Итоги парламентских выборов в ИРИ в конектсте их влияния на формирование внешнеполитического курса страны

Важнейшее внутриполитическое событие в ИРИ в 2004 году – выборы в парламент 7-го созыва – обнажили очередной критический накал противостояния между консервативной и реформаторской частями правящего духовенства и внесли, вне всякого сомнения, новые коррективы во внешнеполитическую линию Ирана на международной арене. Итоги парламентских выборов, рассматриваемых экспертами в качестве генеральной репетиции к предстоящим в 2005 году президентским выборам в Иране, свидетельствуют об усилении консервативных тенденций внутри иранского общества, нарастании глубинных противоречий между демократическими и авторитарными элементами управления государственной системы ИРИ. Другим результатом парламентских выборов можно считать нивелирование четких границ между консервативным и реформаторским движениями в силу ослабления последних, появление нового баланса политических сил внутри правящей элиты, обретающее все более четкие контуры объединение сил вокруг умеренных консерваторов прагматического толка (руководитель Совета по определению целесообразности принимаемых решений А.Хашеми-Рафсанджани, секретарь Высшего совета национальной безопасности Х.Роухани). Предположительно, именно из числа лидеров последних, оказавшихся победителями в парламентском марафоне-2004, должна быть определена кандидатура на пост президента ИРИ в 2005 году.

Как представляется, произошедшая внутри правящего духовенства перегруппировка сил не сильно отразится на проведении Ираном внешнеполитического курса. Вероятно даже, что на фоне усиливающегося внешнего давления на Иран он станет более жестким с точки зрения защиты национальных интересов страны, а также более предсказуемым, сбалансированным и последовательным. Востребованность такого курса вследствие естественного стремления власти и общества к сплочению и консолидации на основе традиционных ценностей и патриотических принципов во многом объясняет успех консерваторов на прошедших парламентских выборах. При этом постепенная, медленная эволюция этого курса в сторону большей открытости продолжится, но без существенных подвижек.

В то же время, к числу возможных отрицательных последствий воздействия результатов парламентских выборов на политику ИРИ на международной арене следует отнести появление в перспективе в определенных аспектах международной деятельности большей закрытости, имея в виду консервацию ряда достижений Ирана в области прав человека, гуманитарной сфере. Другим негативным отражением итогов выборов на международной деятельности ИРИ может стать падение общественного и гражданского интереса к политике своей страны в регионе и мире. Проявление протестных настроений в среде реформаторов, призывающих бойкотировать выборы, отказаться от активного участия общества и общественных организаций в политической жизни страны (в том числе, во внешнеполитической деятельности), не только привело к отторжению от избирательной кампании прогрессивной части электората и к беспрецедентно низкой за последние годы избирательной явке (она составила 51,15% по сравнению с 69,23% на парламентских выборах 2000 года), но также способствовало усилению аполитичности и безразличия населения к проводимой государством политике внутри страны и за ее пределами, к осуществляемым в ИРИ демократическим реформам.

Однако, общая направленность иранского внешнеполитического курса в принципиальном плане не потерпит существенных изменений и будет по-прежнему неизбежно направлена на выход из международной изоляции, налаживание отношений с различными регионами, международными структурами и организациями, а также на снятие с Ирана торгово-экономических и политических санкций и запретительных ограничений и его полноценное вхождение в международную экономическую и финансовую систему. Другой вопрос, что парламентские выборы стали ясным сигналом к тому, что этот процесс предстоит долгий и затяжной, особенно в части, касающейся приведения иранской нормативно-правовой базы в соответствие с международными принципами и стандартами, поскольку консервативное большинство нового иранского парламента (им досталось более 75% депутатских мест), очевидно, будет блокировать любые либеральные законопроекты, которые могут быть инициированы немногочисленной фракцией реформаторов.

Новая политическая расстановка после парламентских выборов-2004 коренным образом меняет только сами условия формирования внешнеполитического курса страны. Если раньше все существующие группы интересов и партийные объединения правящего духовенства можно было четко разделить на две противоборствующие фракции (реформаторы и консерваторы), противостояние между которыми являлось определяющим фактором при проведении внешней политики Ирана, то после разгромного поражения реформаторов и дискредитации либеральных идей градация на реформаторов и консерваторов становится неактуальной. Реформаторскому движению предстоит серьезная трансформация со сменой лидеров и роспуском ряда партий, после которой их ожидает длительный этап реабилитации и подготовки к следующим парламентским выборам. Уже сейчас ясно, что скорее всего перестанет существовать в нынешнем ее виде крупнейшая реформаторская партия, представленная в парламенте 6-го созыва – Партия партнерства исламского Ирана (ППИИ), а некоторые лидеры реформаторов (глава ППИИ брат президента М.Р.Хатами, бывший руководитель комитета по вопросам внешней политике и национальной безопасности парламента М.Мирдамади, бывший парламентарий-реформатор М.Армин) вынуждены будут либо уйти в тень, либо вовсе сойти с политической сцены. В этих условиях реформаторская фракция вряд ли будет способна серьезно влиять на международную политику иранского руководства. Главным итогом поражения реформаторов явился их глубокий раскол, после которого радикальная часть фракции, настроенная, в частности, на восстановление отношений с США, фактически вышла из игры, а умеренные реформаторы (президент С.М.Хатами, бывший спикер парламента М.Кярруби, большинство членов правительства и губернаторов) не только лишились поддержки со стороны электората, но и растеряли свой международный авторитет.

Между тем, консервативная фракция после состоявшихся выборов курирует не только исламские (институт духовного лидера — Рахбара, Собрание экспертов, Наблюдательный Совет) и невыборные (Совет по определению целесообразности принимаемых решений, Высший совет национальной безопасности) властные институты, определяющие в той или иной степени генеральную линию поведения Ирана на международной арене, но и берет под свой контроль один из важнейших выборных органов законодательной власти – парламент. После неудачных попыток реформаторов укрепить свои позиции путем проведения в жизнь закона о расширении президентских полномочий и закона о выборах (соответствующие проекты согласно действующему в Иране законодательной процедуре были на первом этапе одобрены меджлисом 6-го созыва, а затем отклонены Наблюдательным советом), а также после высказанного 20 февраля 2004 года населением вотума недоверия в адрес проводимого курса реформ, другой ключевой светский орган власти- кабинет министров во главе с избираемым каждые четыре года президентом — оказался заложником ситуации, не имеющим уже никакого серьезного влияния на принятие решений по актуальным вопросам внешней политики ИРИ. Скорее всего, этому кабинету суждено доработать до президентских выборов 2005 года под диктовку консервативного духовенства и исправно претворять в жизнь те внешнеполитические задачи, которые будут поставлены руководством страны во главе с духовным лидером А.Хаменеи.

Что касается консервативной фракции, то она получила карт-бланш на претворение в жизнь программных установок и идей руководства, в том числе в сфере внешней политики и дипломатии, а также хорошую возможность укрепления имиджа консерваторов в мировом сообществе, особенно в западных странах, которые понимают неизбежность начала серьезного диалога с победителями недавних парламентских выборов по целому спектру вопросов, включая ядерное и правочеловеческое досье, БВУ, Ирак, проблематику борьбы с терроризмом и наркотрафиком и т.д. Наиболее прагматичные представители международного сообщества уже приступили к такому диалогу.

Интересно, что определенное размежевание произошло и в консервативной фракции, которое особенно проявилось в ходе выборов в меджлис 7-го созыва. В ней теперь четко выделяется умеренное крыло, к которому можно с той или иной долей условности отнести самого духовного лидера страны А.Хаменеи, министра информации А.Юнеси, председателя Высшего совета национальной безопасности Х.Роухани, председателя Совета по определению целесообразности принимаемых решений А.Хашеми-Рафсанджани. Именно это крыло консерваторов, для которых на первом месте при реализации внешнеполитических задач стоят не религиозно-догматические установки, а прагматизм и целесообразность с точки зрения обеспечения национальных интересов ИРИ, является ключевым как по степени влияния внутри правящей элиты, так и по уровню популярности в современном иранском обществе, что показали недавние парламентские выборы. По итогам этих выборов большинство в новом иранском парламенте завоевали умеренно-консервативные силы во главе с Коалицией благоустроителей исламского Ирана (фракция «Абадгяран»), один из лидеров которой, как ожидается, займет пост спикера парламента меджлиса 7-го созыва.

Радикальное крыло консервативного духовенства составляют главным образом представители кумского духовенства, судебной ветви власти, большинство членов Наблюдательного совета, руководство КСИР. Эта часть консерваторов уже давно лишена реальных возможностей и рычагов воздействия на формирование внешнеполитического курса страны и скорее всего взять реванш им вряд ли удастся. Возврат к принципу «экспорта исламской революции», переход к новому витку конфронтации с внешним миром и самоизоляция Ирана в нынешних условиях не представляются осуществимыми. Процесс интеграции ИРИ в международное сообщество принял необратимый характер, и ни одна из политических групп в руководстве ИРИ не способна его приостановить. Так что спор в среде правящего духовенства будет продолжать идти вокруг того, в каких темпах, масштабах и формах следует осуществлять реформирование внешнеполитического курса и при этом не допустить подрыва устоев исламской системы правления, не нарушить установившийся баланс между демократическими и исламскими принципами в политической культуре ИРИ. Однако в отличие от прежней ситуации, когда такой спор протекал в форме жесткого противостояния между реформаторами и консерваторами, в нынешних условиях, при господствующем положении консерваторов, особенно умеренного толка, в будущем следует ожидать более конструктивную и компромиссную для всех политических групп правящего духовенства полемику по выработке приоритетов внешнеполитического развития Ирана, по определению важнейших задач иранской дипломатии.

52.43MB | MySQL:103 | 0,495sec