О процессе примирения в Афганистане

Смерть  лидера Движения «Талибан» муллы Мухаммеда  Омара должна по выводам аналитиков ЦРУ США серьезно простимулировать мирный процесс в Афганистане, в том числе и формате прямых переговоров между Кабулом и новым руководством талибов. Представляется, что  такие выводы являются более данью дипломатическому этикету, нежели чем отвечают реальному положению дел. Тем более, что по разным данным мулла Омар умер еще два года назад то ли в результате удара дрона, то ли от туберкулеза. По крайней мере, на такой версии событий настаивает афганская разведка и ряд информированных экспертов, что подтверждается и косвенными  данными. В частности, отсутствием обращений и видеороликов муллы Омара все эти два года, что вряд ли можно списать только на болезнь. Таким образом, сама легализация смерти уже бывшего лидера талибов мало что меняет в расстановке сил сторон и их готовности к переговорному процессу. Скорее всего в данном случае мы имеем дело с тем фактом, что возникла реальная необходимость уже четко обозначить фигуру, с которой можно вести переговоры со стороны талибов, а для этого надо было снять все вопросы в отношении исчезнувшего непонятно куда муллы Омара. Отметим, что в первой декаде июля с.г. начались переговоры делегации талибов с представителями Кабула, и официальное сообщение о смерти муллы Омара как раз было синхронизировано именно с этим фактом. Кстати, сам факт этого свидетельствует о том. что переговорный процесс проходит успешно. В противном случае, мир бы узнал о кончине муллы Омара еще раньше.

Рискнем  предположить, что можно действительно ожидать большого прогресса  на этих переговорах ровно по одной причине: они проходят под эгидой Пакистана, а если еще точнее — Межведомственной разведки Пакистана. До этого Исламабад постоянно срывал все попытки наладить контакт, чему несколько раз способствовал Катар. В данном случае все было логично — курировать процесс примирения должен был именно Исламабад, все остальные схемы и форматы были априори неправильными. Ровно об этом говорили пакистанские военные во время череды своих блиц-визитов в Кабул весной этого года. И они смогли убедить нового президента Афганистана А.Гани в правильности такого сценария, с прежним президентом Х.Карзаем такого диалога не выходило. Отсюда и нынешние обоюдные реверансы и благодарности со стороны Кабула и Исламабада в адрес друг друга.  Исламабад явно старается стать главным посредником и миротворцем в деле преодоления кризиса, отсюда и приглашение на консультации представителей США и КНР, дабы придать этому процессу некий характер международного и глобального.   Это предопределяет успех, хотя пакистанский советник президента по афганским вопросам Т.Фатеми по-восточному осторожничает: «Мы считаем, что, только продвигая переговоры об урегулировании разногласий, можно гарантировать мир в Афганистане. Пакистан и Афганистан полны решимости ликвидировать поодиночке или совместными усилиями те группировки и те фракции, которые не желают садиться за стол переговоров». Это очень интересный момент, на котором надо остановиться поподробнее. Под «отдельными группировками» в данном случае надо полагать, во-первых, недовольных полевых командиров в Кандагаре, которые в самый разгар внктренней борьбы решили для солидности присягнуть на верность «Исламскому государству» (ИГ). Результат этого известен — «решимость» пакистанской стороны выразилась в передаче информации о местоположении «раскольников» американским спецам, которые с помощью десятка ударов с дронов очень быстро выправили ситуацию в нужном для Исламабада ключе. Такая же практика будет использоваться пакистанцами и в дальнейшем. Гораздо опаснее тот момент, что само Движение «Талибан»  в настоящее время расколото более глобальным образом. Пакистанские военные явно выпустили ситуацию из-под контроля, выжидая время своего вступления в процесс урегулирования, слишком долго они позволяли талибам «варится собственном соку» в отсутствие своего лидера (мы все-таки считаем, что мулла Омар умер гораздо раньше).  Как результат, ожесточенная борьба между военными и политическими крыльями «Талибана». Осторожный оптимизм американцев в этой связи связан конечно не со смертью муллы Омара, а с тем фактом что его преемником стал лидер политического крыла мулла Ахтар Мансур. Он и его сторонники выступают за примирение с Кабулом, а вот главнокомандующий талибов Абдул Каюм Закир выступал категорически против. Вокруг него сплотилось несколько фигур из ближнего круга муллы Омара, в том числе и его брат Абдул Манам.  Отсюда и на первый взгляд несколько парадоксальная тактика талибов — попытка с одной стороны участвовать в дохийском процессе переговоров с центральными властями Афганистана, а с другой фактически их срывать, устраивая резонансные теракты в Кабуле. Вопрос прогресса в нынешнем переговорном процессе будет во многом зависеть от способности привлечь к нему в полной мере сторонников именно А.К.Закира. И вопрос в данном случае прозаичен — степень готовности властей в Кабуле предоставить Закеру и его людям удовлетворяющие их посты в иерархии властной вертикали.

Обратим внимание и на участие в консультациях представителя группы «Хаккани», что не мешает американцам напрямую общаться с ним, несмотря на то, что эта группа объявлена в США фактически вне закона. Такое положение дел стало возможным после смерти в прошлом году основателя группы Дж.Хаккани , и приход к власти его сына Сираджуддина. Ее боевой потенциал оценивается экспертами в настоящее время невысоко, что связано с нарушением афганскими силовиками всех логистических цепочек. Условия входа этой группы, которая без всякого сомнения находится под плотным контролем Межведомственной разведки Пакистана, в мирный процесс — это освобождение дяди Сираджуддина Анаса Хаккани, который был захвачен в прошлом году  афганскими спецслужбами. Несомненно также, что за спинами пакистанцев виды и саудовские «уши». Эр-Рияд  незримо присутствует на этих консультациях и через свои рычаги влияния в унисон с пакистанцами влияет на процесс. В данном случае Саудовской Аравии точно не нравится катарское посредничество в межафганских переговорах, а также заигрывания некоторых фигур в командовании талибов с иранцами. Это противостояние  породило в Движении «Талибан» еще одну раскольническую силу в виде уже бывшего главы представительства талибов в Дохе Тайеба Аги, который неоднократно с подачи Катара безуспешно пытался установить контакт с Кабулом и американцами. Таким образом, основными спонсорами этого нынешнего мирного процесса выступают Пакистан и КСА, которые взяли курс на умиротворение Афганистана (относительное конечно) и создание новой системы баланса сил в стране. Это диктуют помимо прочих и экономические интересы создания совместно с Пекином серьезной логистической и транспортной инфраструктуры в рамках воссоздания некого аналога «Шелкового пути», что превращает пакистанские морские порты в серьезные хабы. А для реализации этого сценария  Исламабаду нужно достижение относительной стабильности в Афганистане. Этого же (по той же причине плюс уйгурский вопрос) нужно и Пекину, и Вашингтону, но уже по несколько другим резонам. И есть все основания полагать, что Исламабаду удасться после недолгой борьбы преодолеть сопротивления всех  раскольников в Движении «Талибан».

50.4MB | MySQL:89 | 0,645sec