Суфийские тарикаты в ближневосточной политике

События «арабской весны» привели к радикализации суннитской общины в ряде арабских стран, усилению настроений религиозной розни и нетерпимости, повышению влияния салафитских и ваххабитских организаций. Данные тренды наблюдаются даже в Сирии, где до гражданской войны абсолютное большинство мусульман-суннитов придерживалось умеренных взглядов, и особенно сильны были позиции суфийских тарикатов. Рост опасности джихадизма ставит на повестку дня вопрос о противодействии религиозному экстремизму. Одним из противоядий для экстремистской идеологии мог бы выступить суфизм, мистическое движение в суннитском исламе, еще 100 лет назад насчитывавшее значительное количество приверженцев. Стоит отметить, что в начале 13 века в позднем халифате Аббасидов и в определенные эпохи существования Османской империи суфийские тарикаты играли доминирующую роль в политике стран Ближнего Востока.

В настоящее время наибольшее количество адептов суфийских доктрин в арабских странах насчитывается в Египте (5 миллионов человек). В основном это уроженцы Верхнего Египта. Крупнейшими тарикатами в Каире являются Рифаийя и Шазилийя, в Александрии – Накшбандийя. Также присутствуют Азамийя, Бадавийя и другие тарикаты. Суфии в Египте широко представлены в клерикальном истеблишменте. В частности, сторонниками суфийского пути являются муфтий Египта Али Гомаа и бывший ректор университета Аль-Азхар Али Хашем. В мубараковскую эпоху египетские суфии в целом поддерживали правящий режим. Некоторые суфийские шейхи даже состояли в правящей Национально-демократической партии и избирались по ее спискам в парламент, что вызвало нарекания у египетских революционеров с площади Тахрир. В феврале-марте 2011 года даже началось создание суфийских милиций для охраны гробниц суфийских святых от возможных враждебных действий салафитов. Несмотря на это, у суфийских тарикатов АРЕ установились в общем дружественные отношения с движением «Братьев-мусульман». Во время выборов летом 2012 года Мухаммед Мурси, будучи еще кандидатом в президенты, усиленно посещал муршидов суфийских тарикатов, стремясь заручиться их поддержкой. Впрочем, такую же тактику в то время проводили другие кандидаты на президентский пост – Ахмед Шафик и Хамдин Саббахи. В обмен на поддержку «Братьев-мусульман» на выборах суфии получили от Мурси гарантии невмешательства в их растущую проповедническую деятельность и неприкосновенность суфийских мечетей. В 2012-2013 годах появились политические партии, патронируемые суфиями: партия «Нахдет Миср», партия «Тахрир аль-Масри», патронируемая тарикатом Азамийя, и партия «Ан-Наср ас-Суфи» во главе с Мухаммедом Салахом Зайедом. В кратковременный период правления «Братьев-мусульман» политизированное крыло египетских суфиев усиленно лоббировало улучшение отношений АРЕ с Ираном.  Египетский муфтий Али Гомаа известен как твердый сторонник суннитско-шиитского единства и противник религиозного экстремизма в исламе. Он был единственным крупным суннитским клерикалом, поддержавшим протестные выступления шиитов на Бахрейне.

Интересен подход египетских суфиев к актуальной в последнее время проблеме халифата. По мнению шейха Алаа Абу аль-Азайема, высказанному в интервью газете «Аль-Масри аль-йаум», «возрождение халифата является мечтой любого мусульманина, но это должно происходить по Божьему произволению, а не согласно воле некомпетентных и злых людей. Халифат рано или поздно будет воссоздан, но с учетом требований современности».

Приход к власти военных в Каире летом 2013 года во многом стал неожиданностью для местных суфиев. Какое-то время они по инерции поддерживали «Братьев-мусульман». Во время столкновений армии и полиции с протестующими на каирской площади Рабия аль-Адавийя летом 2013 года одним из суфийских шейхов была издана фетва о том, что любой солдат, убивший египтянина (даже члена «Братьев-мусульман» или салафита), будет рассматриваться в качестве неверного. Однако вскоре большая часть суфийского истеблишмента склонилась к поддержке режима Абдель Фаттаха ас-Сиси. Шейх тариката Азамийя Алаа Абу аль-Азайем в своих интервью постоянно заявляет о том, что «Сиси является сильным человеком, способным консолидировать Египет». Подобная политическая линия суфийских орденов вызывает враждебную реакцию у местных экстремистов. 14 октября 2014 года произошел взрыв машины, начиненной взрывчаткой, около каирской мечети «Ахмада аль-Бадави», святыни тариката Бадавийя. В последнее время у ряда суфийских лидеров просматриваются намерения взять под свою опеку систему религиозного образования в Египте. Своими основными противниками они считают не «Братьев-мусульман», а относительно мирных салафитов, уводящих паству у суфиев.

В Сирии суфии оказались расколоты в ходе гражданской войны. Их мнения разделились по вопросу о поддержке правительства Башара Асада. Одной из наиболее влиятельных суфийских организаций в САР традиционно считалось движение «Зейд» (не путать с шиитами-зейдитами в Йемене). Это движение было основано в 1920-е годы шейхом Абдель Каримом ар-Рифаи. В 1982 году против его последователей были развязаны репрессии, в связи с тем, что некоторые «зейдиты» поддержали восстание «Братьев-мусульман» в Хаме. Сын основателя ордена Усама ар-Рифаи был вынужден эмигрировать из Сирии и вернулся в страну в конце 1990-х годов. По возвращении он занял твердую позицию поддержки правительства, пытался посредничать в закулисных переговорах режима с эмигрантским крылом «Братьев-мусульман». Вплоть до своей смерти шейх Усама ар-Рифаи пользовался уважением со стороны Башара Асада. Достаточно сказать, что он был единственным крупным клерикалом, удостоившимся личного посещения президента у себя дома в 2002 году. Обычно Башар Асад сам приглашал к себе представителей духовенства.

Другой крупной суфийской организацией является движение Кубайситов. Интересно, что в него входят в основном женщины, хотя данная группа не имеет никакой феминистской повестки в западном смысле слова. Движение было основано в 1960-е годы прошлого года Мунирой аль-Кубайси и получило наибольшую популярность среди буржуазии Дамаска. Это суфийское движение открыло ряд школ и благотворительных фондов не только в Сирии, но и в Иордании, Ливане, Кувейте. В ходе гражданской войны движение Кубайситов выбрало нейтралитет, не присоединяясь ни к режиму, ни к оппозиции. При этом правительство Асада интерпретирует эту позицию как поддержку режима, а оппозиционеры ссылаются на то, что многие кубайситки помогают оппозиции.

Наконец третью группу сторонников суфизма составляют представители официального исламского духовенства, связанные с тарикатом Накшбандийя. К ним относились и относятся бывший верховный муфтий Сирии Ахмед Кефтаро, его преемник Ахмед Бадраддин аль-Хассун, известный мусульманский богослов имам Саид Рамадан аль-Бути, погибший в результате теракта в Дамаске в марте 2013 года. Муфтий А.Б.аль-Хассун и С.Р.аль-Бути безоговорочно поддержали президента Асада «в борьбе с террористами». В 2012 году в Алеппо радикальные исламисты убили одного из сыновей А.Б.аль-Хассуна. Единственным представителем этого течения, примкнувшим к оппозиции, является близкий соратник покойного Ахмеда Кефтаро и бывший депутат сирийского парламента Мухаммед Хаббаш. В 2011-2012 годах он пытался отстаивать «третий путь», средний между сторонниками Асада и оппозиционерами, но в результате присоединился к сирийской оппозиции.

Единственным суфийским течением, безоговорочно поддержавшим оппозицию, являются «зейдиты». В самом начале протестных выступлений их шейхи выступали против разгона мирных демонстраций и за освобождение политзаключенных. Шейх Мухаммед Ратиб аль-Наблуси и его ученики поддержали вооруженную оппозицию. В настоящее время в рядах сирийской вооруженной оппозиции оперируют три группировки, связывающие себя с суфиями: «Куват аль-Магавиейр», «Ахвад ар-Расул», «Ливаа Ахам ар-Расул». Гражданская война в Сирии привела к экспансии салафизма, связанной в основном с действиями иностранных экстремистских проповедников. При этом салафизм, ранее имевший приверженцев в основном в сельской местности, все больше  распространяется в городах. Базой поддержки тарикатов в Сирии традиционно были городской средний класс, средняя и мелкая буржуазия. В связи с бегством значительной части сирийского среднего класса от ужасов войны за границу размывается и база поддержки суфизма.

В Ливане позиции суфийских тарикатов не столь сильны как в Египте и Сирии. Суфии не играют существенной роли в ливанской политике и вообще занимают в местном исламе маргинальные позиции, несмотря на суфийские симпатии ряда официальных суннитских клерикалов – бывшего верховного муфтия Ливана Мухаммеда Рашида Каббани, муфтия Аккара Усамы ар-Рифаи, генерального директора Объединения исламских вакфов шейха Хишама Халифы. Общее количество адептов суфийской доктрины в Ливане оценивается в 12 000 человек, сосредоточенных в основном в Триполи и в Аккаре. Основными тарикатами являются Шазилийя, Рифаийя, Кадирийя и Накшбандийя. Суфизм находится в Ливане в глубоком упадке. По мнению ливанских аналитиков, расцвет суфизма в Турции и в бывшем СССР можно объяснить тем, что в условиях атеистического прессинга со стороны воинствующего коммунизма и секуляризма тарикаты помогали мусульманам сохранить свою идентичность. В Ливане такой проблемы не стояло, а секретные практики ряда суфийских орденов не повышали их популярности. Относительно активным элементом суфийского движения в Ливане является движение «Ахбаш» во главе с шейхом эфиопского происхождения Абдаллой аль-Харари аль-Хаббаши. Однако из-за угроз со стороны джихадистов это движение в последние годы полностью отошло от политики, сосредоточившись на благотворительных проектах.

Суфийские тарикаты могли бы сделать немало в плане исламского просвещения, создания новой исламской теологии, приспособленной к современным условиям, противодействия экстремизму. Однако для такой работы требуется минимальная стабильность, которая в настоящее время отсутствует на Ближнем Востоке.

52.57MB | MySQL:104 | 0,313sec