О турецкой военной операции на севере Сирии

События последних двух недель свидетельствуют о том, что турецкие вооруженные силы, осуществляющие военную операцию «Щит Евфрата» на севере Сирии, расширяет зону своего военного присутствия в этой стране и осуществляет экспансию, оказывающую негативное влияние на сирийский конфликт. 11 февраля турецкими информационными агентствами было объявлено о том, что части турецких вооруженных сил (TSK) совместно с вооруженными формированиями Сирийской Свободной Армии (ССА) вошли в город Эль-Баб. Турецкими СМИ вход TSK и их союзников Эль-Баб преподносится как большая победа. В частности говорится о том, что им удалось вывести из строя 1775 боевиков «Исламского государства» (1518 убиты и 257 ранены). Тем не менее, ход операции свидетельствует о том, что военные возможности TSK находятся в не столь уж блестящем состоянии. На овладение этим небольшим населенным пунктом ушло два месяца. Потери турецких войск составили 66 военнослужащих.

Несмотря на это, в планы Анкары входит расширение своего вооруженного присутствия в Сирии и участия турецкой армии в операции по освобождению столицы самопровозглашенного халифата Ракки. При этом, по мысли турецких стратегов, именно TSK должны играть в этой операции главную роль.  7 февраля состоялся телефонный разговор между президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом и президентом США Дональдом Трампом. По информации турецких СМИ, Р.Т.Эрдоган высказал своему американскому коллеге озабоченность в связи с анонсированным наступлением на Ракку вооруженных формирований «Сил Демократической Сирии» (СДС), в которых ведущую роль играют курдские отряды. Он напомнил о том, что вооруженные отряды Партии демократического союза (ПДС) тесно связаны с Рабочей партией Курдистана (РПК), занесенной Госдепартаментом США в список террористических организаций. Неизвестно, что ответил на это американский президент, но турецкий лидер, похоже остался доволен реакцией американцев. Выступая перед вылетом в поездку по странам Персидского залива 13 февраля, Р.Т.Эрдоган отметил, что удовлетворен итогами беседы с Д.Трампом, в ходе которой было достигнуто взаимопонимание. По его словам, Д.Трамп поддержал турецкую идею о создании зон безопасности на севере Сирии. 9 февраля Анкару посетил директор ЦРУ США Майк Помпео. При этом главной темой его переговоров с турецкими коллегами было участие турецких войск в освобождении Ракки, а фактически создание турецкой зоны влияния на севере Сирии. По некоторым данным,  президент США Д.Трамп дал своим силовикам месяц на то, чтобы определиться с дальнейшей стратегией в Сирии, а предполагаемое взаимодействие с Анкарой занимает в этой стратегии одно из первых мест.

По информации турецкого журналиста Фахима Таштекина, не первый год освещающего конфликт в Сирии, можно выделить несколько ключевых пунктов турецкого плана, предлагаемого США. Во-первых, Р.Т.Эрдоган склонял Вашингтон к тому, чтобы прекратить сотрудничество с ПДС при освобождении Ракки. Во-вторых, после освобождения Эль-Баба отряды ССА будут развернуты в направлении Ракки. В-третьих, арабские компоненты СДС должны быть отделены от курдов и направлены на освобождение Ракки. Их количество оценивается в 10 тысяч штыков. В-четвертых, в треугольнике Аззаз-Джараблус-Эль-Баб создается зона безопасности, на территории которой будут размещены сирийские беженцы.

При этом возникает ряд вопросов относительной реальной возможности TSK и сирийских союзников Анкары вести боевые действия против сторонников «Исламского государства» (ИГ, запрещено в России) в Ракке. Если турецкая армия и ССА потратили столько времени, чтобы выбить отряды ИГ из Эль-Баба, то насколько эффективны они будут в Ракке, относительно большом и укрепленном городе? По мнению бывшего посла США в Турции Джеймса Джеффри американцам при освобождении Ракки будет не обойтись без военной помощи России, Сирии и Ирана. Во-вторых, для того, чтобы отказаться от военного сотрудничества с сирийскими курдами США нужна реальная и не менее весомая альтернатива. Вряд ли на данном этапе такой альтернативой является турецкая армия. Практика показывает, что Пентагон нуждается в военных возможностях СДС. В-третьих, курдский фактор в Сирии, появлению которого способствовали воздушная поддержка курдских отрядов самообороны в Кобани и небольшие поставки американского оружия существенно усилился в последние два года. Вряд ли американцам стоит отказываться от долгосрочного партнерства с сирийскими курдами, которое может принести им такие же дивиденды, как и сотрудничество с курдами в Ираке. В-четвертых, даже после взятия Эль-Баба турецкая военная операция не будет эффективной в случае, если не будет свободной дорога на Ракку. Между тем эта дорога в настоящее время контролируется сирийскими правительственными силами. О том, что сирийцы могут эффективно приостановить турецкое продвижение свидетельствуют недавние столкновения, в которых были ранены трое турецких военнослужащих. Для того, чтобы выдвинуться в сторону Ракки Анкаре понадобится сотрудничество с Дамаском. Между тем, по словам Ф.Таштекина, «ни Дамаск, ни Москва не намерены отдавать Ракку, имеющую стратегическое значение, под турецкий и американский контроль».

При анализе турецкого политического поведения в Сирии необходимо учитывать и еще один фактор: наметившееся сближение Анкары с аравийскимимонархиями. В начале недели президент Р.Т.Эрдоган совершил поездку по странам ССАГПЗ, включавшую Бахрейн, Саудовскую Аравию и Катар. При этом программа поездки не включала в себя Султанат Оман и Объединенные Арабские Эмираты. Последние по известной причине: руководство ОАЭ жестко противостоит движению «Братьев-мусульман», главными покровителями которого в арабском мире считаются Катар и Турция. Одной из причин поездки является серьезное ухудшение экономической ситуации в Турции. В прошлом году из-за нестабильной ситуации в стране на 36% упали доходы от туризма. Турецкая лира заметно снизила свой курс по отношению к доллару. Если в октябре прошлого года за 1 доллар давали 2,9 лир, то сейчас 3,7-3,8. По словам обозревателя газеты Financial Times, «весна для турецкой экономики миновала». В этой связи турецкое руководство озабочено поиском инвестиций. Серьезным каналом «зеленых денег» стали консервативные монархии Персидского залива. По информации М.Рубина, в Турцию в начале двухтысячных годов закачали не менее 12 миллиардов неофициальных инвестиций от богатых исламских государств. Основными источниками такого финансирования стали Малайзия и Саудовская Аравия, добивавшиеся взамен изменения турецкой позиции в отношениях с Израилем. По мнению ряда американских аналитиков, после событий 11 сентября 2001 года саудовские инвесторы, напуганные возможным ухудшением двусторонних отношений, вывели из США около 100 миллиардов долларов. Из них 20 миллиардов были инвестированы во Франции, 10 миллиардов – в Ливане, 6 миллиардов – в Швейцарии. Турция также оказалась в списках саудовского инвестирования.

В этой связи вполне возможно присоединение Турции к коалиции «суннитских умеренных государств», которую сколачивает администрация Дональда Трампа против Ирана. О желании создать такую коалицию в координации с Израилем сообщила американская газета Wall Street Journal. По сообщению газеты планируется включить в данную коалицию монархии Персидского залива, Египет, Иорданию. Отметим, что данный план может столкнуться со значительными трудностями. Взаимоотношения между государствами, которые предполагается включить в суннитскую коалицию, наполнены противоречиями. Достаточно упомянуть о проблемах в египетско-саудовских отношениях, о поддержке Катаром движения «Братья-мусульмане», являющегося экзистенциальным противником для Саудовской Аравии и ОАЭ. Известный арабский журналист Абдельбари Атван выдвигает предположение о том, что Египет, склоняющийся к сближению с Россией и Сирией, может быть заменен в этой комбинации Турцией.

В случае, если Анкара склонится к сотрудничеству с новой коалицией, сколачиваемой Вашингтоном, мирный процесс в Сирии может попасть под угрозу, а позитивный результат договоренностей в Астане может быть сведен на нет.

62.43MB | MySQL:101 | 0,712sec