О расследовании теракта на борту сомалийского авиалайнера

Попытка подрыва сомалийского пассажирского самолета при его взлете в аэропорту Могадишо 2 февраля с.г. продолжает обрастать новыми подробностями. Первичной экспертизой было установлено, что, вопреки первым предположениям о том, что устройство внутри ноутбука террориста было высокотехнологичным, не оправдались. В общем-то, по оценкам экспертов, оно было не шедевром инженерной техники, который потребовал бы участия серьезных специалистов и наличия специально оборудованной лаборатории. Схема СВУ была сравнительно примитивной, а в качестве взрывчатки использовался тринитротолуол армейского образца, который без труда можно достать на территории бывшего Сомали. Обычно его получают, демонтируя старые боеприпасы, коих в Сомали в избытке. При этом камеры видеонаблюдения зафиксировали, как два сотрудника службы безопасности аэропорта передают террористу ноутбук со взрывчаткой. Сам террорист, которого звали Абдуллахи Абдусалям Боре, вопреки первоначальным данным перемещался не в инвалидной коляске, а, что называется, на своих двоих. Все это нарушает первоначальную стройную версию сомалийских властей о причастности к инциденту исламистов из «Аш-Шабаб». Которая, кстати, ответственности за произошедшее на себя не взяла. Как, впрочем, и иные террористические группировки, типа «Исламского государства» (ИГ), которые в последнее время охотно берут на себя ответственность за теракты по всему миру, за исключением Турции. В этой связи американские эксперты сошлись во мнении, что теракт был организован не террористами-исламистами. Участие сотрудников службы безопасности в проносе ноутбука с СВУ, по их оценке, делает излишним изготовление какого-то высокотехнологичного устройства и использование повышенных мер камуфляжа и конспирации. Так же совсем не факт, что целью террористов был взрыв именно турецкого самолета или проведение атаки против турецких целей. Тот же Боре, который и стал единственной жертвой атаки, первоначально брал билет именно на рейсы турецкой авиакомпании, но за неделю до вылета обменял его. Так что в данном случае рейс на Анкару — это просто случайность, а не продуманная комбинация. Тем более, что взрыв произошел во время перелета Могадишо-Джибути.

Интересно, что сам Боре числится советником министра иностранных дел страны по стимулированию притока инвестиций. Американцы в этой связи считают, что это ничего не значит и не доказывает связи террориста с правительством или какими-то государственными органами. Мотивировка — в Сомали все покупается и продается. Это так, но не совсем. Для того, чтобы стать советником по инвестициям министра иностранных дел надо иметь знакомых людей, которые тебя порекомендуют министру. И еще надо иметь деньги, для того чтобы получить статусные «корочки» и связи в бизнес-сообществе, для того, чтобы носить министру взятки. Из этого следует, что Боре был человеком при деньгах, и мотивировки взрывать себя и самолет не имел. На его непростой статус указывает и факт быстрого оформления ему въездной визы в Турцию по ходатайству посольства Сомали в этой стране. За него явно просили. В данном случае мы, безусловно, имеем налицо все признаки заговора одной из влиятельных групп в сомалийском правительстве. Участие сотрудников службы безопасности в этом нас убеждает. Они не могли не знать, что попадают в процессе передачи ноутбука с СВУ в зону слежения камер видеонаблюдения. Но не придали этому факту никакого значения. Почему? Именно потому, что не боялись огласки этого факта, а значит, были уверены в покровительстве со стороны руководителей силового блока правительства в Могадишо. Причем на достаточно влиятельным уровне, который способен затушить все косвенные и явные улики. И самое интересное, что после того, как видеозапись «чудесным образом» попала в интернет, оба охранника стали жертвой покушения. Их автомобиль был взорван 11 февраля в центре Могадишо. В результате один из них погиб, а второй уцелел только по причине неожиданного своего выхода из автомобиля купить сигарет по пути. Причем оба они на момент покушения находились в автомобиле третьего лица. Из этого следует, что автомобиль снарядили СВУ с часовым управлением, но не дистанционного подрыва. Так бывает обычно тогда, когда организаторы точно знают, что оба будут находиться в это время в конкретном автомобиле. Кто может приказать охранникам службы безопасности сесть в автомобиль третьего лица и терпеливо чего-то ждать? Их непосредственный начальник, прежде всего.

В этой связи американские эксперты из ФБР выдвигают версию о том, что Боре был использован «втемную». То есть он должен был перевести ноутбук и все. В данном случае мы с ними согласимся, поскольку типичный «жучок-деляга», коим был Боре, не тянет на роль добровольного смертника. Рискнем предположить, что он возил такие «посылки» не раз и не два. Схема контрабанды была отработана. Вопрос — что именно возят чиновники из министерства иностранных дел Сомали в Турцию. Это могут быть или наркотики, или «кровавые» алмазы, или наличные деньги для дальнейшего размещения в турецких банках. Причем в Анкаре существует коррумпированные сотрудники полиции или спецслужбы МИТ, которые обеспечивают беспрепятственный проход курьера через таможню. То, что в этой схеме участвуют сотрудники сомалийского посольства в Анкаре, сомнений также мало. Мы все-таки рискнем предположить, что речь идет об алмазах, поскольку наркотрафики в Турцию идут другими каналами и много зелья в ноутбуке не провезешь. Американцы также предполагают, что целью террористов был кто-то третий на борту, чью смерть надо было замотивировать авиакатастрофой. Но, во-первых, для этого таймер должен был сработать над морем (иначе по обломкам можно будет легко определить причину авиакатастрофы. А, во-вторых, объем ТНТ в СВУ был явно недостаточен для того, чтобы разрушить самолет наверняка. Кроме того, очень легко прояснить, кто из высокопоставленных пассажиров планировал сначала лететь в Турцию неделей раньше, а затем поменял рейс. Но мы все-таки склоняемся к несколько иной версии происходящего. Люди, которые взрывают авиалайнеры и машины в Могадишо вполне себе в состоянии нейтрализовать ненужного им человека в самом Сомали, не обременяя себя излишними сложными схемами. Вопрос в данном случае в том, чтобы сорвать контрабандный канал, которым пользуется министр иностранных дел страны, сделать его публичным и тем самым вывести его из политической игры. И в данном контексте вновь возникает вопрос о борьбе за власть в сомалийской верхушке. Ну и, соответственно, исламистский фактор в данном случае отсутствует.

62.55MB | MySQL:101 | 0,585sec