перевозчикам.

По данным английской компании «EA Gibson Shipbrokers», 33% падение объемов закупок, осуществляемых пятью основными покупателями иранской нефти, оказало весьма ощутимое негативное влияние на энергетический сектор экономики ИРИ. Для того, чтобы сохранить существующий уровень нефтедобычи, Тегеран был вынужден активно запасать добытую нефть на имеющихся в его распоряжении танкерах. По состоянию на начало мая 2013 г. На них находилось до 30 млн баррелей добытой в ИРИ нефти. В складывающихся условиях, как считают аналитики, Тегеран будет вынужден приступить к использованию нефтехранилищ на суше. Однако их существующего потенциала хватит ненадолго. Строительство же новых объектов ведется весьма медленно. Все это, в свою очередь, рано или поздно заставит власти ИРИ принять решение о сокращении объемов производства. Делать это иранцам бы очень не хотелось, особенно если принять во внимание тот факт, что к июню 2013 г. им наконец-то удалось вывести показатель добычи на уровень 2,7 млн баррелей в сутки, что всего лишь на 22% меньше по сравнению с началом 2012 г.

4 июня 2013 г. Казначейство США объявило о применении санкций в отношении 37 компаний, разбросанных по миру, но контролируемых Фондом исполнения воли имама Хомейни (the Execution of Imam Khomeini’s Order, EIKO). Указанные организации якобы были вовлечены в схемы по предоставлению Тегерану различных возможностей для обхода примененных в отношении ИРИ американских и европейских санкций. Указанные компании также обеспечивали дополнительную финансовую подпитку для госструктур исламской республики. Взамен они имели доступ к льготному кредитованию в иранских банках. Обращает внимание, что возглавляли указанные компании либо иностранцы, либо иранские экспаты, что позволяло им в течение некоторого времени не попадать во внимание властей США.

В июне 2012 г. французская компания «Тоталь» согласилась выплатить американскому правительству штраф в размере 398 млн долл. США. Сообщается, что это наказание было наложено судебной системой Соединенных Штатов за то, что в период с 1994 по 2004 гг. руководство нефтяной корпорации якобы дало иранским чиновникам ряд взяток, общей суммой в 60 млн. долл США, для обеспечения своей победы в нескольких тендерах на разработку нефтегазовых месторождений в ИРИ. Благодаря этому французы предположительно получили право участвовать в развитии нефтегазовых блоков близ острова Сирри и месторождения «Южный Парс». По расчетам американских властей, махинации позволили «Тоталь» получить прибыль в размере более 150 млн долл. США. Взятки осуществлялись в форме выплат за несуществующие консалтинговые услуги лицам, так или иначе связанным с иранскими чиновниками. По результатам судебного расследования, которое впервые осуществлялось совместно правительствами двух стран – США и Франции – представители «Тоталь» согласились выплатить 153 млн. долл США в виде штрафа за дачу взяток и еще 245 млн долл. США в качестве наказания за попытку уклониться от судебного преследования. Необходимо отметить, что исход дела не стал сюрпризом для руководства компании, которое еще в июле 2013 г. отложило необходимые средства в преддверии решения американских властей. Помимо этого, французские власти запустили собственное расследование относительно руководства «Тоталь». Как указывают некоторые эксперты, решение компании выплатить штраф США могло стать частью негласной сделки, по итогам которой официальный Париж прекратит свои разбирательства.

Бюджетная политика

К началу июня 2013 г. иранский бюджет на 1392 г. (март 2013 – март 2014 гг.) наконец-то прошел все необходимые процедуры и был утвержден как официальный государственный документ. В соответствии с ним, объем бюджетных расходов в текущем году оценивается в 595 млрд долл. США (по курсу 12260 риалов за 1 долл. США), что на 22% больше по сравнению с 1391 г. Указанная сумма по-прежнему делится на две части – расходы госпредприятий и расходы непосредственно самого правительства (т.н. «общая часть»). На долю последней приходится 130,5 млрд долл. США, включая как текущие расходы, так и расходы на развитие экономики. Одним из ключевых показателей является стоимость барреля нефти, которая установлена на уровне 95 долл. США за баррель (в прошлом году прогнозируемая цена составляла 85 долл. США за баррель) при официальном курсе доллара в 12260 иранских риалов. При этом изначально бюджет исходит из того, что доходы правительства от экспорта нефти будут на 40% меньше по сравнению с 1391 г. (в первом варианте бюджета потери оценивались в 54 млрд долл. США). Напомним, что бюджет страны на 1392 г. был принят со значительной задержкой. В этих условиях в период с 21 марта по 20 июня 2013 г. в Иране действовал временный бюджет объемом 36,7 млрд долл. США.

Как отмечают эксперты, несмотря на старания депутатов и долгосрочные дебаты в правительстве, главный финансовый документ ИРИ не сильно отличается от своих предшественников и обладает традиционными достоинствами и недостатками. Так, предполагается, что в 1392 г. страна сможет существенно сократить внешний долг (который в период с марта 2012 г. по март 2013 г. и без того снизился с 17,3 до 7,2 млрд долл. США). В то же время главным бичом иранской экономики останется высокий уровень инфляции, который к маю 2013 г. по официальным оценкам составлял 29,8% (по неофициальным оценкам – он был в два раза выше). Высоким останется и уровень безработицы. В июне 2013 г. он официально оценивался в 14% (неофициальные оценки были несколько выше). Причем власти страны уже не скрывали факт роста указанного показателя.

Нефтегазовый сектор

Растущее санкционное давление на энергетический сектор страны заставляет иранское руководство искать новые способы привлечения иностранных инвесторов, делая особый упор на повышение уровня компенсации возможных политических рисков и административных издержек, с которыми столкнуться компании из третьих стран, желающие вложить свои средства в ИРИ. В частности, пересматриваются подходы к инвестиционным договорам в нефтегазовой сфере, которые за последние тридцать лет заключались исключительно в форме байбек. Однако в июне 2013 г. в иранские и иностранные СМИ просочилась информация о серии ирано-индийских переговоров, прошедших в Нью-Дели в мае 2013 г., в ходе которых две страны обсудили возможные варианты по активизации двустороннего торгово-экономического сотрудничества. В частности, иранской стороной индийцам было предложено принять участие в развитии газового блока «Фарзад-Б» месторождения Фарси на условиях раздела получаемой продукции (production sharing contract, PSC).

В соответствии с принципом PSC подобный договор предусматривает заключение соглашения между государством или частным собственником месторождения и компанией, берущейся за разработку месторождения, о разделе между ними добываемого ресурса (обычно речь идет о добыче нефти или природного газа). Источники в индийском правительстве сообщают, что предложение было сделано консорциуму корпораций (ONGC (40%), Indian Oil Corp (40%) и Oil India (20%)) и было весьма благосклонно воспринято как бизнесменами, так и правительством. Переговоры о разработке месторождения Фарси ведутся между Национальной иранской нефтяной компанией и указанными индийскими фирмами с 2002 г. Однако изначально все договоренности основывались на модели байбек, которая во всем мире считается весьма неудобной и малопривлекательной (особенно в условиях высоких рисков). Сейчас же ситуация может измениться. Если все пойдет в соответствии с принципом PSC, то индийцы окажутся в состоянии не только владеть частью добытой на месторождении нефти, но и продавать ее на мировом рынке.

В Иране не скрывают, что договор с индийцами является своеобразным экспериментом по проверке эффективности PSC. По словам одного из государственных чиновников ИРИ, мысль о модернизации схемы байбек по образцу договоров PSC пришла в голову руководства страны еще в 2012 г. и на нее возлагаются большие надежды по созданию новых брешей в направленном против Ирана санкционном режиме. Новые условия весьма привлекательны для Нью-Дели. В случае их принятия, как считают эксперты, произойдет общее оздоровление ирано-индийского торгово-экономического сотрудничества, которое переживает не лучшие времена. Так, по существующим оценкам, в апреле 2013 г. Индия импортировала 123 тыс. баррелей нефти из ИРИ. В мае 2013 г. этот показатель увеличился до 213,5 тыс. баррелей нефти в сутки, что было на 41,8% меньше по сравнению с прошлым годом.

Вместе с тем, ряд аналитиков предостерегает Тегеран от завышенных ожиданий. По их мнению, PSC не решает главного – финансового вопроса. Считается, что развитие месторождения «Фарзад-Б» потребует инвестиций в размере 5 – 6 млрд долл. США. Эта сумма считается неподъемной для Нью-Дели.

Валютный рынок

В июне 2013 г. весьма неожиданно развивалась ситуация на валютном рынке ИРИ. Впервые за последние 10 месяцев произошло краткосрочное укрепление иранского риала по отношению к доллару США. По времени это событие совпало с победой Х.Роухани, которая спровоцировала существенное изменение в экономических ожиданиях населения страны. После 14 июня 2013 г. иранцы кинулись продавать часть накопленной ими валюты (по данным ЦБ ИРИ, к июлю 2013 г. на руках у населения в качестве средства сбережения находились до 18 млрд долл. США). Как отмечают экономические эксперты, большинство из сбывавших иностранную валюту опасались возможного начала ирано-американских переговоров, которые якобы приведут к ослаблению санкционного бремени, что, в свою очередь, укрепит иранский риал по отношению к доллару США, грозя существенными потерями тем, кто вложил свои средства в американскую валюту. В итоге, часть иранского общества решило действовать на опережение. В результате подобных шагов, стоимость доллара США по отношению к иранской национальной валюте упала с 35 тыс. риалов до 30 тыс. риалов (и, даже, в некоторые дни ниже указанного психологического порога). Вместе с тем, к концу июня 2013 г. курс все же стабилизировался на отметке в 32 тыс. иранских риалов за 1 доллар США, что дало некоторым аналитикам право утверждать о скором возобновлении негативной тенденции по ослаблению национальной валюты ИРИ.

Вместе с тем, снижение стоимости доллара США не стоит полностью списывать на возникшую панику. Положительное влияние на ситуацию оказала и произведенная ЦБ ИРИ в июне 2013 г. отмена официального курса в 12260 иранских риалов за доллар США. Было объявлено, что с 1 июля 2013 г. в стране будет существовать только один обменный курс равный 24779 иранским риалам за доллар США.

Банковский сектор

В июне 2013 г. иранские биржевые игроки проявили неожиданный интерес к банковскому сектору, который в последние несколько лет считался аутсайдером ТБЦ. Последнее было определено общей ситуацией, складывающейся в экономике ИРИ, находящейся под серьезным давлением международных санкций, перманентным ростом объемов невозвращенных банковских займов (в июне 2013 г. темпы роста их объемов оценивались в 20%), а также обесценением национальной валюты по отношению к доллару США (равно как и по отношению к другим иностранным валютам). В результате, к 2013 г. население предпочитало не пользоваться услугами долгосрочных банковских депозитов, а инвестировать средства в драгметаллы, ценные бумаги и инвалюту. В данных условиях иранские банковские институты были вынуждены компенсировать нехватку средств путем дополнительных займов у ЦБ ИРИ под высокие проценты. На этом фоне весьма неожиданной была ситуация, когда в июне 2013 г. биржевые игроки стали активно скупать акции иранских банков на ТБЦ, что повысило их стоимость на 28%.

Оживление интереса к акциям иранских банков во многом связано с ожиданиями изменений в экономике страны, которые предположительно могут произойти после прихода к власти Х.Роухани. В частности, предполагается, что новое правительство предпримет ряд шагов, направленных на снижение уровня инфляции, либерализацию условий функционирования банковского сектора экономки (в первую очередь, за счет введения более гибкого механизма установления процентной ставки), сокращение избыточной денежной массы и контроль волатильности валютного рынка.

Жилищно-строительный сектор

Весьма неплохими были показатели и строительного сектора. Стоимость акций его компаний на ТБЦ в среднем выросла на 22%. Как и в случае с иранскими банками, это во многом произошло вопреки общей ситуации, складывающейся в строительном секторе. Так, эксперты напоминают, что в 2012 – начале 2013 гг. цены на жилье в ИРИ выросли на 50%, достигнув своего максимума и существенно сократив количество возможных покупателей. Одновременно существенно сократился и приток инвестиций в строительные компании. Все это, в целом заставляет аналитиков строить негативные прогнозы относительно будущего вышеназванного сектора экономики. В данных условиях положительная реакция биржевых игроков в июне 2013 г. объясняется, с одной стороны, начавшимся в том же месяце притоком ликвидных средств в строительной сфере, а также задержкой, с которой биржа отреагировала на расширение основных фондов строительных компаний, произошедшее на волне роста цен на жилье.

Нефтехимический сектор

Биржевые показатели нефтехимического сектора в июне 2013 г. были, наоборот, не на высоте. Стоимость его акций выросла лишь на 5%. Существенное негативное влияние на ситуацию оказали слухи о возможном четырехкратном увеличении стоимости газа – основного сырья нефтехимических компаний, а также рост стоимости транспортных издержек и возникшие проблемы с перевозкой готовой продукции (прежде всего, конденсатов). Как отмечают эксперты, если при четырехкратном повышении цен на природный газ предприятия указанной отрасли еще смогут приносить прибыль, то растущие транспортные издержки представляют серьезную угрозу. Так, если еще в 2012 г. стоимость отправки нефтехимической продукции из иранского порта заграничному покупателю (преимущественно Китаю) обходилась в 50 долл. США за тонну, то к июню 2013 г. эта цифра выросла на 140% и составила 120 долл. США за тонну.

Дополнительное негативное влияние на игроков ТБЦ оказал тот факт, что ведущие иранские нефтехимические компании установили объем выплачиваемых дивидендов в среднем на уровне 95%. Это, по мнению аналитиков, свидетельствует об отсутствии у флагманов отрасли каких-либо планов по развитию производства и желании основных акционеров получать прибыль, а не вкладывать средства в развитие компании. Не последнюю роль в этом вопросе могли сыграть и санкции, а также намерение США побольнее ударить по иранским нефтехимическим предприятиям.

Горнорудный и металлургический сектора

Произошедшее в июне 2013 г. вслед за победой Х.Роухани на президентских выборах укрепление иранского риала по отношению к доллару США на 15% вызвало беспокойство у менеджмента горнорудных и металлургических предприятий, работающих в том числе на экспорта и по этой причине существенно выигравших от обесценения национальной валюты ИРИ в предшествующие месяца. Вместе с тем, эксперты выражают полную уверенность, что укрепление иранского риала является временной психологической реакцией на выборы нового президента и вскоре процесс его ослабления вновь продолжиться. Этого же мнения придерживается и большинство игроков ТБЦ: в июне 2013 г. стоимость акций металлургических и горнорудных предприятий увеличилась на 13,4% и 17,3% соответственно. Ситуация негативно складывалась лишь для производителей меди, что, впрочем, было связано с общим падением цен на данный продукт на мировом рынке.

1 В апреле 2012 г. японские компании импортировали 189 тыс. баррелей иранской нефти в сутки.

 

29.55MB | MySQL:67 | 0,731sec