Иран: подведены первые итоги выборов

Итоги выборов в парламент и Совет экспертов подтвердили стремление населения к модернизации и продемонстрировали новый расклад сил на политической сцене.

Обнародованные 27.02.2016 г. и официально подтвержденные  29.02.2016 г. итоги выборов стали по истине ошеломляющими. Основные лидеры консервативного фланга в парламенте (Г.Р..Ходад-Адель и М. Ага-Техрани) не получили поддержки избирателей, в то время как ключевые фигуры коалиции умеренных и реформаторов набрали наибольшее число голосов и прошли единым списком.  Власти оценили результаты выборов как развитие исламской демократии,  в условиях которой различные идеологические спектры проводят своих представителей в парламент.

Действительно, впервые  с 2004 г. реформаторы получат возможность выступать отдельной фракцией или создать коалицию с представителями умеренных, и консерваторы не смогут доминировать в парламенте. Результаты подсчета голосов показывают, что по итогам первого тура места в парламенте распределяются следующим образом: реформаторы и умеренные (сторонники правительства Х.Роухани) получили 37,5% (83 места), сторонники Коалиции консерваторов – 34% (76 мест), т.е.  их доли практически равновесны. Еще почти треть  (62 места, 28%) получили независимые кандидаты, и именно они и будут оказывать решающее влияние на политическую ориентацию нового меджлиса. Среди независимых есть представители различных политических спектров от бывших министров кабинета М.Ахмадинежада (в меджлис прошли 4, и еще один попал во второй тур),  консерватора-прагматика А.Лариджани, до прореформаторски настроенных депутатов.  Некоторые депутаты не относят себя ни к одному из политических течений, и будут принимать решения, исходя из ситуации и интересов своего округа. 5 депутатов представляют религиозные меньшинства: 2 – армян-христиан, 1 –зороастрийцев, 1- иудеев, 1 – ассирийцев-христиан.

Отметим, что иранцев еще ожидает второй тур  парламентских выборов в мае, так как 64 места остаются вакантными: претендовавшие на них кандидаты не получили поддержки 25% избирателей. Причем, большинство прошедших во второй тур – независимые кандидаты и консерваторы. Победа вторых может изменить существующее на данный момент равновесие сил. Таким образом, второй тур – не менее важен, чем первый.

Учитывая неравные условия соперничества двух флангов, можно говорить о победе сил, поддерживающих политику президента Х.Роухани, надеющихся на развитие процессов либерализации и в экономике, и в социально-политической сфере. Так, одна из депутаток от Тегерана заявила о стремлении приблизить тот день, когда женщины Ирана смогут на добровольной основе решать вопрос, носить ли им хиджаб.  Умеренные, включив в свои списки много кандидатов – женщин,  дали  им возможность  испробовать свои силы на политической сцене. Поддержку избирателей получили 14 женщин (12 – от коалиции умеренных и реформаторов), еще 6 прошли во второй тур. Их победа поможет укрепить женскую фракцию и усилить их влияние на гендерную политику меджлиса.

Нынешние выборы  продемонстрировали полярность  центра и периферии.  Население Тегерана  выразило свою абсолютную поддержку спискам сторонников президента и сказало резкое «нет» консерваторам. (Ни один из их списка не прошел в столице).  Провинции, где превалируют традиционные слои населения, преимущественно проголосовали за Коалицию консерваторов, хотя прикаспийские провинции – Мазендаран, Гилян, Ардебиль , Голестан отдали предпочтение умеренным силам.  А в некоторых провинциях вообще  ввиду отсутствия  реформаторов не сложилось условий для конкуренции.

Политика нового меджлиса, уровень его взаимодействия с правительством во многом будут зависеть от  состава его нового руководства и фигуры спикера. Основной претендент на это место от консерваторов Г.Р.Ходад Адель не прошел. Весьма вероятно, что руководство парламентом сохранит за собой А.Лариджани, который получил поддержку пропрезидентских сил на выборах.

Ожидается, что новый состав меджлиса сконцентрируется на решении экономических проблем, сможет внести вклад в либерализацию законодательства по привлечению и гарантиям  иностранных инвестиций и деятельности иностранных кампаний в Иране, налоговой сфере. Ожидают от него и решения ряда внутриполитических проблем – реабилитации реформаторов после событий 2009 г., снятия домашнего ареста с лидеров «зеленого движения», решения ряда социально-культурных проблем. Поскольку именно меджлис в последующие 4 года будет утверждать бюджет, он сможет оказывать влияние на распределение средств для силовых структур, на поддержку мусульманских движений, пропагандистскую деятельность за рубежом и пр.

В настоящее время каждый из двух лагерей приводит доказательства своей победы на выборах. Консерваторы не готовы принять поражение. Тем не менее, отмечая определенный паритет  сил,  нельзя не видеть, что проявилась тенденция падения голосов, отданных за их кандидатов-консерваторов, наблюдается отход от основных сил движения известных политических фигур (А.Мотаххари, К Джалали, А.Лариджани), что говорит о кризисе консервативного фланга в связи с господством в нем радикального спектра. Х.Роухани призывает к прекращению противостояния двух сил и началу их взаимодействия  на пути проведения модернизации с опорой на религиозные ценности и  глубочайшие цивилизационные традиции. В Иране говорят о необходимости достижения внутренней программы совместных действий двух флангов  (по аналогии с соглашением Ирана с  группой 5+1), и новый меджлис может стать первым шагом в их сотрудничестве.

 

 

Лидеры исламских радикалов не прошли в Совет экспертов

 

В этом году в выборной кампании в Совет экспертов приняло участие около 62% населения, что в среднем сопоставимо с явкой на всех предыдущих выборах. Однако это очень высокий процент в сравнении с выборами Совета экспертов прошлых созывов, которые проходили практически незаметно. Особая значимость нынешней кампании определялась тем, что, по словам некоторых СМИ, новый состав СЭ в отличие от меджлиса, определяющего развитие страны на  следующие 4 года, может стоять у истоков процессов, которые будут определять будущее Ирана на 40 лет вперед.

Пик противостояния умеренных сил и консерваторов-радикалов пришелся на последние предвыборные дни, когда широко  стали распространяться измышления о том, что список «народные эксперты»  (сторонники А.А.Хашеми Рафсанджани и Х.Роухани) был сформирован на Западе и завизирован не только президентом США, но и королевой Великобритании.  Не ясно, на какие слои в Иране могла быть рассчитана такая грубая  фальсификация действительности  в отношении представителей высшего духовенств, но она вызвала резкие возмущения не только в лагере пропрезидентских сил, но и поставила вопрос о  необходимости соблюдения политической этики в рядах консерваторов.

Подсчет голосов СЭ должен был, согласно информации выборного штаба, производиться в первую очередь. Уже к окончанию голосования, часы которого продлевались трижды (срок окончания был передвинут с 18.00 на полночь) пришла информация из  большинства округов в провинциях. Однако  окончательные данные по Тегерану были оглашены лишь через двое суток, что вызвало определенные слухи и домыслы.  Аналогично  результатам парламентских выборов, тегеранцы  поддержали список А.А.Хашеми Рафсанджани, и он получил наибольшее количество голосов по стране. Х.Роухани  был третьим по числу голосов, министр информации С.М.Алави стал десятым. За одним исключением  все кандидаты из списка «народные эксперты» в Тегеране  вошли в состав нового СЭ.  Непроходными стали кандидаты от консерваторов. Лидеры радикального толка аятолла Месбах Йазди и нынешний руководитель Совета экспертов аятолла Мохаммад Йазди в Тегеране не набрали нужного количества голосов. Лишь  аятолла А.Джанати  — руководитель Наблюдательного совета занял последнее 16 место от Тегерана. Очевидно, что сложившаяся ситуация и задержала  на два дня подтверждение итогов выборов.

В провинциях большинство получили представители традиционных организаций духовенства, что было предсказуемо в условиях безальтернативных выборов в ряде округов. Они займут 68 мест в СЭ, однако 25 депутатов из этого числа получили поддержку и умеренных сил.  Надежные сторонники Хашеми Рафсанджани обеспечили себе 16 мест.  4 депутата были избраны как независимые.  В целом сохраняется консервативная направленность  этого органа, хотя  его состав изменяется на 43%. При том, что  лидеры радикалов не вошли в его состав, избранные аятолла А.Хатами, аятолла А.Эльм-ольхади, глава судебной власти аятолла С.Амоли Лариджани, аятолла М. Шахруди и ряд других разделяют их позиции. В то же время абсолютная поддержка тегеранцами списка Хашеми Рафсанджани изменяет расклад сил внутри совета. Можно говорить об упрочении позиций самого Хашеми Рафсанджани, появлении представителей молодого духовенства,  в целом укреплении позиций умеренно и прагматично настроенных консерваторов. Впервые в практике этого совета в его состав избран один депутат, не являющийся духовным лицом, что допускает Конституция.

На первой сессии СЭ развернется ожесточенная борьба за кресло его председателя. Эта кандидатура во многом определит  политику нового совета, а итоги первого голосования продемонстрируют готовность идти по пути политической модернизации.

Параллельно  с анализом результатов  двойных выборов в СМИ ИРИ разворачивается обсуждение заявления секретаря Наблюдательно совета Н.Эбрахими об особой  позиции его руководителя (А.Джанати) в ходе отбора кандидатур на выборы и необходимости корректного соблюдения Закона о выборах со стороны этого органа. Открытое признание неправомочности действий руководителя высокого ранга и одного из лидеров радикалов, исходящее не от оппонентов,  свидетельствует об укреплении либеральных идей в обществе и осознании необходимости внесения изменений в его политическую структуру.

40.63MB | MySQL:66 | 0,976sec