Об отношениях Исламской Республики Иран с государствами Евросоюза

Руководство Исламской Республики Иран предпринимает все новые попытки развитию всесторонних отношений со государствами Евросоюза. В настоящее время аппаратом президента ИРИ С.М.Хатами это направление рассматривается в качестве одного из главных во внешней политике страны на фоне продолжающего противостояния с США.

Однако, несмотря на оптимистичные прогнозы иранских средств массовой информации относительно перспектив двустороннего диалога Иран — Евросоюз, итоги последних раундов свидетельствует об имеющихся серьезных обоюдных претензиях и разногласиях.

Наиболее негативную реакцию, у иранских лидеров вызвало выдвижение европейскими представителями ряда политических требований и в первую очередь в отношении прав человека в Иране и увязывания с этими претензиями других направлений, включая переговоры по заключению Соглашения по торговле и сотрудничеству. Непонимание у иранцев также вызвала жесткая позиция ряда европейских стран, подразумевающая вынесение вопроса о правах человека и политических свободах в Иране на обсуждение комиссии ООН по правам человека и принятие соответствующей резолюции.

Подобная ситуация, по мнению иранцев, является во многом проявлением попыток США повлиять на некоторые страны ЕС в их отношениях с Ираном. Представители иранского МИД, анализируя связи с ЕС, не исключают также, что подобные действия европейцев являются в определенной степени «уловкой». Стремясь показать официальную «лояльность» к осуществляемому американцами антииранскому бойкоту, руководители ряда западных стран (Германия, Франция, Нидерланды, Италия) успешно развивают двусторонние отношения, резервируя тем самым отдельные сферы и направления деятельности. Веским аргументом в пользу повышения интереса западных стран к Ирану свидетельствует тот факт, что ежегодный экспорт ИРИ в государства ЕС составляет около 5 млрд. долларов США. Причем, значительная его часть (до 80 %) приходится на нефть. Примечателен тот факт, что ряд крупных западных компаний, работающих с ИРИ в нефтегазовой отрасли, напрямую или через различные международные консорциумы, открыто идут на нарушение действующих санкций США в отношении Ирана.

Необходимо отметить, что в конце 2002 года заметно активизировались контакты ИРИ с представителями ЕС на различных уровнях. В качестве положительного итога двусторонних контактов, по оценке иранцев, явилось начало обсуждения проблемы прав человека в Иране без каких-либо предварительных условий в рамках нового форума, специально созданного с этой целью.

В декабре 2002 г. в ходе визита делегации ЕС были начаты переговоры по вопросам политического диалога, борьбы с терроризмом и Соглашению о торговле и сотрудничеству, которые будут продолжены в 2003 году в Тегеране. Положительную роль по активизации диалога сыграл ряд мер правительства С.М.Хатами, предпринятых в течение 2002 года. В первую очередь выработан и принят новый закон об иностранных и внутренних инвестициях, который призван укрепить доверие к Ирану со стороны западных бизнесменов и инвесторов. Правительством Ирана также приняты некоторые нормативно-правовые акты, предусматривающие снижение корпоративных налогов, унификацию двойного обменного курса, упрощение торговых барьеров. В течение последнего года опубликовано большое количество поправок и разъяснений тех или иных законов, что делает «прозрачным» существующее законодательство в торгово-экономической сфере.

Положительную оценку высшего иранского руководства вызывает поддержка большинства членов Евросоюза деятельности по вступлению Ирана во Всемирную торговую организацию (ВТО), важной предпосылкой к которому может стать подписание Торгового соглашения ЕС-ИРИ.

Продолжением развития двустороннего диалога явился визит в Тегеран в начале февраля 2003 года Комиссара ЕС по внешнеполитическим вопросам К.Паттена и его встреча с высшим руководством Ирана.

Представитель ЕС особо отметил возросшую роль ИРИ по ряду важных региональных проблем в свете последних политических событий и готовность ЕС взаимодействовать и сотрудничать с Ираном по совместному их разрешению.

По оценке К.Паттена, в ближайшей перспективе развитие диалога ЕС-ИРИ будет строиться по трем направлениям: права человека, оружие массового уничтожения и Ближневосточное урегулирование. Руководство ЕС, по его словам, несмотря на существующие разногласия по ряду проблем, положительно оценивает практические шаги Ирана по реализации этих трех направлений. Тегеран направил приглашение специальным докладчикам ООН по правам человека, а также инспекторам МАГАТЭ посетить страну и осмотреть любые объекты и учреждения. Такой подход иранцев позволит более предметно обсуждать нынешнее состояние дел в Иране и опровергнуть претензии со стороны США в этом направлении.

Таким образом, иранское руководство по-прежнему рассматривает развитие сотрудничества с европейскими странами в качестве стержня проводимого внешнеполитического курса. Однако, достигнув значительных практических результатов во взаимоотношениях с рядом западных государств, особенно в торгово-экономической области, Тегеран понимает, что для кардинального прорыва в отношениях ИРИ-ЕС необходимо проведение целого комплекса политических и социально-экономических преобразований внутри страны.

Нынешнее состояние взаимоотношений Исламской Республики Иран и стран Евросоюза наиболее наглядно характеризует выступление Комиссара ЕС по внешнеполитическим вопросам К.Паттена в Институте международных политических Исследований при МИД ИРИ 5 февраля 2003 г., текст которого приводиться ниже:

«Я очень рад находиться здесь сегодня, это мой второй приезд в Иран, в целом, но первый визит в качестве Комиссара ЕС по внешнеполитическим вопросам.

Многие из нас хорошо знают о глубоком и многообразном влиянии Персии на человеческую цивилизацию, об искусстве и литературе, вышедших из этой части мира и оставивших прочный след на народах и культурах далеко за пределами этого региона. Но так как времена изменились, представления об Иране многих неспециалистов, в особенности, неспециалистов на Западе, на сегодня омрачены более материальными событиями и соображениями.

Времена перемен представляют собой и времена больших возможностей. Вызов, сегодня стоящий перед Ираном, состоит в том, чтобы направить позитивные течения прогресса и мудрости, вокруг которых циклично развивалась ваша история, в гармоничную поступь сообразно требованиям нашего современного и тесно взаимосвязанного мира. Воспринять определенные формы [общественного устройства] с тем, чтобы они лучше отвечали и взаимодействовали с движущими силами перемен.

Ведь как сказал Энди Уорхол: «Хоть всегда говорят, что время изменяет вещи, на самом деле вам самим приходится изменять их». Это, конечно, вызов, стоящий не только перед Ираном, но и перед всеми из нас. Он ставит во главу угла всех усилий Европейского Союза едва ли не постоянную необходимость балансировать между большей степенью интеграции и культурной самобытностью, между новыми и старыми ценностями. В нем кроется не только необходимость последовательности и адаптации, но и возможность достичь новых горизонтов, к которым мы совместно стремимся.

Уже в 550 — 330 гг. до нашей эры, в период Ахеменидской Империи под правлением Кира Великого, Персия являлась великой державой и простиралась от современного Пакистана до Эгейского побережья. Первая в мире служба почтовой связи появилась именно в тот период! Отношения с остальным миром не были лишены конфликтов и, конечно, нынешний Председатель ЕС, Греция, могла бы поведать вам гораздо больше о конфликтах между Европой и Ираном в ходе греко-персидских войн в те далекие дни!

К счастью, на сегодня отношения между ЕС и Ираном продвинулись вперед и характеризуются мирными, цивилизованными контактами. Конечно, наши взгляды не совпадают во всех областях, еще сохраняются значительные бреши и существенные разногласия в понимании и практике того, как следует организовать и управлять нашими обществами. Но я убежден сегодня в том, что мы, более чем надолго, сообща стали разделять новую решимость построить взаимное понимание между нами, а также напряженно сообща работать, чтобы ценность того общего, что между нами имеется, заслонила прошлые разногласия.

Ибо сегодня Иран представляет собой не только древнюю цивилизацию и региональную державу, простирающуюся от Каспийского моря до Персидского залива и наделенную изобилием природных ресурсов. Иран все больше и больше становится современной нацией, обладающей потенциалом играть конструктивную роль в современном международном сообществе.

По целому ряду недавних международных вопросов Иран проявил себя в качестве зарождающегося регионального лидера. Восстановление Афганистана, борьба с наркотиками, решение проблем потоков беженцев и Киотский Протокол — все это были вопросы, по которым ЕС нашел в лице Ирана хорошего и надежного партнера. Имели место отдельные иранские инициативы и в области глобальной борьбы с терроризмом, как мы это наблюдали сразу же после 11 сентября.

Перемещаясь к мрачным событиям сегодняшнего дня, роль Ирана по оказанию помощи в урегулировании кризиса в Ираке могла бы еще оказаться еще одним ключевым направлением для плодотворного сотрудничества.

К пониманию неизбежности и необходимости такого сотрудничества между нами все больше приходишь с каждым днем по мере того, как мы становимся свидетелями увеличения количества угроз — деградации окружающей среды, болезней, голода, миграции, — которые неоднократно пересекают государственные границы. Деньги движутся вокруг света с такой скоростью и в таких объемах, что ограничивают способность государств решать свои экономические дела в одиночку. Электронные коммуникации переносят идеи по всему миру таким образом, что правительства не в состоянии это контролировать. Превыше всего этого выступает растущее день ото дня признание универсальной ценности прав человека. Объедините все эти вещи вместе, и вы увидите, что ни одно национальное государство, каким бы всемогущим оно не было, не самодостаточно. Сотрудничество с нашими партнерами, сотрудничество между ЕС и Ираном — это требование времени, а не надуманный идеал.

Мы живем в условиях глобальной экономики уже с того дня, как на воду было спущено первое морское судно. Растущая торговля и освоение новых рынков в конце девятнадцатого столетия, а также начало массового переселения людей внутри и между континентами стали наглядными проявлениями глобализации. Но сегодняшний день отличается тем, что, уничтожив и отменив расстояния, технологии усиливают влияние нашей взаимосвязанности, а также ускоряют результаты, хорошие и плохие.

В общем и целом, большинство людей уже испытали на себе то, как глобализация трансформировала их жизни. Они стали жить дольше. Они стали здоровее. И они стали более обеспеченными. Вместе с тем, несмотря на то, что многие люди испытали реальное улучшение своих жизненных стандартов, слишком многие остались за бортом этого прогресса. Так, в течение 1990-ых годов 1,2 млрд. человек жили на менее чем 1 доллар в день. Пятая часть человечества приносит к себе домой четыре пятых глобальных доходов. Ожидается, что в течение следующих двадцати лет население мира возрастет с шести до восьми миллиардов человек, и большая часть этого прироста произойдет в самых бедных странах.

С развитием ядерной физики в 1920-ые годы мы провозгласили центральную роль человека, индивидуума, в маховике Истории. Но в то же время, это научное открытие выпустило на волю ужасную угрозу самому выживанию человека.

В каком-то смысле силы, представленные глобализацией, представляют сегодня аналогичную дилемму. Технология, которая ускоряет и усиливает влияние глобализации, может также усилить возможности индивидуума. Но она также способна уничтожить самого индивидуума и опустошить общество, которое он холит и лелеет.

Ибо глобализация — это не только экономический процесс. У нее имеется и темная сторона. Мировому сообществу приходится бороться с незаконной торговлей наркотиками, международной организованной преступностью, торговлей людьми, терроризмом, эпидемическими заболеваниями, отмыванием денег и т.д. И в то время как самые бедные страдают больше других от этих несчастий, более богатые страны не могут изолировать себя от воздействия этих проблем. Европа видит важную часть своей внешней роли в том, чтобы помочь сделать глобализацию более справедливой и приемлемой для тех, кто прозябает сейчас в нищете. Мы не можем остановить глобализацию. Это все равно, что пытаться остановить время. Но мы можем сделать ее более сбалансированной.

Именно поэтому ЕС хочет укреплять свои связи с Ираном и другими нациями по всему миру.

Я убежден в том, что существует жизненно важная роль, которую Иран, если он действительно захочет этого, может сыграть на нашей международной арене, в Семье Наций. Вы можете принять на себя эту роль уже завтра, а может через двадцать лет — вам выбирать. Рим строился не сразу, и ни демократическая Европа, ни даже Европейский Союз не появились за ночь. Но вызов — императива времени — работать вместе с другими — один, и каждое современное общество вынуждено с ним столкнуться.

В качестве региональной державы, Иран, благодаря своим природным преимуществам, находится впереди в определенных областях. Но чтобы быть по-настоящему позитивным, региональное влияние должно носить не только экономический характер. Именно поэтому меня воодушевляет та роль, которую ваши демократические институты играют уже некоторое время, а также усиливающаяся роль иранских женщин в академической и профессиональной областях деятельности. Сохранив эти образцы и, возможно, обойдя региональные сопоставительные показатели, Иран может достичь более полного международного потенциала.

Это звучит как никогда правильно именно в отношении того окружения, которое мы вместе имеем на Ближнем Востоке.

ЕС озабочен тем, чтобы Средиземноморский регион не стал некой геостратегической разделительной линией с процветающей Европой — с одной стороны, и бедным Исламским миром — с другой. Мы должны сделать все, чтобы тезис Самуэля Хантингтона о столкновении цивилизаций не самореализовался. Недавние опросы общественного мнения в Исламских странах дают тревожащую картину Исламских настроений в отношении Европы и Америки. Не замечать таких настроений — очень опасно, поджигать их — значит навлечь на себя саморазрушение.

У нас в Европе имеется особого рода ответственность — по причинам как исторического, так и географического характера — за углубление нашего диалога с Исламским миром и развитие нашего политического и экономического партнерства со странами Ближнего Востока и за его пределами. Европейские и Исламские страны разделяют немало общего в своей истории, по большей части своей — неспокойной. Но мы многому научились друг у друга, и наши цивилизации несут на себя отпечаток нашего культурного взаимообмена.

Мы вынуждены строить мосты, а не жечь их, и, возможно, перед нами нет более важной задачи. Мое присутствие здесь сегодня — это свидетельство стремления ЕС строить такие мосты и с Ираном.

Мост между ЕС и Ираном был поставлен на прочный структурный фундамент всего два месяца назад, когда мы начали обсуждение Прав Человека, без каких-либо предварительных условий, в рамках нового форума, специально созданного с этой целью. Совсем недавно, в декабре 2002 г., мы начали так давно ожидавшиеся переговоры по вопросам политического диалога, борьбы с терроризмом и Соглашению о торговле и сотрудничестве. Эти переговоры, кстати, будут продолжены здесь, в Тегеране.

На экономическом фронте я воодушевлен рядом позитивных мер, предпринятых иранским Правительством, с целью устранения будущих вызовов, а именно, унификацией двойного обменного курса, снижением корпоративных налогов, а также принятием нового закона об инвестициях.

Но мне известно, что, несмотря на эти меры, задача по созданию достаточного количества новых рабочих мест для молодой и хорошо образованной рабочей силы Ирана по-прежнему остается почти неосуществимой. Именно поэтому Соглашение о торговле и сотрудничестве с ведущим в мире торговым блоком ЕС, который скоро охватит 25 государств и почти полмиллиарда населения, является жизненно важным для того, чтобы укрепить доверие к Ирану среди бизнесменов и инвесторов.

Торговое соглашение с ЕС также могло бы стать чрезвычайно полезной вехой на пути Ирана к членству в ВТО, — намерение, которое ЕС поддерживает. Иран упростил свои торговые барьеры, которые, тем не менее, все еще остаются высокими, через тарифы. Но предстоит провести еще много реформ, необходимых в отношении монополий, привилегированных корпораций («религиозных благотворительных фондов»), а также введения «прозрачного» законодательства, в целом.

С моей стороны было бы лицемерно замалчивать те важные разногласия, которые у нас все еще имеются по ряду вопросов. Когда Совет Европы, совместными голосами всех 15 членов в июне 2002 г. согласился начать с Ираном переговоры по Соглашению о торговле и сотрудничестве, он увязал их как «пуповиной» с параллельными переговорами по политическому диалогу и борьбе с терроризмом, в едином и неразрывном пакете. Совет Европы также выразил надежду на скорейший прогресс по ряду ключевых направлений. Буду проще и выделю их в три группы:

права человека;

2) оружие массового уничтожения (ОМУ);

3) ближневосточный мирный процесс.

По правам человека, как вы, пожалуй, знаете, осенью прошлого года ЕС принял решение воздержаться от вынесения на обсуждение 57-ой ГА ООН резолюции по Ирану. Принять такое решение было нелегко, но это было сделано ради того, чтобы дать шанс начатому между нами диалогу. Скоро мы столкнемся с тем же вопросом на заседании Комиссии ООН по правам человека в Женеве, и мне сложно предвидеть, какой окажется окончательная позиция ЕС в этом вопросе. По меньшей мере, диалог по правам человека, заложенный в декабре 2002 г. в Тегеране повлек обращение внимания к таким важным вопросам как дискриминация и предотвращение пыток. Этот диалог должен не только идти далее, но и иметь своими итогами конкретные практические улучшения. Окончательный запрет на смертную казнь путем забивания камнями, а также принятие закона о запрете на пытки стали бы ясными, позитивными индикаторами на сей счет. Я рад, для начала, отметить, что Иран направил приглашение специальным докладчикам ООН по правам человека посетить страну.

Возвращаясь к оружию массового уничтожения, я также воодушевлен тем, что инспектора МАГАТЭ недавно были приглашены посетить гг. Арак и Натанз. Прозрачность — это ключ к снятию проблемы, и присоединение Ирана к существующим международным стандартам в этой области — «Дополнительному протоколу МАГАТЭ» — стало бы самым позитивным сигналом, создав хороший образец для подражания в регионе и подчеркнув серьезную приверженность Ирана международным обязательствам. В то время как мы признаем за Ираном его легитимное право на обеспечение своей обороны в сложном регионе, я думаю, что мне и моим коллегам в ЕС было бы трудно стерпеть любую программу Ирана, нацеленную на обретение ракет большего, чем сегодня, радиуса.

В заключение, по Ближнему Востоку, вам, как и мне, хорошо известно, что Израиль и оккупированные территории понесли ужасающие потери в течение последних двух с половиной лет. Более двух с половиной тысяч израильтян и палестинцев были убиты и намного больше ранено. Сейчас, естественно, тяжелые времена для адвокатов прочного мира. Но мы должны не позволить, чтобы идущее кровопролитие стало фатальным. Нельзя соглашаться и на повестку дня, задуманную террористами.

ЕС сыграл центральную роль для появления международного консенсуса по основным принципам окончательного урегулирования конфликта на Ближнем Востоке. Прошлогодняя, принятая единогласно, резолюция СБ ООН впервые поддержала вариант урегулирования с двумя государствами, который гарантирует конец Израильской оккупации, жизнеспособное государство палестинцам и безопасность для Израиля в пределах его границ. Это вариант урегулирования вселяет надежду, и ЕС делает все, чтобы реализация этой надежды стала возможной.

Нам даже на миг нельзя примиряться с непростительным терроризмом. Не может быть никакого оправдания терактам против гражданского населения, будь то израильтяне или палестинцы. Частота и жестокость этих терактов могут привести к появлению атмосфере забвения с обеих сторон, в которой любые шансы на успех урегулирования путем создания двух государств окажутся под вопросом.

ЕС непреклонен в том, что именно такой вариант урегулирования является единственной альтернативой дальнейшему кровопролитию и страданиям.

Иран призвал ЕС принять на себя более значительную роль в ближневосточном конфликте. Мы, несомненно, играем очень важную роль — через очень активное сотрудничество — в процессе палестинских реформ, нацеленных на создание жизнеспособного Палестинского государства, которое бы мирно сосуществовало бок о бок с Израилем.

Я, в свою очередь, обращаюсь к Ирану, а также ко всем друзьям палестинцев, стать партнерами в этом процессе, использовать ваше влияние на палестинские группировки с тем, чтобы помочь остановить цикл насилия.

Во всех этих областях — права человека, ОМУ и ситуация на Ближнем Востоке, — я надеюсь, Иран пойдет по пути проведения сбалансированной политики, которая, конечно, в его национальных интересах. Кроме того, она лежит в русле его ключевой региональной роли и его нового международного имиджа и ответственности.

Я приехал сюда, чтобы только воодушевить, а не навязать или настоять на том, по какому пути должен пойти Иран. Но, как и многие другие коллеги, я продолжу следить за вашими внутренними дебатами и исходящим из них, развитием вашей политики с большим интересом. Как не раз подчеркивали мои иранские коллеги, открытый диалог — это необходимое условие хороших отношений, ключ к поиску позитивных и кооперативных путей продвижения вперед. ЕС и Иран стремились к закладке Всеобъемлющего Диалога друг с другом еще с 1998 г. Сегодня он входит в свою новую фазу, где для дальнейшего продвижения вперед, он должен будет стать более динамичным, и принести более конкретные результаты.

Выгоды от продуктивных отношений между Ираном и ЕС отенциально огромные, и для обеих сторон. В числе наших намерений не на самом последнем месте стоит стремление помочь и воодушевить Иран полностью реализовать свой потенциал на международной арене. Мы желаем помочь ускорить эту адаптацию, но при этом отдавая дань уважения принципу преемственности и последовательности.

Захочет ли Иран принять на себя груз возросшей международной ответственности — это критический вопрос, на который, конечно, искать ответ самому иранскому народу и его руководству.

ЕС готов взаимодействовать с Ираном, не только ради интересов каждого из наших народов, но и потому, что мы убеждены в том, что многие другие народы тоже выиграют от этого».

40.65MB | MySQL:92 | 1,045sec