О ситуации в Королевстве Бахрейн

Ситуация на Бахрейне явно имеет в первом месяце этого года тенденцию к обострению. 1 января десять заключенных, осужденных за участие в террористической деятельности, совершили  побег из центральной тюрьмы «Джу» в столичной Манаме. По меньшей мере пять боевиков совершили нападение на тюрьму «Джу» около 05:30 утра. В стычке с нападавшими погиб сотрудник полиции, еще один получил ранения средней тяжести. В результате инцидента из исправительного учреждения удалось сбежать десяти заключенным, отбывавшим пожизненный срок по обвинению в террористической деятельности на территории Бахрейна. 15 января власти Бахрейна казнили трех шиитов на фоне продолжающихся по всей стране акций протеста местного  населения. Об этом сообщил иранский телеканал «Пресс-ТВ». По его данным, в этот день был приведен в исполнение смертный приговор в отношении Аббаса аль-Самеа, Али аль-Сангиса и Сами Машима. Они обвинялись в причастности к взрыву в марте 2014 года, в результате которого погибли трое полицейских. Это вызвало массовые акции протеста против казни шиитских активистов, которые начались  на Бахрейне и продолжаются и до сих пор. Они охватили всю страну, в том числе столицу Манаму и ряд населенных пунктов на северо-востоке королевства. Чтобы сбить накал протестов власти Бахрейна даже ввели временный запрет на доступ к электронной версии оппозиционной газеты «Аль-Васат». «Газета неоднократно публиковала и распространяла материалы, наносящие вред национальному единству и общественному порядку», — говорится в заявлении Министерства информации королевства.

В этой связи будет нелишним еще раз проанализировать ситуацию с межконфессиональными противоречиями на Бахрейне. Начнем с того, что собственно сами по себе эти волнения не являются для острова чем-то совсем новым и привнесенным, как это пытается представить тот же Эр-Рияд, исключительно иранскими шиитами на волне событий исламской революции в Иране. Безусловно Тегеран сейчас находится на «острие копья» структурирования движения сопротивления местных шиитов и их материально-технического снабжения. Некоторая часть бахрейнских шиитов проходила и проходит военное обучение и в лагерях «Хизбаллы» в Ливане. Но массовые волнения шиитов происходили на Бахрейне и тогда, когда еще в Иране  было все спокойно: в 60-70 гг. прошлого века. И в самой среде бахрейнских шиитов тоже не все гладко и однозначно. На сегодняшний день шиитов на острове насчитывается примерно 60-70 процентов от всего населения. При этом сама община расколота на две части. Это собственно арабы-шииты (бахарна) и мигранты  из Ирана, которые ассимилировались со временем на острове. Если во времена иранского шаха противоречия между двумя этими группами были в значительной степени нивелированы, и они участвовали в протестах сообща, то после 1979 года эти внутренние противоречия стали все более и более обозначаться. При этом бахарна традиционно на протяжении не одного века ощущают себя изгоями в обществе, а вот персы-эмигранты. которые в своей массе прибыли на остров в 19 веке, наоборот позиционируют себя как экономическую и торговую элиту. В данном случае играет роль фактор иранского национального самосознания, одной из важных черт которого считается принадлежность к имперскому народу. Это, кстати, один из важных аспектов, который объясняет, почему иранцам до сих пор не удается целиком подчинить себе шиитскую фронду на острове и структурировать ее. И дело в данном случае не только в репрессиях со стороны властей. Хотя последние всячески стараются этот идеологический и классовый раскол стимулировать. В данном случае мы наблюдаем и разные мотивы к протесту: для бахарна — это кардинальное улучшение среднего уровня жизни и создание системы социальных лифтов, для потомков выходцев из Ирана — гарантирование им позиций в исполнительной и законодательной ветвях власти. Бахарна при этом больше тяготеют к саудовским шиитам-арабам, которые, как известно, очень трудно раскачиваются на предмет организации каких-то реально серьезных протестов. Хотя в последнее время титаническими усилиями иранцам и удалось создать позиции среди части бахарна. В частности, шейх Исса Кассим, который является главным идеологом протеста и лидером новой партии «Аль-Вифак», до своего возвращения на остров обучался в Куме и имеет хорошие контакты с иранским духовенством. Сейчас он находится под домашним арестом, а регистрация партии «Аль-Вифак» приостановлена. В этой связи практически все шиитские группы и течения пока отвергают диалог с Манамой вне зависимости от своих программных установок. И это пока является объединяющим шиитов моментом.

В этой связи Манама, которая сейчас полностью зависит от прямой финансовой помощи со стороны КСА и ОАЭ, безусловно не решится на прямые экономические реформы, даже несмотря ни их крайнюю актуальность. Несмотря на то, что экономическая основа деятельности островной экономике базируется не на нефтяном факторе, а на предоставлении банковских услуг, проблемы Бахрейна в экономике аналогичны тем, которые присутствуют у других стран-членов ССАПГЗ. Это чрезвычайно высокие субсидии госбюджета на воду и электричество. Снижать эти субсидии по примеру своих соседей для Манамы чревато гораздо более весомыми последствиями. В этой связи по прямой рекомендации Эр-Рияда Манама пока жестких реформа в экономике не проводит. Одновременно взят курс на силовое уничтожение шиитской фронды с отказом от методов заигрывания с умеренными шиитскими деятелями. Кроме того,  проводятся дополнительные мероприятия по усилению морского патрулирования, что привело к некоторому сокращению объемов прямой военной помощи местным шиитам со стороны Ирана. Но это лишь отсрочка, но никак не решение глобальной проблемы — межконфессионального дисбаланса в экономической системе и структурах государственной власти.

28.07MB | MySQL:67 | 0,724sec