Что стоит за визитом делегации ХАМАСа в Иран

Нынешняя политика Дохи по налаживанию «мостов» с Эр-Риядом и остальными аравийскими монархиями серьезно обеспокоила не только исламистов в Ливии, но и лидеров ХАМАСа. Руководство этой организации, сделав в свое время ставку на Катар и официально позиционировав себя как активный член глобального движения «Братья-мусульман» вновь, похоже, оказывается на распутье. Напомним, что примерно год назад ХАМАС, явно не без влияния катарских финансов, начал дрейф из орбиты Тегерана, союзником которого он выступал все последнее время в сторону Дохи. Вернее было бы сказать, что часть движения, которая базировалась в секторе Газа, окончательно определилась со своими внешнеполитическими ориентирами. Оно долго металось между Ираном, Турцией и Катаром, и эти маневры были, прежде всего, предопределены свержением правительства «Братьев-мусульман» в Египте. Отметим, что руководители ХАМАСа в секторе Газа основную ставку делали именно на режим М.Мурси и связывали с ним самые скорейшие перспективы снятия экономической блокады. Эти надежды были так выпукло выражены, что еще полтора года назад никто не рассматривал находящегося в Катаре главу политбюро ХАМАСа Халеда Машаля в качестве реального претендента на высшие посты в организации. Да и он сам, собственно, уже был готов уехать в «почетную эмиграцию» в Иорданию и окончательно отойти от дел.

Но все изменилось с момента свержения М.Мурси, что совсем похоронило все надежды ХАМАСа на союз с Каиром и соответственно резко снизило уровень влияния  руководства организации в секторе Газа. Собственно говоря, не совсем было понятно, на чем основывались надежды «секторальных» вожаков ХАМАСа на добрую волю египетских «Братьев-мусульман». Никаких реальных шагов по деблокаде сектора Газа предпринято не было, а сами отношения с Каиром были, мягко говоря, совсем не радужными. Так что обвинения, которые египетские военные сейчас выдвигают против М.Мурси в части его «сговора с ХАМАСом и Ираном», вызывают недоумение и пессимизм в отношении непредвзятости египетской судебной системы. Напомним, что неким водоразделом в определении приоритета ХАМАСа на внешнем треке стал сирийский кризис, в котором под давлением все той же Дохи, он занял откровенно антиасадовскую позицию.  Если говорить проще – предательскую по отношению к своим, совсем недавно самым близким, союзникам в лице Тегерана и ливанской «Хизбаллы». Так, на фоне провозглашенного «нейтралитета»  к внутреннему кризису в Сирии, инструкторы из боевого крыла организации «Бригады Иззеддина аль-Касама» помогали джихадистам в той же Сирии овладевать искусством организации системы подземных бункеров и тоннелей, а в самом палестинском лагере Ярмук такая система подземных коммуникаций была просто предоставлена в распоряжение противников режима, что привело к тяжелейшим боям. Та же «Хизбалла» столкнулась со «знакомым почерком» строительства фортификационных укреплений во время боев за ключевые логистические узлы на ливано-сирийской границе. Ирония судьбы в данном случае заключается в том, что именно инструкторы из «Хизбаллы» в свое время обучали боевиков ХАМАСа этому ремеслу. После этого говорить о каком-то союзе между ХАМАСом и Ираном было уже большой натяжкой. И вот теперь кульбит со стороны Дохи, что вновь ставит на повестку дня вопрос о выборе внешнеполитического спонсора.

В этой связи руководство ХАМАСа начинает осторожно «плести кружева» в отношении возможного возобновления альянса с Тегераном. 8 декабря с.г. Тегеран посетила делегация ХАМАСа во главе с членом исполкома движения Мухамеддом Насром (кстати, всегда выступающего за сохранение союзнических отношений с иранцами) и «ответственного» за отношения с арабскими странами Усамой Хамданом. Основной целью данного визита было зондирование позиции Тегерана в отношении возобновления связей с ХАМАСом. В случае успеха этой миссии можно с полной уверенностью ожидать в скором времени поездки в Иран и главы политбюро ХАМАСа Х.Машаля. Что стоит за всем этим?

По мнению ряда экспертов, делегация ХАМАСа вряд ли бы могла рассчитывать на теплый прием в Тегеране без наличия неких тайных пружин во всей этой дипломатической активности. В этой связи наиболее вероятной версией происходящего является стремление Дохи по установлению тайных опосредованных контактов с Тегераном. Собственно, такое сближение являлось главной причиной недавнего кризиса в отношениях между Эр-Риядом и Дохой. Об этом ни слова не было сказано на последнем саммите ССАГПЗ в Дохе, по крайней мере, официально. Но в кулуарах это вопрос, безусловно, обсуждался и на самом высоком уровне. В этой связи катарцы стараются нивелировать возможные негативные издержки путем создания многоступенчатой схемы взаимодействия с иранцами. От этого направления, как и всесторонней поддержке глобального движения «Братьев-мусульман» Катар отказываться не собирается. Таким образом, на фоне поездок эмиссаров ХАМАСа в Тегеран мы начинаем наблюдать первые элементы трансформации внешнеполитической стратегии Дохи на современном этапе.

Вопрос только в том, насколько Тегеран в нынешней ситуации готов к такой схеме. Маловероятно, что иранцы сейчас разблокируют счета ХАМАСа и начнут массированную поддержку своих ненадежных союзников. И проблема в данном случае не только в недостатке наличной валюты. Дело в том, что Тегерану сейчас не до палестинского узла, поскольку Иран полностью увяз в Сирии и Ираке. Вот на эту тему неофициальный диалог с Катаром вполне возможен с учетом ключевой роли Дохи в становлении и поддержке «Исламского Государства» (ИГ). И первые консультации на эту тему уже состоялись в Бейруте месяц назад между послом Катара в Ливане и высшим руководством «Хизбаллы».

50.4MB | MySQL:113 | 2,395sec