Что теряют Катар, Саудовская Аравия и Турция при поражении в Сирии

Сирийская оппозиция полагает, что предоставление ей союзниками зенитных ракет «решит проблемы» страны. Об этом заявил в Лондоне официальный представитель поддерживаемого Эр-Риядом сирийского оппозиционного Высшего комитета по переговорам (ВКП) Салем аль-Муслад. «Если они у нас будут, то это решит проблемы Сирии», — подчеркнул он. Это очень знаковое заявление. которое уже вызвало целую волну комментариев как от политологов, так и от экспертов. Действительно, нельзя не согласиться с утверждением сирийского оппозиционера о том, что наличие ПЗРК если не переломят нынешнюю не вполне утешительную для противников режима Б.Асада динамику боев, то значительно ее скорректируют. В пользу ковровых бомбардировок разумеется, поскольку в таком случае придется самолетам ВКС РФ (и не только ее) подниматься на высоту выше 5-6 тыс. км, что выше зоны действия систем ПЗРК основных модификаций. Существуют еще «тепловые ловушки», и т.п, но все это технические детали. Суть подобного рода заявлений, которые, отметим ради справедливости, все-таки носят единичный характер, в другом чисто политическом аспекте. Его (это заявление) следует рассматривать как необходимое подспорье в общей пропагандисткой кампании, которая сейчас развернута в формате подготовки условий для возможного ввода турецкой армии в т.н. «зону безопасности» между Джараблусом и Азазом. С чисто практической точки зрения ни Турция, ни Саудовская Аравия без согласия США на такой шаг (передача ПЗРК) никогда не пойдут. А Вашингтон этого никогда не сделает по многим причинам: ни с точки зрения вопросов безопасности для собственных самолетов, ни с точки зрения утечки ПЗРК в руки исламистов, чего Б.Обаме и его партии накануне президентских выборов никто из конкурентов-республиканцев не простит. При этом  пропагандистскую кампанию нельзя назвать совместной и скоординированной. Имеется ввиду, между основными критиками российского вмешательства в сирийский конфликт в лице США и ЕС — с одной стороны; и Турции с Саудовской Аравией — с другой. В пользу этого тезиса свидетельствует последний демарш с турецкого президента Р.Т.Эрдогана с призывом к Вашингтону определится со своей позицией по курдскому вопросу. Ну и совершенно невнятный, но в то же время обескураживающий для Анкары комментарий по этому вопросу со стороны Госдепартамента США. Обратим внимание на один любопытный факт. В этом хоре критиков нет Катара. Он вообще избегает комментировать эту тему на официальном уровне. Телеканал «Аль-Джазира» мы сейчас в расчет не берем, поскольку это все-таки СМИ, которые формально «независимы». Даже тезис о возможным участии саудовского и эмиратовского спецназа в сухопутной операции в Сирии никак прокомментированы в Дохе не были. Не говоря уже о готовности поддержать своими войсками эту инициативу. А ведь у Дохи с Анкарой официально подписанный пакт о военном стратегическом сотрудничестве и взаимной обороне. Очень возможно, что на  Катарское руководство впечатление произвело похищение в Ираке на соколиной охоте некоторых членов правящей семьи, о которых сейчас все СМИ старательно забыли. Первый, кстати, признак того, что либо идут трудные переговоры о выкупе, либо похитители (которых, кстати, так и не удалось уверенно идентифицировать хотя бы по принадлежности к какой-либо шиитской боевой группе) настоятельно попросили Доху не поднимать официального шума. Дабы, естественно, не навредить здоровью захваченных. Исключительно, так сказать, по гуманитарным соображениям. Тем более, что некоторые эксперты как-то по наитию без фактов постарались связать случай  похищения с недавним заявлением лидера Чечни Р.Кадырова о «чеченском спецназе». который совершает рейды по тылам исламистов. Но в Дохе от комментариев этого заявления и возможных ассоциаций всячески уклоняются. Это не означает, что Доха решила дистанцироваться от участия в сирийском конфликте. Просто она избегает публичности по вполне понятным причинам. Таким образом, среди публичных критиков остается только Анкара и Эр-Рияд.

Это понятно, поскольку Катар в случае поражения противников режима Б.Асада ничего не теряет в глобальном смысле. Его «игрушка» — это «Исламское государство» (ИГ), которое является персоной нон-грата для всех международных спонсоров сирийского мирного урегулирования, независимо .от двусторонних отношений между ними. Мы имеем ввиду США, ЕС и РФ, разумеется. В решительные заявления Анкары о борьбе со сторонниками ИГ предпочитаем не верить. Проект ИГ в его средневековом исполнении не сработал, и он будет рано или поздно закрыт, а исламистская верхушка ИГ будет либо уничтожена, либо вынуждена перейти на нелегальное положение. В этой связи в Дохе могут рассчитывать только на взаимодействие с Анкарой по вопросу лоббирования лояльных ей сил в Сирии. Назовем этот сегмент условно «Братьями-мусульманами», потому как в классическом понимании этого термина эти силы в Сирии крайне малочисленны. Их еще предстоит структурировать и взращивать. Для Турции и КСА ситуация в Сирии — это вопрос престижа лидеров прежде всего и сохранения своих позиций в этой стране. Эти интересы отличаются, но их объединяет одно: проигрыш на сирийской площадке будет означать серьезное снижение авторитета и политического веса этих стран в мусульманском мире на среднесрочную перспективу. Даже несмотря на финансы КСА и экономику Турции . Их начнут теснить иные игроки, которые будут примеривать на себя мантии региональных лидеров. Для Эр-Рияда это очень болезненный сценарий. Полная неспособность навести порядок силовым путем у себя на южной границе в Йемене, публичная демонстрация всему миру самой слабой армии региона при самом современном оружии и военной техники, и т.п. Проигрыш в Сирии может поставить точку в стремлении Саудовской Аравии доминировать в суннитском сообществе и выступать в качестве единой координирующей силы сопротивления шиитской экспансии. создании каких-то «панарабских вооруженных сил» под своей эгидой можно будет забыть Так что Сирия для Эр-Рияда — это своеобразный оселок, после которого может наступить закат саудовских попыток стать одним из мировых тяжеловесов .

Для Анкары провал в Сирии — это конец эпохи Р.Т.Эрдогана. Проигрыш в Сирии будет означать начало нового этапа внутриполитической борьбы и явиться своеобразным стимулом для внутренней и внешней оппозиции отстранить от власти действующего президента. Таким образом, не побоимся допустить натяжку и констатируем, что итог сирийской кампании для нынешнего турецкого лидера является фактором политического выживания. Но самое главное — в стане этих наиболее заинтересованных стран нет настойчивости и решительности в принятии ключевого решения — ввода турецких войск на сирийскую территорию в зону безопасности. Анкара демонстрирует в отсутствии явно артикулированной поддержки Вашингтона явную нерешительность. Чистка турецкой армии сыграла с Р.ЭТ.рдоганом злую шутку. С одной стороны он нивелировал ее влияние на внутриполитические процессы, а с другой начисто лишил решительности и инициативы. А также желания воевать за своего обидчика где-то за пределами страны. отсюда и консолидированная позиция Генштаба ВС Турции, которая заключается в том, что такая сухопутная операция возможна исключительно согласно резолюции Совета Безопасности ООН. Чего, конечно, никогда не будет. Вот отсюда и отсутствие решительности в действиях Р.Т.Эрдогана, потеря имиджа и потеря темпа. Промедление для него в данном случае действительно смерти подобно. Добавим, пока политической.

62.37MB | MySQL:101 | 0,509sec