О политической элите Ливана. Часть 7

Важным, хотя и небольшим сегментом ливанского социума является община друзов. В силу некоторых обстоятельств новейшей истории Ливана друзская элита получила очень важную роль в формировании политики страны, непропорциональную количественному размеру этой религиозной общины.

К началу 11 в. значительная часть Ближнего Востока (территории Египта, Сирии и Палестины) находились в составе могущественного халифата Фатимидов. Фатимиды придерживались исмаилизма, интересного и оригинального вероучения, отпочковавшегося от ортодоксального шиизма. В отличие от классических шиитов, почитающих двенадцать Имамов, потомков рыцарственного соратника пророка Мухаммада Имама Али и дочери Пророка Фатимы, исмаилиты признавали только семь Имамов. Причем в качестве седьмого они почитают не законного наследника шестого Имама Мусу аль-Казема, а его старшего сына Исмаила. В ходе своего исторического развития исмаилизм претерпел сильное влияние гностической и неоплатонической философии.

В 996-1021 гг. фатимидский престол в Каире занимал халиф Хаким, религиозные и политические реформы которого вызвали раскол в исмаилитской общине. Формальным поводом раскола стало то, что Хаким занялся «самообожествлением». Думается, что подобное утверждение лишено всяких оснований. Для человека, выросшего и воспитанного в мусульманской культуре, между Творцом и творением всегда сохраняется непроходимая пропасть и объявить себя Богом – значит совершить величайшее кощунство. Скорее Хаким считал себя носителем особой благодати: света Мухаммедова (нур мухаммади), позволяющего ему быть не только политическим, но и мистическим вождем общины верующих. Неслучайно он называл первого Имама Али своим отцом. Одним из активнейших проповедников новой религии был Исмаил аль-Дарази по прозвищу Нештегин (эта кличка выдает в нем тюрка, скорее всего из Средней Азии). Имя Дарази и легло в основу термина «друз», аль-дурузи. Примечательно, что сами друзы никогда не называют себя подобным образом. Приверженцы этой религии предпочитают называть себя Ахль аль-Тавхид (люди Единства), а также Ма’шар аль-Муваххидун (община Муваххидун) или Ма’шар аль-Ихван (община братьев) (1).

Основной священной книгой друзов является Коран, хотя они признают также Тору и Евангелие, а также черпают вдохновение из писаний своих учителей Расаил аль-Хаким (Книг мудрости). Сам же Тавхид друзы толкуют расширительно: по их мнению, истина в разных формах содержится во всех монотеистических учениях. Внутренняя жизнь и социальная организация друзов имеет достаточно замкнутый характер. Так, согласно друзским доктринам, друзом можно только родиться. Одним из принципиальных оснований друзской доктрины является учение о реинкарнации (такаммус от арабского камис, «рубашка»). Она подразумевает, что душа после гибели физического тела переселяется в новое тело, меняя телесную оболочку как рубашку. Друзы обосновывают это фундаментальное положение своей доктрины следующими аятами из Корана (2.28, 4.56, 10.4). Причем душа друза переселяется только в тело своего единоверца (2). Это ведет к тому, что друзы отвергают как переход в другую веру, так и прозелитизм – привлечение иноверцев в свои ряды.

В настоящее время друзская община Сирии насчитывает 400 тысяч человек, Ливана – 170 тысяч (3). На территории Ливана районами расселения друзов являются горные местности Алей и Шуф. После падения квазигосударства Шехабов, вассального Османской империи, в конце 18 века, друзские феодалы приобрели господствующее положение в Горном Ливане, подчинив себе маронитские крестьянские общины. Однако развитие торговли маронитской буржуазии с Европой поколебало экономическую гегемонию друзов. В 1840-1861годах в Горном Ливане велась большая война между друзами и маронитами за передел собственности, сопровождавшаяся жестокостями и погромами с обеих сторон. С этого времени ведет свой отсчет конфликт между двумя общинами, приобретший межрелигиозный характер.  В 20 веке многие представители друзской общины становятся горячими сторонниками концепции арабского национализма. Во многом это объяснялось тем, что примыкая к светскому арабскому националистическому движению они преодолевали свою ущербность в глазах суннитов, до этого воспринимавших их в качестве еретиков.

Для друзского социума характерно своеобразное двоевластие. Полномочия в общине поделены между светской элитой (машаих аль-заман) и религиозной (машаих аль-дин).  В 16-17 веках наиболее сильным кланом друзских феодалов были Мааны. Фахр ад-дин Маан (1590-1633 гг.) в ходе нескольких войн против турок добился со стороны турецкого правительства признания автономии друзских районов, которыми его потомки управляли до 1697 года (4). С конца 17 века начинается восхождение друзского клана Джумблатов (курдского происхождения), превратившегося к 1825 году в самую могущественную друзскую феодальную семью. Еще одним влиятельным друзским кланом являются Арсланы. Арсланы ведут свою родословную от клана Бухтуров, потомков доисламских царей арабского города Хира (5-7 вв.). После сельджукского завоевания Сирии (середина 11 века) один из представителей рода Бухтуров принял турецкое имя Арслан (Лев), ставшее позже родовым именем. Ему удалось основать в районе нынешнего Бейрута небольшое княжество, просуществовавшее до захвата этой местности крестоносцами в 1110 году (5). Между Джумблатами и Арсланами традиционно идет соперничество за лидерство в друзской общине.

В 20 веке наиболее выдающимся представителем клана Джумблатов был харизматичный ливанский политик Камаль Джумблат (1917-1977 гг.). Его отец, наместник района Шуф Фуад Джумблат был убит в 1921 году, и вплоть до совершеннолетия сына делами семьи и всей друзской общины руководила его властная мать Назира. В возрасте двадцати пяти лет К.Джумблат был впервые избран в ливанский парламент. После этого он неоднократно занимал посты депутата парламента и министра, в том числе в 1970-1974 годах важный пост министра внутренних дел, находясь на котором он разрешил деятельность в Ливане левых партий – коммунистической и национально-социалистической. В 1949 году К.Джумблатом была создана левая Прогрессивно-социалистическая партия (ПСП). Несмотря на неприятие Джумблатом конфессиональной политической системы и желание создать в Ливане полностью светское государство, сторонниками ПСП были и остаются в основном друзы (6). В 1953 году Джумблат организовал Народно-социалистический фронт (позже Национально-патриотические силы Ливана (НПС)), в который к 70-м годам входили ПСП, Коммунистическая партия, Сирийская национально-социалистическая партия, Движение арабских националистов. С 1968 года Джумблат также входит в союз с разместившимися в Ливане палестинскими беженцами и их вооруженными отрядами. Камаль Джумблат был последовательным сторонником политического союза Ливана с СССР. В 1972 году ему была присвоена Международная премия «За укрепление мира между народами».

Необходимо отметить, что гражданская война в Ливане в апреле 1975 году была развязана не НПС. Однако именно Джумблат с октября 1975 года настаивал на расширении военных действий. К лету 1976 года с помощью хорошо вооруженных и подготовленных палестинских отрядов ему удалось овладеть 70% территории Ливана с перспективой полного вытеснения правохристианских сил и создания в Ливане социалистической республики. Такое развитие событий не входило в планы Сирии. По мнению Хафеза Асада, целью Джумблата была сектантская месть маронитам за 140-летнее преобладание в Ливане, а не победа левых сил (7). В марте 1977 года Камаль Джумблат был убит. Существует серьезная версия о причастности к убийству сирийских спецслужб (8).

После убийства Джумблата руководство ПСП принял на себя его сын Валид (родился в 1949 году). В.Джумблат получил блестящее образование, закончив Американский университет в Бейруте (AUB). К этому моменту молодой человек был вовсе не подготовлен к такой роли. Он обладал скорее мягким характером, не был способен к дисциплине, обожал кататься на мотоцикле и нарушал общепринятый дресс-код, появляясь в обществе в джинсах и в кожаной куртке (9). Поговаривали и о его пристрастии к алкоголю. Однако сражения гражданской войны закалили В.Джумблата. Неожиданно для окружающих он превратился в одного из наиболее выдающихся ливанских политиков. Летом 1983 года ПСП вступила в просирийский Фронт национального спасения. В сентябре того же годы вооруженные формирования ПСП вели упорные бои с правохристианскими отрядами в районе Шуфа, что вызвало обстрел друзских сел со стороны военных кораблей США (10). Валиду Джумаблату удалось создать в Шуфе и Алее эффективное друзское мини-государство с собственной боеспособной армией в количестве 4 тысяч человек, подчинявшейся строжайшей дисциплине. В 1989-1990 годах он участвовал в выработке и подписании Таифских соглашений, в результате чего ему удалось добиться для общины друзов немыслимых ранее привилегий. В 1992-2000 годах Джумблат был министром по делам беженцев в коалиционном правительстве. Учитывая то, что Саудовской Аравией на обустройство ливанских беженцев было выделено более 500 миллионов долларов, распределять эти финансовые потоки было крайне выгодно (11).

В конце 2004 года Джумблат стремительно переходит из лагеря сторонников Сирии в ряды ее противников. Официально такое поведение мотивировалось ливанским патриотизмом и намерением отмстить за коварное убийство отца, но на самом деле в поведении Джумблата лежал политический расчет. Исходя из анализа обстановки, он понимал, что дни сирийского присутствия в Ливане сочтены и необходимо так или иначе налаживать связи с прозападными и просаудовскими силами, что и было сделано в 2005 года после создания Коалиции 14 марта с движением «Мустакбаль» Саада Харири. В 2009 году он совершает новый кульбит, выйдя из Коалиции 14 марта и примирившись с сирийцами. Он даже нанес визит в Дамаск, где извинился перед президентом Башаром Асадом. После начала внутриполитического конфликта в Сирии в 2011 году тон Джумблата по отношению к режиму Асада вновь сменяется на резко негативный, включая высказывание о  том, что в противостоянии он находится «на одной стороне с «Джабхат ан-нусрой». Однако в конце 2013 года Джумблат умеряет свою воинственную риторику в отношении Дамаска, и вступает в диалог с «Хизбаллой». Представляется, что на очередную перемену позиции Джумблата повлияли два фактора. Во-первых, жестокости, проявленные исламистскими боевиками в Сирии по отношению к друзам, проживающим в районе Идлиба. Во-вторых, возможное выдвижение Коалицией 14 марта на президентский пост его старого врага Самира Джаджаа.

Многие западные аналитики и наблюдатели удивляются кульбитам Валида Джумблата, а между тем в такой непоследовательности прослеживается своя логика. Друзская община в Ливане не имеет внешних покровителей. Для суннитов таким покровителем является Саудовская Аравия, для шиитов Иран, для маронитов – Франция и в определенной степени США. Друзы, лишенные такого защитника, вынуждены маневрировать, чтобы сохранить свои позиции в нестабильной политической системе Ливана. Этим объясняются ситуационные союзы Джумблата с Сирией, СССР, Ливией в правление Каддафи, КСА. Еще одним политическим рычагом для Джумблата является членство его партии в Социнтерне, что позволяет ему на равных общаться с ведущими европейскими политиками и лоббировать свои позиции в Париже. Утопическая мечта его отца Камаля Джумблата об общенациональном единстве потерпела фиаско, и для Валида самым высоким приоритетом стало благополучие друзской общины. Именно так он объяснил свою антиасадовскую позицию в 2013 году: «После падения Асада алавиты уйдут к себе в горы, а друзы останутся каплей в суннитском море» (12).

Помимо В.Джумблата влияние на ситуацию в общине друзов оказывает конкурирующий клан Арсланов. Талал Арслан является лидером Демократической партии Ливана, входящей в просирийскую Коалицию 8 марта. Порой он позволяет себе очень резкие высказывания в адрес Валида Джумблата. Однако степень вражды двух друзских лидеров не стоит преувеличивать. В.Джумблат и Т.Арслан являются родственниками. Мать Валида Джумблата Мэй Арслан, умершая в сентябре 2013 года в возрасте 85 лет принадлежит к клану Арсланов. Оба политика часто встречаются и координируют многие свои действия, тем самым лишний раз подтверждая примат семейственности в ливанской политике.

 

  1. Fouad Khouri. Being a Druze. London. Tauris, 1996. P.18
  2. Ibid., P.68
  3. Ibid., P.140
  4. Kamal Salibi. A House of many mansions. London. Tauris, 2002. P.110
  5. Ibid. P.115
  6. И.В. Тимофеев. Камаль Джумблат. М. Прогресс, 2003. С.135
  7. Charles Glass. A lord of no man’s land. A guide3d tour to Lebanon’s ceaseless war.// http://www.charlesglass.net/archives/2007/03/the_lord_of_no.html
  8. Rene Naba. Liban: Walid Jumblatt, Requiem pour un saltimbanque.// http://www.renenaba.com/liban-walid-joumblatt-requiem-pour-un-saltimbanque/
    1. Sandra Mackey. Lebanon. A House divided. N.Y. Norton and Company, 2006. P.208

10. Seale P. Assad: The struggle for the Middle East. Berkeley. California University Press, 1997

11. Rene Naba. Liban: Walid Jumblatt, Requiem pour un saltimbanque.// http://www.renenaba.com/liban-walid-joumblatt-requiem-pour-un-saltimbanque/

12. Jumblatt: “I Am With al-Nusra Front Against Assad”.// http://english.al-akhbar.com/node/15162

62.09MB | MySQL:101 | 0,493sec