Основные направления китайско-пакистанского сотрудничества

Экономическое взаимодействие

Двусторонняя торговля КНР и Пакистана отличается, несмотря на мировые экономические кризисы, стабильным ростом, однако при этом сохраняется значительный дисбаланс. В 1995 г. доля Пакистана в двусторонней торговле составляла 121,1 млн долл. США, а КНР – 515,2 млн долл. США; в 2004 г. доля Пакистана – 300,58 млн долл. США, а КНР уже 1,488 млрд долл. США; в 2014 г. Пакистан экспортировал в Китай продукцию на 4 млрд долл. США, импорт китайских товаров составил 12 млрд долл. США. Следует отметить, что китайские предприниматели в основном импортируют из Пакистана сырье: хлопок, шерсть, джут и другие виды продукции сельского хозяйства, тогда как экспортируют электронику, сельскохозяйственную и строительную технику, а также продукцию с высокой добавленной стоимостью. Пакистан заинтересован в увеличении объемов поставок компонентов для фармакологии, продукции текстильной промышленности, полудрагоценных камней и продуктов питания в КНР. К 2020 г. стороны планируют достичь объема двусторонней торговли в 20 млрд долл. США.

В настоящее время в силу ряда причин официальный Исламабад не в состоянии самостоятельно реализовывать крупные инфраструктурные проекты; специалисты указывают, что для устойчивого развития экономики пакистанским властям необходимо привлекать около 10% от суммы ВВП страны ежегодно. В этих условиях предложение официального Пекина о создании Китайско-Пакистанского Экономического Коридора (КПЭК) является спасительным как для Пакистана в целом, так и для отдельных регионов страны. Так, 45,68% жителей Белуджистана живут у черты бедности, что дает возможность антиправительственным силам пополнять свои ряды новыми рекрутами. Кстати, подобная проблема наблюдается и в Синьцзян-Уйгурском автономном районе (СУАР) КНР.

Основа КПЭК – это сеть автомобильных и железных дорог (суммарная стоимость 13 млрд долл. США). При этом КПЭК необходим и Китаю, это своего рода «страховочный вариант» «Нового шелкового пути» – стратегии, направленной на создание условий для обеспечения экономического роста КНР в условиях роста конкуренции на мировом рынке и регулярных экономических кризисов. По мнению заместителя директора Центра стратегических исследований Форума реформ КНР Ма Цзяли, развитие транспортной инфраструктуры Пакистана позволит нарастить темпы развития СУАР – создаст дополнительные рабочие места и, соответственно, уменьшит количество местных жителей, желающих вступить в ряды сепаратистских и террористических организаций.

Официальный Пекин рассчитывает к 2018 г. дополнить данную транспортную систему 18 объектами (по другим данным 14) электрической генерации: 9 угольных и 5 ветряных электростанций, 3 гидроэлектростанции и 1 солнечная. Согласно проектной документации компании «Чжунсин Энерджи» солнечная электростанция «Кваид э Ассам» в районе Холистан (планируется запуск в 2017 г.) будет вырабатывать 1 мегаватт электроэнергии, что позволит обеспечить 320 000 домов электроэнергией, а также создать от 15 до 33 тысяч рабочих мест. Всего же суммарная вырабатываемая мощность строящихся китайскими компаниями объектов энергетической инфраструктуры Пакистана составит от 10 400 до 16 600 мегаватт, что позволит ликвидировать нехватку электроэнергии и практику веерных отключений промышленных предприятий. Все эти объекты энергетической инфраструктуры позволят обеспечить как стабильное и безопасное железнодорожное сообщение, так и развитие целых регионов Пакистана. Ориентировочная стоимость проектов составляет 33 млрд долл.США.

Примечательно, что китайские и пакистанские партнеры уже сейчас договариваются о создании свободных экономических зон (СЭЗ) в районе КПЭК, которые должны занимать минимальную площадь 50 кв. км; совместные предприятия, работающие на территории этих СЭЗ, будут полностью соответствовать требованиям пакистанского  законодательства.

Военно-техническое сотрудничество

Основные направления сотрудничества КНР и Пакистана в военной сфере:

– поставка китайских вооружений и военной техники (ВВТ) в Пакистан;

– совместная разработка ВВТ;

– регулярные учения ВС двух стран.

ВС Пакистана являются главными клиентами китайского ВПК, вслед за Пакистаном другие государства мусульманского мира начинают интересоваться китайскими разработками и размещают заказы или в Поднебесной или на заводах в Пакистане.

Однако в военно-техническом сотрудничестве КНР и Пакистана намечается тревожная для официального Пекина тенденция: азиатские партнеры обратили серьезное внимание на современную российскую продукцию и готовы закупать такие образцы ВВТ, как истребитель Су-35, вертолет Ми-35. Обеспокоенность китайских военных промышленников объясняется достаточно просто. Китайские военные эксперты признают, что по большинству характеристик российский истребитель Су-35 не уступает американскому F-22, а чертежи последнего легли в основу разработки китайского истребителя с малой заметностью «Цзянь-31». Китайская сторона планировала продать в Пакистан до 40 единиц указанного истребителя, однако данная боевая машина еще находится на этапе доработки, и, кроме того, этот продукт китайского ВПК полностью зависит от поставок российских авиационных двигателей. Российский истребитель Су-35 находится в производстве, уже поставляется в строевые части ВКС РФ и в отличие от F -22 дешевле.

Проблемой в китайско-пакистанском военно-техническом сотрудничестве стала победа российской компании в тендере на поставку ударных вертолетов армейской авиации (Ми-35М): представители китайского ВПК заинтересованы в продвижении собственного продукта – вертолета «Учжи-10», однако, известно, что последний по своим тактико-техническим характеристикам уступает проверенному временем российскому вертолету. При этом есть основания полагать, что поставки Ми-35М в Пакистан позволят китайским инженерам получить доступ к российской вертолетной технике, а китайским военным летчикам – возможность состязаться с российской техникой в ходе регулярных учений СВ и ВВС двух стран.

Сотрудничество в сфере борьбы с терроризмом и сепаратизмом

Пакистанские военные и спецслужбы оказывают существенное содействие Пекину в борьбе с уйгурскими террористическим  группировками, а также являются посредниками в переговорах с представителями Движения «Талибан». По словам пресс-секретаря МИД КНР Хуа Чуньина сотрудничество Пекина и Исламабада по вопросам борьбы с терроризмом является неотъемлемой частью стратегического сотрудничества двух стран.

При рассмотрении китайско-пакистанских отношений необходимо учитывать взаимодействие двух государств с еще одной страной – членом «ядерного клуба» – Индией. По мнению китайского дипломата, официальный Нью-Дели не должен относиться с предубеждением к контактам КНР и Пакистана по вопросу борьбы с терроризмом, а, напротив, предпринять шаги для присоединения к диалогу. В Пекине не разделяют точку зрения индийских партнеров о том, что официальный Исламабад поддерживает исламистов в приграничных с Индией районах. Для объединения усилий в данном направлении в ноябре 2015 г. последовательно в Исламабад и Нью-Дели совершил визит заместитель председателя Центрального Военного Совета КНР генерал-полковник Фань Чанлун. Известно, что Фань Чанлун довел до сведения индийского военно-политического руководства информацию о готовности Пекина проводить трехсторонние встречи по любым вопросам антитеррористической повестки дня, включая вопросы о планируемых террористических актах с участием исламистских группировок, которые базируются на границе Пакистана и Афганистана («зона племен»).

С учетом вышесказанного представляется возможным утверждать, что от стабильного военно-политического и военно-технического сотрудничества двух стран, а также от результативности совместных усилий по борьбе с терроризмом, сепаратизмом и религиозным экстремизмом напрямую зависит экономическое развитие как Пакистана, так и ряда приграничных регионов КНР.

62.37MB | MySQL:101 | 0,638sec