Северокавказцы в гражданской войне в Сирии

Во время военных действий на Северном Кавказе многие радикальные исламисты из государств Персидского залива, Йемена, Иордании, Сирии, Египта и других мусульманских стран участвовали в боях на стороне экстремистов. В то время многие из них искали новые регионы, где могли бы пригодиться их знания и опыт ведения боевых действий.

В настоящее время имеет место обратный процесс. Все больше поступает информации об участии выходцев из республик Северного Кавказа в боевых действиях в различных «горячих точках».

На территории Афганистана и Пакистана (судя из сообщений СМИ, обслуживающих интересы международных исламистских структур) под эгидой «Аль-Каиды» сформированы группировки, состоящие из выходцев из северокавказских республик, прошедших суровую школу в этих государствах в боях против коалиционных сил и местных силовых структур. Усиливаются позиции аффилированной с «Аль-Каидой» группировки «Джаиш аль-Мухаджирин ва-ль-Ансар», основу которой также составляют представители Северного Кавказа. Идейные установки этих организаций полностью отвечают программной линии «Аль-Каиды» и они поддерживают связь с международным движением джихада.

С учетом легкости, с которой исламские радикалы используются внешними игроками для реализации своих геостратегических целей, усиление активности выходцев из России в зонах конфликтов может иметь крайне негативные последствия для нашего государства. Между экстремистами крепнут связи, отрабатываются схемы проведения диверсионных операций. С большой степенью вероятности можно утверждать, что намечаются контакты с иностранными спецслужбами. В перспективе этот «зеленый интернационал» может быть задействован для дестабилизации Северного Кавказа, Поволжья, Татарстана, где не совсем простая ситуация в плане взаимоотношений между традиционалистами и сторонниками «чистого ислама».

Недавно было опубликовано видеообращение командира «Бригады иностранцев» (Мухаджирин) Абу Умара аш-Шишани. Это подразделение входит в состав ведущей вооруженную борьбу с режимом Б.Асада радикальной исламистской организации «Джабхат ан-нусра». О боеспособности бригады говорит то обстоятельство, что ее боевики сыграла важную роль в захвате несколько крупных сирийских военных объектов в 2012 г. Северокавказцы также нанесли значительный урон сирийской армии при атаке  военной базы «Шейх Сулейман».

Все большую значимость военным действиям в Сирии стали придавать и лидеры радикальной исламистской группировки «Имарат Кавказ». В частности, руководитель этой организации Доку Умаров в ноябре 2012 г. весьма неоднозначно отзывался в видеообращении о выходцах с Северного Кавказа, которые воюют в Сирии, не скрывая своего разочарования в связи с тем, что они оставляют «джихад» в родном для них регионе и отправляются в Сирию. Он подчеркнул, что «борьба на Кавказе является более жестокой и интенсивной, чем на территории Сирии». Руководство «Имарата Кавказ» было, таким образом, однозначно против оттока боевиков в Сирию. Наряду с этим он предупредил сирийских джихадистов, чтобы они «не сбрасывали режим Башара Асада, используя турецкую, саудовскую, египетскую, американскую помощь, чтобы не попасть под влияние других кумиров, прикрывающихся демократией».

Однако менее чем через год в «Имарате Кавказ» изменили свою позицию относительно того, считать ли борьбу сторонников «чистого ислама» в Сирии джихадом. В начале 2013 г. известный мусульманский ученый с Северного Кавказа, шейх Абу Абдуррахман аль-Магриби издал фетву в поддержку позиции руководства «Имарата Кавказ». Отвечая на вопрос об участии представителей северокавказских республик в сирийском конфликте, он заявил, что они должны стремиться в первую очередь вести войну у себя дома, а не в Сирии. В то же время, шейх отметил в фетве, что можно обоснованно участвовать в войне в Сирии, только с целью приобретения боевого опыта, а затем следует вернуться домой и использовать его на родине. Он подчеркнул, что российские власти очень обеспокоены тем, что хорошо подготовленные сторонники «чистого ислама» после возвращения дадут дополнительный импульс радикализма в южных регионах России. Вероятно далеко не маловажную роль сыграла заманчивая перспектива выхода на зарубежных спонсоров, заинтересованных в дестабилизации обстановки в России.

Прошедшие сирийский «джихад» ветераны, после возвращения в Россию, могут бросить вызов доморощенным джихадистам. Вероятно, они смогут соперничать с нынешним руководством «Имарата Кавказ», учитывая, что уровень подготовки тех, кто воевал в Сирии может оказаться значительно выше по сравнению с теми, кто остался на Северном Кавказе. Наряду с этим ветераны уже сейчас нарабатывают связи с салафитскими группировками стран Ближнего Востока и Северной Африки. В перспективе они могут стать связующим звеном между международными финансовыми структурами, спонсирующими экстремизм и группировками «чистого ислама» в России.

Учитывая растущую популярность «джихада в Сирии» среди молодежи региона, а также усиливающийся авторитет северокавказких боевиков в сирийском конфликте, руководство «Имарата Кавказ» было вынуждено пересмотреть свое отношение к стремлению потенциальных добровольцев присоединиться к «священной войне» против официального Дамаска. К настоящему времени все сайты, связанные с «Имаратом Кавказ» с гордостью сообщают о том, как северокавказцы борются в Сирии. Кроме того, в качестве официального представителя этой организации в Сирии даже был назначен амир Салауддин. Таким образом, лидеры «Имарата Кавказ» пытаются установить контроль над своими соотечественниками, которые борются в Сирии с целью формирования из них боеспособных отрядов еще в зоне боевых действий, а затем продолжить борьбу уже непосредственно в России.

Вместе с тем подавляющее большинство чеченцев и других северокавказцев, которые ведут борьбу против правительственных войск в Сирии прибыли не с Кавказа, а из стран, где они учились или получили статус беженцев. В частности, Рустам Гелаев, сын известного полевого командира Руслана Гелаева, был одним из первых убитых чеченских боевиков в Сирии. Руслан Гелаев был студентом в университете Каира. Другой уничтоженный салафит, Мурад Музаев, был беженцем в Швеции. В настоящее время все больше боевиков с юга России прибывает в Сирию небольшими группами, не связанными с радикальными исламистскими группировками. В одном из обращений из зоны боевых действий они призывают молодых людей не оставлять «священную борьбу» на родине, но если кто-то желает продолжить джихад в Сирии, то «путь на него» не сложный. Они не указывают как следует добираться в эту страну, но намекает, что не испытывали больших трудностей с дорогой на «джихад» в САР.

Группировки, состоящие из выходцев с Северного Кавказа, были объединены в единую систему сирийской вооруженной оппозиции. В марте 2012 г. несколько бригад сирийской моджахедов, таких как «Хаттаб» и «Джаиш Мухаммад», объединилась с бригадой «Мухаджирин» под командованием амира Абу Омара аш-Шишани. Группа была впоследствии преобразована в «Джаиш аль-Мухаджирин ва-ль-Ансар». Десятки видеозаписей с участием выходцев с Северного Кавказа в военных действиях в Сирии были размещены на YouTube. «Мухаджирин» в конце июня 2013 г. провели теракт в аэропорте г.Алеппо, используя управляемое смертником трофейное БМП, наполненное 4 тоннами взрывчатки. Наряду с этим приблизительно в этот же период, боевики этой организации сбили два вертолета правительственных войск. Боевиками группировки также была проведена операция по захвату военного аэродрома Миннаг в начале августа 2013 г. в пригороде г.Алеппо.

Готовность северокавказцев из стран Ближнего Востока и Европы, принять участие в гражданской войне в Сирии не связано только лишь с религией, но и с антироссийским фоном конфликта. Режима Асада, против которого борется сирийская оппозиция, пользуется поддержкой Москвы. Именно это в первую очередь движет выходцами с Северного Кавказа. Для них «джихад» в Сирии- это продолжение боевых действий в Чечне и Дагестане.

Конфликт в Сирии способствовал приобретению северокавказцами неожиданных союзников — пакистанских талибов из радикальной группировки «Техрике Талибан Пакистан», которые объявили джихад России. Декларация сама по себе означает, что действия России в Сирии и участие северокавказких добровольцев в этой войне повышает уровень международной значимости ситуации на Северном Кавказе. Джихадисты на Северном Кавказе уже стали частью глобального движения джихада. Будучи «отвергнутыми» международными финансовыми джихадистскими структурами в результате успехов российских спецслужб и начала военных действий в Афганистане и Ираке, сторонники «чистого ислама» на Северном Кавказе были долго изолированы от своих единомышленников в мусульманских государствах. Война в Сирии существенно повлияла на вывод северокавказских моджахедов из этой «изоляции».

Последствия сирийского конфликта для государств Ближнего Востока и Северной Африки, вероятно, будут намного более серьезными, чем все арабские революции. Безусловно, Россия также не останется в стороне от политических потрясений, наметившихся в регионе.

Исламисты также стремятся нанести удар по международному имиджу России. В частности, на богословской конференцией в Каире 13 июня 2013 г.. авторитетные теологи из различных мусульманских государств признали войну в Сирии джихадом. Причем речь идет не столько о самой конференции, так как подобные встречи проходят на Ближнем Востоке довольно часто. Организаторы конференции в Каире включили в состав приглашенных большинство из тех, кто принимал участие в аналогичном форуме в Москве в мае 2012 г. в отеле «Ритц-Карлтон». Тогда на мероприятие были приглашены богословы из 23 стран. Весьма знаковым явилось участие в мероприятии в Москве таких светил исламского богословия мирового масштаба, как Генеральный секретарь Международного союза исламских ученых, доктор Али аль-Карадаги и заместитель Председателя Международного союза исламских ученых, доктор Абдуллах бин Байя. На встрече обсуждалась главная тема конференции «Исламская доктрина против радикализма», которая завершилась принятием Московской Богословской Декларации, осуждающей радикализм. По мнению авторитетных теологов именно неправильное толкование терминов «джихад», «халифат», «такфир» приводит к радикализации многих мусульман по всему миру, к ошибочному пониманию, что основной задачей мусульман является вооруженная борьба в целях установления тоталитарного политического порядка под религиозными знаменами.

Все участники Каирской конференции единогласно поддержали мнение о том, что происходит в Сирии является джихадом и все мусульмане должны оказывать помощь сирийскому народу в его борьбе против Асада.

Также среди участников конференции в Египте присутствовал шейх Юсуф аль-Кардауи, которого Россия в течение многих лет пытались убедить осудить исламский экстремизм на Северном Кавказе.

Наряду с выходцами с Северного Кавказа в сирийском конфликте участвуют поволжские татары, в частности, члены так называемого «Джамаат Булгар» во главе с Айратом Вахитовым и Салман Булгарским. По различным сведениям число боевиков из различных регионов России составляет около 250 человек. В войне против режима Асада участвуют также этнические осетины. Радикализация некогда мирной осетинской молодежи показывает, как быстро ситуация может измениться на Северном Кавказе. Это не первый раз, когда осетины вливаются в ряды радикалов в странах Ближнего Востока, Недавно наметилась тенденция, что боевики с Северного Кавказа в видеообращениях начали идентифицировать себя как представителей «Имарата Кавказ» .

Следует отметить, что цифры, касающиеся численности выходцев с Северного Кавказа, участвующих в боях в Сирии крайне противоречивы. Например, по состоянию на май 2013 г. около 16 граждан России были убиты в ходе боевых действий в САР. Однако, в действительности, если просмотреть некоторые видеоролики изYoutube можно отметить, что число погибших из республик региона на несколько порядков выше. Только в одном из репортажей демонстрируются тела 8 чеченцев, погибших во время одной из операций. Достаточно ввести в поисковой строке «сhechen in Syria», запрос на арабском «шишан фи суриа» предоставит еще больше видеоотчетов.

В конце начале августа 2013 г. результате внутренних разногласий среди чеченских боевиков, составляющих костяк упомянутой «Джейш аль-Мухаджерин ва-аль-Ансар», входящей в группировку «Исламское государство в Ираке и Леванте» (Ад-Давля аль-Исламийя фи-ль-Ирак ва-аш-Шам), произошел раскол.

Сведения о численности этой организации варьируются от нескольких сотен до полутора тысяч. При этом в самой группировке происходит деление по этническому и клановому принципу.

Лидером группировки Абу Умаром аш-Шишани было сделано обоснование своего решения об исключении одного из амиров Сейфуллы вместе со 27 его сторонниками. По словам А.У.аш-Шишани решение дистанцироваться от эмира Сейфуллы было принято на заседании командиров различного уровня. По словам лидера группировки, «возникла острая необходимость дать шариатскую оценку и принять шариатское решение  в отношении группы лиц, деятельность которых была направлена на раскол и брожение среди моджахедов-мухаджиров (иностранцев) и разжиганию к ним неприязни и вражды со стороны местного населения. Эти люди придерживались такфира (в данном случае обвинение в неверии мусульман, не разделяющих идеологию салафизма-авт.), до определенного момента, скрывая свое воззрение». «Отметим лишь одно – эта болезнь (такфир-авт.) напоминает наркоманию, когда с каждым разом возникает тяга увеличить дозу. Они объявляют  такфир своему народу, своим родственникам, родителям… затем объявляют такфир каждому, кто не спешит поддержать их воззрение».

Одновременно Абу Умар аш-Шишани подчеркнул, что изгнанные члены группы создали свой отдельный «джамаат» внутри «Джейш аль-мухаджирин ва-ль-ансар», «бесконтрольно транжиря» под разными предлогами средства организации. При попытке выяснить конкретную ситуацию на месте, некоторые из них демонстративно не подчинились приказу амира. Эти серьезные обвинения могут помешать отколовшейся группе получать помощь от других организаций, стоящих на позициях салафизма.

Видео-ответ обвиняемого Сейфуллы не заставил себя долго ожидать. В своей десятиминутной речи он отрицает инвективы в излишнем применении практики такфира. Наряду с этим он доказывает, что командовал гораздо большей группой, чем 27 человек.

Сейфулла фигурирует в большинстве видеоотчетов о проведении операций «Джейш аль-Мухаджирин ва-ль-Ансар». В отличии от лидера организации он бравирует перед камерой, рассказывает о подвигах моджахедов, демонстрирует захваченные трофеи и пленных сирийских военнослужащих. При этом Сейфулла параллельно на очень ломанном русском языке ведет монологи об исламе, о джихаде. Обладая артистическими способностями и достаточной харизмой, он пользуется популярностью в среде боевиков. Поэтому, если бы амир Сейфулла располагал большим числом сторонников, он бы не упустил возможность, чтобы их продемонстрировать. Известно, что в группировке он выполнял функции пресс-секреатря, одновременно участвуя в операциях. Вместе с тем о нем трудного говорить как о лидере самостоятельно подразделения.
Расколу в группировке предшествовало резонансное событие — жестокая казнь двух священников, которую привел в исполнение боевик дагестанского происхождения по имени аль-Банат. Помимо этого, известно, что на подконтрольных территориях некоторые полевые командиры группировки вводят суровые меры наказание для тех, что не разделяет ее принципов «чистого ислама». Это провоцирует негативное отношение местного населения к иностранцам вообще и северокавказцам, в частности.

Подозреваемый в убийстве христиан аль-Банат впоследствии был вынужден покинуть Сирию по приказу Абу Умара аш-Шишани. Именно поэтому Сейфулла в своем видеообращении сравнил себя с аль-Банатом и неоднократно подчеркнул, что в своих действиях он не будет уподобляться ему.

В связи с этим можно предположить, что руководство «Джейш аль-Мухаджирин ва-аль-Ансар» не разделяет практику внедрения жестких шариатских норм в подконтрольных группировке районах. Являясь частью более крупной структуры – «Исламского государства в Ираке и Леванте» «иностранцы», стремятся следовать тактике, наработанной сторонниками «чистого ислама» в соседнем Ираке. Действия салафитов, как казни христианских священнослужителей, «вырезание и поедание» внутренностей у убитых сирийских военнослужащих вызывают раздражение у иностранных спонсоров из западных стран и государств Персидского залива. Поэтому салафиты стремятся несколько исправить свой имидж перед международным сообществом, дистанцируясь от тех фигур, которые активно применяют кровавые методы расправы над политическими оппонентами.

Раскол в северокавказской группировке в Сирии не означает, что влияние эмира Абу Умара аш-Шишани снизится. Вероятно наоборот — он теперь приобретет дополнительную популярность за счет своей нетерпимости к расточительству и излишнему применению такфира в Сирии. Скорее всего, этот тактический ход привлечет к нему дополнительное внимание со стороны внешних сил.

Выжившие ветераны гражданской войны в Сирии, вероятно, вернутся в Россию для продолжения «джихада». На видеороликах боевики из северокавказских республик даже не скрывают этого, подчеркивая, что они отправятся «делать джихад» в Россию, после того как «установят шариат в Сирии». В одном из видеоотчетов они, демонстрируя захваченные трофеи сирийской армии, заявляют, что запасают оружие для своих братьев, чтобы вести борьбу против российских войск на Северном Кавказе.

31.21MB | MySQL:67 | 0,815sec