Турецкий взгляд на начало Россией военной операции в Сирии

Начало Российской Федерацией военной операции в Сирии 30 сентября текущего года не могло не послужить катализатором для официальных заявлений турецкой стороны, а также для бурной дискуссии как в экспертном сообществе, так и на бытовом уровне. Попробуем обобщить основные контуры комментариев, прозвучавших в Турции за истекшие четыре дня операции.

Начнём с первого, то есть с заявления президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана, сделанного телекомпании «Аль Джазира». Достаточно предсказуемо президент резко негативно отозвался о российском вмешательстве в сирийский конфликт, подчеркивая появление первых жертв среди мирного населения в районе Хамы, Хомса и Алеппо. Р.Эрдоган отметил, что указанные районы контролируются не «Исламским государством», о начале действий против которого Россия заявила в своём официальном обращении в адрес Турции, а так называемой «умеренной оппозицией». Не преминул президент вспомнить про девятисоткилометровую турецко-сирийскую границу и более чем двухмиллионную армию беженцев, которые «гостят» на турецкой территории, что, как можно понять, автоматически даёт Турции карт-бланш на непосредственное участие в конфликте. С другой стороны, как подчеркнул турецкий президент, у России нет общей границы с Сирией, то есть получается, нет веских причин для вмешательства. Р.Т.Эрдоган выразил свое сожаление «уважаемому Путину» и отметил необходимость в качестве глав двух дружественных стран встретиться и вновь обсудить ситуацию (читай свернуть российскую операцию) в Сирии. Дальше больше, перед вылетом во Францию 4 октября президент Эрдоган сделал заявление для прессы о неприемлемости российских шагов в Сирии и пообещал, что Россия и Иран, защищающие «убийцу», «ответят перед историей».

Ничуть не более оригинальны оказались международные издания и информационные агентства, включая «The Economist» и турецкую службу BBC. Смысл российских действий на сирийском направлении ими, по сути, сводится к тому, чтобы на фоне экономического кризиса в РФ решила вернуть себе статус суперсилы на Ближнем Востоке, то есть затеять войну. При этом обозревателями проводятся прямые параллели с Афганистаном и указывается на возможность начала российской наземной операции. И, разумеется, российская операция призвана отвлечь внимание мирового общественного мнения от Украины и поспособствовать если не снятию, то ослаблению антироссийских санкций, грозящих российской экономике банкротством. Впрочем, желая сохранить видимость объективности, авторы сохраняют за российским руководством моральное право на обеспокоенность по поводу возвращения, рано или поздно, граждан РФ, воюющих против правительственных войск в Сирии числом около 2 тысяч человек со всеми вытекающими рисками эскалации терроризма внутри страны.

Однако, официальные заявления турецкого руководства и комментарии международных информационных агентств буквально потонули среди множества комментариев в прессе и в социальных сетях страны, дающих куда как более объективную картинку происходящего и демонстрирующих четкое понимание мотивов российских действий. Вмешательство России воспринято в качестве серьёзной заявки на участие в ближневосточных процессах и возврат своего былого авторитета среди мусульманских стран и влияния в регионе на фоне провала политики США и западных стран в рамках проекта «Большого Ближнего Востока». Если резюмировать все написанное и озвученное в Турции за последние дни, то российский решительный шаг уже кардинально изменил военно-политический баланс в пользу России и позволил добиться, как минимум, трёх результатов.

Прежде всего, произошёл разворот позиции США в отношении возможности диалога с режимом Асада в рамках сирийского урегулирования. Сдвиг наметился и в позиции стран Европейского союза (в частности, Германии), находящихся под неослабевающим потоком сирийских беженцев. Косвенно, необходимость диалога с Асадом, хотя бы и «на переходный период», признал и президент Турции Р.Т.Эрдоган после своей поездки в Москву в период мусульманского праздника Курбан Байрам.

Второе, США и Израиль заговорили о необходимости координации своих шагов с Россией, то есть, по сути, признали нашу страну в качестве полноценного игрока на сирийской площадке. Россия, несмотря на противодействие Соединённых Штатов, уверенно продвигается в вопросе формирования стратегической оси «Россия – Ирак – Иран – Сирия», альтернативной западному блоку так называемых «друзей Сирии». Не исключают турецкие эксперты и более активного вовлечения Китая в региональные процессы. Обратили внимание обозреватели и на отказ Иордании и ОАЭ подписать декларацию, осуждающую действия России в Сирии, под которой, в свою очередь, подписалась Турция «под давлением США, Великобритании, Франции, Саудовской Аравии и Катара». Получается Иордания и ОАЭ совсем не против, чтобы Россия наносила удары по так называемым «умеренным исламистам». В целом, возможности маневра у США в Сирии оцениваются турецкими экспертами как «ограниченные».

Третье, Россия «подвинула» Иран внутри самой Сирии. Как отмечают турецкие аналитики, российская помощь для Сирии является предпочтительной по сравнению с иранской по целому ряду причин, среди которых можно выделить важность российского слова в Совете Безопасности ООН, а также потенциально меньшее, если не минимальное участие, России во внутриполитической жизни Сирии после достижения урегулирования.

В очередной раз заметим, что Турция на экспертном и бытовом уровне настроена куда как более пророссийски, чем это принято считать в нашей стране, и самым большим упрёком, звучащим на бытовом уровне, является то, что «давно было пора России вмешаться».

Российские действия в Сирии в очередной раз дали толчок жесткой критике в адрес турецкой внешней политики и упёртости руководства страны в том, что «Асад должен уйти». Иронию вызвала и безуспешность усилий турецкого руководства сдвинуть со своих позиций Россию, в частности, в ходе визита президента Эрдогана в Москву под формальным поводом открытия кафедральной мечети в Москве и отмечания праздника Курбан Байрам. Не стало неожиданностью для турецких экспертов, что мишенью для своих ударов Россия выберет не только «Исламское государство», но и другие группировки, поддерживаемые Соединёнными Штатами, Саудовской Аравией, Катаром и Турцией. Не стесняются в своих оценках авторы, называющие надежды на то, что две «дружественные страны (то есть Россия и Турция) сядут и договорятся по Сирии», ни много ни мало «идиотскими». При всём при том, что, как они отмечают, Турция рассматривается в России в качестве «автобана» для террористов, перебрасываемых в Сирию и обратно.

Слова же Эрдогана о том, что Россия не имея общей границы с Сирией не имеет там своих интересов, даже если в них была скрытая ирония, охарактеризованы, как минимум, как неуместные для руководителя большой и влиятельной страны. Из этого ведь, по идее, напрямую должно вытекать наличие непосредственной сухопутной границы у Турции с Мьянмой и Сомали, мусульманам которых оказывается турецкая поддержка.

Подводя итог, турецкое экспертное сообщество говорит о необходимости кардинального изменения внешней политики Турции в регионе, коль скоро даже США обозначили сдвиг в своей позиции. Хотя, несмотря ни на что, как написал один из экспертов, «Турция сможет защитить своей геополитический вес» и «ничего нельзя решить без Турции».

Завершая краткий обзор, отметим, что в Турции наблюдается очевидный разрыв между проводимой на практике внешней политикой и той, которая признаётся экспертным сообществом (не говоря уже об оппозиции) в качестве отвечающей национальным интересам. И как преодолеть этот разрыв в условиях внутриполитической нестабильности и ригидности турецкого руководства, загнавшей себя в угол многомесячным упорством «Асад должен уйти», не может пока сказать никто.

38.71MB | MySQL:74 | 1,082sec