Соглашение о перемирии открывает дорогу к урегулированию сирийского конфликта

Американские СМИ практически синхронно с известием о заключении соглашения о перемирии в СМИ вбросили информацию о «разделении Сирии на зоны влияния различных стран, которые включают США, Россию, Иран и Турцию». При этом Башар Асад остается президентом страны еще несколько лет до новых выборов в стране. В этой связи — первое, что надо учитывать: нынешней администрации США политической жизни осталось меньше месяца, в связи с чем никто из крупных игроков на сирийском направлении разговоры всерьез с ее представителями о будущем Сирии просто не ведет. Это бесполезная трата времени и сил, поскольку никаких фундаментальных решений администрация Б.Обамы, раздираемая внутренними противоречиями, в прошлом так принять и не смогла. Тем более, она не в состоянии сделать этой сейчас. Договариваться по Сирии предстоит уже с новыми людьми в руководстве США. Нынешний ход об объявлении перемирия, к которому присоединились порядка 60 тыс.боевиков, безусловно, как и сдача Восточного Алеппо, является не только продуктом пока конструктивного диалога между Анкарой, Москвой и Тегераном («тройкой»), но и, естественно, Дамаском и лидерами протурецких оппозиционных группировок. Эти силы предложили миру свой формат договоренностей, который мы обозначили, как «астанинский», и он явно должен по замыслу заменить полностью дискредитировавший себя «женевский». Уникальность этого формата в том, что впервые может быть запущена ввозможность достижения реального выхода из регионального кризиса без Вашингтона и Брюсселя. Об их присоединении к нему говорят министры иностранных дел «тройки», как о дальней перспективе, когда переговоры в столице Казахстана Астане докажут свою эффективность и прочность. В реальности испытание на прочность начнется после 30 декабря с.г., когда наступает перемирие, и в данном случае мы сможем убедиться в очень принципиальном моменте, который и будет определять дальнейшую судьбу «астанинского» формата. Это способность Турции жестко гарантировать соблюдение перемирия, а значит степень своего воздействия на полевых командиров. Если перемирие в общем и целом будет соблюдаться (абсолютного соблюдения не получится), то это будет означать, что с Анкарой можно иметь дело и договариваться о будущем устройстве Сирии. Пока не надо придавать соглашению большого резонанса. Если угодно — это проверка партнеров на реальный вес и влияние, без чего двигаться вперед невозможно. Перемирие фиксирует остановку боевых действий в тех границах  как антиасадовских сил, так и правительственных, в которых они сейчас находятся. Можно называть это «зонами ответственности», но это будет несколько упрощенно, так как никто не собирается проводить какие-то условные границы, обмениваться территориями и перемещать лояльные себе вооруженные силы. Ровно тоже самое относится и к Б.Асаду и его судьбе. Этот вопрос не обсуждался на переговорах о перемирии, и он вынесен за скобки этих договоренностей, как и многие другие вопросы фундаментального значения для будущегСирии. Это, безусловно, правильно, потому что не надо путать тактику со стратегией. Сейчас важно решить принципиальный вопрос о прекращении боевых действий, и он решается, а все остальное можно обсуждать именно на этой основе, которая, помимо прочего, включает в себя важный момент — признание участниками нового формата направлений и границ национальных и стратегических интересов друг друга на сирийском направлении. Это как раз то, к чему никак не смогли прийти США и ЕС в рамках своей сирийской дипломатии. Кстати, российско-американские  переговоры по Сирии сорвались не только по причине внутренних дрязг в администрации президента США, но и по причине того, что Вашингтон не мог влиять в полной мере на действия ни на противников режима Б.Асада, ни на их зарубежных спонсоров. Турция может, если не на всех, то на очень значительное их количество.

И на пути этого перемирия, безусловно, много препятствий. Это, прежде всего, просаудовсике группы и  «Исламское государство» (ИГ запрещено в России), которые вынесены за рамки переговорного процесса. В этой связи им не остается ничего иного, кроме как воевать. Таким образом, зафиксируем еще один важный момент договоренностей. Это реальное отмежевание «примирившихся» от «ястребов», с которыми согласилась Турция. Напомним, что те группы вооруженной оппозиции, которые не присоединятся к перемирию, будут автоматически причислены к террористам, и условия перемирия на них распространяться не будут. Таким образом, как мы и предполагали, Анкара взяла курс на монополизацию своего влияния на оппозиционное движение на севере Сирии, явно выжимая просаудовские группы из международно-правового поля. По идее, и Москва, и Тегеран, и Анкара должны теперь чуть не проводить совместные операции против сторонников ИГ и «Джебхат ан-нусры» (переименована в «Джебхат Фатх аш-Шам», запрещена в России). Ну или, по крайней мере, не мешать это делать друг другу. Турция в данном случае получает тот оплот, который позволяет ей уверенно противостоять курдской экспансии на своих границах. В этой связи усиление военной поддержки курдам, которую сейчас легитимизировали США своим законом «о военной помощи повстанческим группировкам в Сирии», в большей степени является заявкой Вашингтона на будущее участие в новом формате договоренностей.

В реальности же эффективное наполнение этого формата конкретикой будет зависеть от тех стран, которые контролируют ситуацию «на земле». На сегодняшний день  это Россия, Иран, Турция и Саудовская Аравия. Вашингтон такое влияние имеет только в курдском анклаве, и, скажем честно, что если суннитские отряды решат курдов вытеснить с занимаемых ими сейчас позиций, то они это сделают без чрезвычайных усилий. И Анкаре это, видимо, выгодно начинать делать уже после того, как совместные проамериканские «Силы демократической Сирии» возьмут Ракку. Этот факт сразу же объективно ослабит помощь Вашингтона курдским формированиям, поскольку основная пропагандистская задача будет решена, а для любой американской администрации главное, чтобы Турция в той или иной мере была в орбите США. Курды в данной ситуации отойдут на второй план. Что же касается Эр-Рияда, то ему предстоит сделать не простой выбор: включаться в новый формат переговоров, либо воевать до победного конца с очень явной перспективой ухудшения отношений с Анкарой и потерей Идлиба. где сейчас и базируются основные силы «Джебхат ан-нусры». При реализации второго сценария КСА выпадает из активных и влиятельных игроков на сирийском направлении, так как не сможет создать по ряду причин серьезной военной силы на южном направлении в Иордании. Подытоживая, скажем, что в случае выдерживания правильной динамики выполнения нынешнего соглашения, Россия входит в новый год с новой резонансной дипломатической победой. Победой модели многополярного мира. Согласимся, что говорить об успех этого проекта пока рано, но заявка на успех, безусловно, весома.

52.69MB | MySQL:101 | 0,372sec