Европа между двух огней: снятие санкций с Ирана и перспектива ужесточения мер в отношении Израиля

16 января 2016 г. был обнародован доклад Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ), подтвердивший, что Исламская Республика Иран идет по пути сворачивания своей ядерной программы[i], что положило начало процессу отмены санкций против страны. Это решение встретило одобрение международного сообщества, включая ЕС. Для Израиля оно имело сразу несколько последствий. Разумеется, крах кампании по противостоянию ИРИ случился еще во время подписания Совместного всеобъемлющего плана действий. Позднее министр обороны М.Яалон успел объявить о переходе на стадию принятия решения мирового сообщества и приспособления к новым реалиям. Однако время от времени в различных источниках появлялись сведения о том, что израильское руководство продолжает попытки переломить ситуацию. К примеру, по мнению представителей мировых СМИ, были сделаны шаги по установлению контактов с генеральным директором МАГАТЭ Ю.Амано в период его работы над упомянутым выше докладом, что по понятным причинам не было подтверждено представителями властных кругов государства.

На официальном уровне Израиль выступил с ожидаемой критикой в адрес мер, предпринятых организацией. В заявлении канцелярии главы правительства, опубликованном 17 января 2016 г. говориться, что Тегеран не остановит усилия по подрыву мировой и региональной стабильности. В связи с этим Израиль продолжит пристально следить за ситуацией и возлагает на себя обязанность сообщить о любых нарушениях со стороны ИРИ, к аналогичным действиям призывается и международное сообщество[ii]. Впрочем, помимо заявленной сохраняющейся террористической угрозы и усилий по дестабилизации на Ближнем Востоке, снятие с Ирана санкций таит для Израиля еще ряд последствий. В их числе и углубление кризиса в отношениях с Европейским союзом, о желании «перезагрузить» которые за несколько дней до решения МАГАТЭ заявил премьер-министр Б.Нетаньяху. И, если стратегия действий Израиля в том, что касается Тегерана, взамен прежней активной кампании против руководства ИРИ теперь сводится лишь к инициативе взять на себя функции «верификатора», то, в отношении ЕС у еврейского государства имелись более конкретные планы. Главным в этом контексте являются усилия, направленные на признание организацией Иудеи, Самарии и Голанских высот частью Израиля. Это обстоятельство важно как с точки зрения развития экономического потенциала страны, так и для ее политического имиджа на международной арене. Кроме того, правительство явно стремиться к изменению подхода ЕС к палестинскому руководству.

Евросоюз в лице Верховного представителя по внешней политике и политике безопасности Ф.Могерини в свою очередь сделал ставку на дипломатические прорывы, которых, по всей вероятности, планируется достигать «методом кнута и пряника». Как следствие, Тегеран заслужил отмену санкций, а Израиль, наоборот, должен столкнуться с негативными мерами в свой адрес. Одной из главных в этом контексте может стать резолюция, в соответствии с которой все документы, подписанные с ближневосточным партнером, будут распространяться лишь на территории, входящие в пределы т.н. «границ 1967 года». В числе инициаторов ее обсуждения называют Ирландию, Швецию и Францию. Если Стокгольм на протяжении последнего времени утвердился в списке негативно настроенных по отношению к Израилю сил, то Париж часто называется Б.Нетаньяху в числе партнеров, с которыми удается вести конструктивный диалог. Впрочем, надо отметить, что это не первый такого рода шаг Пятой республики. Стоит вспомнить хотя бы усилия Национального собрания страны по признанию палестинской государственности или нежелание официального Парижа принять Б.Нетаньяху в качестве участника марша мира.

Таким образом, стремление к быстрым дипломатическим победам, приносящим краткосрочный, но резонансный с точки зрения международного сообщества результат, толкает Европейский союз на неоднозначные меры. Столь явное расхождение с Израилем, очевидно направленное на то, чтобы вынудить страну сесть за стол переговоров по палестинской проблеме, скорее всего, не принесет ожидаемых результатов. Во-первых, Израиль как минимум пока не готов поступиться принципом недопущения чрезмерного вмешательства посредников в урегулирование. В заявлении, распространенном израильским МИДом 18 января 2016 г., говориться, что, выбирая такую стратегию, Евросоюз утрачивает роль «честного посредника»[iii]. Более того, официальный Брюссель, вероятно, не отдает себе отчет о ситуации в среде палестинского руководства. Во-вторых, и без того находящаяся в кризисе организация в своей внешней политике теперь столкнется с еще одной «линией разлома», разделяющей страны-члены на тех, кто заинтересован в наращивании отношений с ближневосточным партнером и тех, кто стремиться к продвижению интересов палестинской стороны. Для самого Израиля сложившаяся ситуация означает, прежде всего, недостаточную эффективность стратегии МИД на европейском направлении. Внешнеполитическое ведомство, потерпевшее уже несколько поражений на этом треке, нуждается не столько во внешней, сколько во внутренней перезагрузке своего подхода к организации и ее участникам.

[i] IAEA Director General’s Statement on Iran. 16.01.2016. // IAEA. 16.01.2015. URL: https://www.iaea.org/newscenter/news/iaea-director-general%E2%80%99s-statement-iran

[ii] PM Netanyahu on Iranian nuclear agreement // Israel Ministry of Foreign Affairs. 17.01.2016. URL: http://mfa.gov.il/MFA/PressRoom/2016/Pages/PM-Netanyahu-on-Iranian-nuclear-agreeement-17-Jan-2016.aspx

[iii] Ministry of Foreign Affairs responds to EU resolution // Israel Ministry of Foreign Affairs. 18.01.2016. URL: http://mfa.gov.il/MFA/PressRoom/2016/Pages/MFA-responds-to-EU-resolution-18-Jan-2016.aspx

52.45MB | MySQL:102 | 0,490sec