Почему турецкие военные недовольны политикой президента Р.Т.Эрдогана

По некоторым данным, в турецких вооруженных силах укрепляется тенденция по нарастающему недовольству среднего и высшего командного звена политикой президента Р.Т.Эрдогана по перераспределению полномочий между силовыми органами и приданием главенствующей роли в этой архитектуре спецслужбе МИТ. Инсайдерская информация, которая поступает из вооруженных сил, свидетельствует о том, что в офицерской среде сильны мнения о том, что МИТ фактически «проворонила» крупные резонансные теракты в Суруче и Анкаре. Особенно в этой связи делается акцент на теракт в турецкой столице, унесший жизни ста трех человек. В данном случае рискнем не согласиться с мнением турецких военных, поскольку этот теракт явился результатом не оплошности спецслужб, а целенаправленного замысла по нагнетанию «патриотических настроений» избирателей накануне парламентских выборов. Одновременно такие резонансные операции вполне позволяли ввести чрезвычайное положение в стране в случае провала секретных переговоров с представителями курдской элиты в отношении поддержки Партии справедливости и развития (ПСР). Утверждать, что сотрудники МИТ участвовали в разработке и осуществлении взрыва в Анкаре мы не станем, это маловероятно. Для этого существует иррегулярное подразделение ПСР в виде группировки «Оттоманского клуба», которое возглавляет Османли Окакиари. Последний является доверенным человеком Р.Т.Эрдогана, поручившему ему создать из «доверенной молодежи» группу, на которую возложены функции «партийной спецслужбы». Хотя в случае с терактами в Анкаре и Суруче не совсем было обязательно светить связанные с властью структуры. Боевики исламистского подполья в данном варианте получают опосредованные приказы от своего куратора в том же Катаре. Причем взрывы устроили не «серые волки» или националисты, а именно исламисты, на что указывает использование смертников.

Военные утверждают, что указанные теракты возможно было предотвратить с задействованием потенциала электронной разведки. Речь идет о системе GES (Genelkurmay Elektronik Sistemler), которую некоторые эксперты называют аналогом американской АНБ. Естественно, с несоизмеримо меньшими возможностями. В свое время в 2011 году Р.Т.Эрдоган «отобрал» у военных все станции радиоразведки (а их всего было две) и передал их МИТ, которую возглавляет его ближайший сподвижник Х.Фидан. Сейчас МИТ сосредоточил свои усилия на прослушивании активистов Рабочей партии Курдистана (РПК) и леваков из различных партий и группировок. При этом, по оценке военных, совершенно недостаточно внимания уделяется мониторингу исламистских структур и российской военной активности в регионе. Отметим сразу, что с этим у турецких силовиков вообще есть проблемы. В МИТ прошло несколько кадровых чисток, и множество серьезных специалистов просто были уволены. Одновременно в период правления ПСР «российский фактор» вообще отошел в деятельности спецслужб на задний план. Это было несопоставимо по объемам с практикой во времена правительств в 80-е и 90-е годы прошлого века. Во-первых, в основу основ был поставлен фактор привлечения российских граждан в Турцию во всевозможном качестве, начиная от туристов и мелких торговцев до крупных инвесторов, что как бы отрицало само по себе какие-либо активные действия со стороны спецслужб. Во-вторых, такой объем приезжающих исключает возможность грамотно весь этот массив обрабатывать. В-третьих, перед МИТ стояли более важные и актуальные задачи с точки зрения сбора информации об активности в различных сегментах курдского сообщества с учетом попыток Х.Фидана достигнуть с РПК «глобального перемирия», а также отслеживания активности в госструктурах и силовых органах сторонников главного политического конкурента и оппонента Р.Эрдогана в лице Ф.Гюлена. Собственно под знаком этой борьбы и проходили все действия по чистке силовых органов страны, переподчинения средств радиоэлектронной разведки, и т.п.

Если мы обратимся сегодня к состоянию системы GES в настоящее время, то отметим, что военные преувеличивают отсутствие внимания МИТ к российской военной активности. Оно, безусловно, существует с учетом нынешнего состояния российско-турецких отношений, но сдерживается жестким лимитом переводчиков. Набрать их быстро возможно только в теории — в Турции действительно много русскоязычных тюрков с территории бывшего СССР, но главное в данном случае, необходимость их проверять очень тщательно перед тем, как допустить к одной, в общем-то, из самых главных и охраняемых тайн страны. На это надо время. Что же касается исламистов, то большого внимания по радиомониторингу их деятельности не уделяется ровно потому, что от них не исходит глобальной опасности, и они хорошо контролируются через агентуру влияния. То же самое справедливо и по отношению к различным националистическим группам, типа «серые волки», и т.п. Если же мы возвращаемся к общему состоянию антитеррористических подразделений Турции, то отметим их откровенный упадок за последнее время. Вызвано это, прежде всего, тем, что командование полиции и жандармерии (только в прошлом месяце по обвинению в шпионаже арестовано два генерала), Генеральный секретариат безопасности, а также спецназ жандармерии «Озел Тим» практически полностью были расформировани, а примерно до двух третей офицеров и сотрудников уволены. Формально — за «тайную приверженность» Ф.Гюлену, а фактически — за открытую оппозицию действиям турецкого руководства по реформированию силового блока, минимизации влияния армии на политическую жизнь страны, ползучую исламизацию и отход от заветов К.Ататюрка. Собственно и арест двух высокопоставленных офицеров жандармерии за то, что они дали приказ задержать оружие, которое переправляется в Сирию для исламистов, это тоже демонстрация тайной фронды армии и силовиков тому курсу и узурпации власти, который проводит Р.Т.Эрдоган. Он не популярен в армии, и это накладывает свой отпечаток на действия Анкары по вопросу возможного вторжения в Сирию. Более того, началось и активизировалось противодействие между МИТ и армией. Реформированная спецслужба, которая является «головной» по борьбе с курдским сепаратизмом, явно с этой задачей не справляется. В общем-то, на сегодняшний день ничего внятного в формате борьбы с активностью РПК властям сделать не удалось. При этом вход турецких войск в Северный Ирак был, конечно, обусловлен не столько попыткой защитить захваченный «Исламским государством» (ИГ) Мосул, как это пытались представить отечественные политологи, а прежде всего попыткой подорвать тыловое снабжение отрядов РПК, которые воюют в Турции. В Сирии это сделать не удается, именно потому, что этому препятствуют в Пентагоне. Появившееся в печати США на днях откровения экс-главы военной разведки (РУМО) воочию показывают, что в американском силовом блоке крайне недовольны ни Р.Т.Эрдоганом, ни его действиями на сирийском направлении.

62.4MB | MySQL:101 | 0,553sec