Турция: Стамбульский канал и Конвенция Монтрё

Накануне парламентских выборов в 2011 г. премьер-министр Турции Реджеп Тайип Эрдоган объявил о плане строительства Стамбульского канала, который будет проложен к северо-западу от Босфора и пройдет параллельно ему. По словам Р.Т.Эрдогана, реализация проекта позволит значительно уменьшить транспортную нагрузку на один из самых загруженных в мире пролив Босфор. «Это станет одним из крупнейших проектов 21 века. Стамбул превратится в город, через который пройдут два моря. На западе, в европейской части, мы проложим канал между Черным и Мраморным морями протяженностью 40 на 50 км. Глубина Стамбульского канала составит в среднем 25 м, ширина — 145-150 (может и 400) м. Через него смогут проходить самые крупные в мире суда. Проект прокладки Стамбульского канала является многоформатным и куда масштабнее Панамского и Суэцкого каналов. Это одновременно энергетический, транспортный, градостроительный, научный, проект, равно как проект занятости и защиты окружающей среды. Он позволит защитить природу Стамбула, окружающую среду, море, водные источники, флору и фауну», — сказал Р.Т.Эрдоган. Он также сообщил, что себестоимость проекта будет держаться в тайне, добавив, что вблизи канала будет построен самый крупный в Турции аэропорт[i] (в декабре 2016 г. премьер-министр Турции Бинали Йылдырым сообщил, что третий аэропорт Стамбула будет открыт в 26 февраля 2018 г., то есть в день рождения президента страны Р.Т.Эрдогана[ii]).

Итак, Стамбульский канал пройдет севернее Стамбула, напрямую соединит Черное и Мраморное моря, разгрузит природный пролив Босфор, через который ежегодно транзитом проходит до 45 тысяч судов и боевых кораблей, до четырех миллионов тонн сжиженного газа, до трех миллионов тонн химикатов и примерно 150 миллионов тонн нефти (сырье, главным образом, из России). По плану турецких властей, канал позволит танкерам обходить морской трафик на Босфоре, тем самым увеличивая безопасность на оживленном участке водного пути, а плата за ускоренный проход судов через новый канал также принесет деньги в бюджет Стамбула. Правительство Турции рассчитывает потратить на строительство канала от $4 до 10 млрд (хотя местная пресса оценила потенциальные затраты примерно в $20 млрд). Надо отметить, что после строительства канала придется строить еще и 6 мостов через него и другую инфраструктуру, а это серьезно увеличивает стоимость проекта (до $50 млрд). Огромное количество грунта, которое придется вынуть, турецкая сторона собирается пустить на строительство 3 искусственных островов в Мраморном море и заполнить брошенные угольные шахты. Сам канал может быть введен в эксплуатацию не ранее 2023 года (в 2023 г. Турция будет отмечать сто лет со дня основания Турецкой Республики).

По замыслу турецких властей, Стамбульский канал станет не только «помощником» Босфору, а также всему Стамбулу, улучшив экологическую обстановку. Извилистый Босфор — это 12 резких поворотов, что делает его одним из самых опасных мест для судоходства в мире. Стоит какому-нибудь из танкеров потерпеть в нем аварию, как многочисленные бедствия для 15-миллионного Стамбула, самый центр которого рассекает пролив, окажутся неизбежными. Например, в декабре 1999 г. в устье пролива раскололся на две части российский танкер, в результате в море вылилось 890 000 литров топлива, а загрязнению подверглось почти 10 километров побережья. Кроме экологических есть и важные резоны из области экономики. Долгая закупорка этой важнейшей транспортной артерии в результате крушения крупного судна приведет к немалым финансовым потерям для многих государств. Так вот, весь этот доходный, но небезопасный трафик Р.Т.Эрдоган предлагает перебросить в новый Стамбульский канал, а пролив Босфор станет пригодным для отдыха, катерных прогулок и занятий водными видами спорта.

Надо отметить, что новый канал по своим характеристикам уступает проливу Босфор — ширина будущего канала — 150 м, тогда как у Босфора — 700 м в самом узком месте; глубина канала — 25 м на фоне глубины фарватера Босфора 33-80 м. Кроме того, длина канала составит 40-45 км, тогда как протяженность Босфора — 30 км.

В 2014 г. турецкая пресса писала, что Турция, из-за ограничений Конвенции Монтрё за 28 лет потерял $ 10 млрд дохода в связи проходом кораблей через пролив Босфор, и когда будет завершен проект по реализации канала «Стамбул», то Турция получит $ 8 млрд дохода в год (лидер Народно-республиканской партии Турции Кемаль Кылычдароглу уже раскритиковал проект Р.Т.Эрдогана, мотивируя это тем, что строительство нового канала обогатит только связанных с правящей партией, и может нанести вред окружающей среде). Ожидается, что Стамбульский канал принесет больше доходов, чем Суэцкий канал, который является одним из наиболее важных коммерческих водных путей в мире. Если по Суэцкому каналу могут пройти суда с водоизмещением не больше 150 000 тонн, то Стамбульский канал будет пригодным для кораблей с водоизмещением 300 000 тонн (сейчас по проливу Босфор эта цифра составляет 260 000 тонн). Сумма сбора за проход по Суэцкому каналу составляет $ 2-12 за тонну (средняя стоимость прохождения одного судна Суэцким каналом составляет $ 160 тысяч), а в Стамбульском канале будет $16-33 за тонну. Для Египта ежегодная сумма таких доходов ориентировочно составляет около $ 5 млрд (среднем $ 5.5 за тонну), а Турция, как ожидается, от Стамбульского канала получит $ 8 млрд год. Сегодня по Суэцкому каналу ежедневно проходят 106 кораблей, а показатель Стамбульского канала будет 160 кораблей (показатель пролива Босфор -140 кораблей)[iii].

Кстати, в 2011 г. Эрдоган заявил, что хочет построить еще и морской тоннель, который будет проходить в 15 км к востоку от Самсуна, 50 км от Кайсери (связи с этим в турецком прессе были сообщения, что море дойдет до города Кайсери) до Юмурталыка (Джейхан). Таким образом, морской тоннель соединит Черные и Средиземные моря. Длина тоннеля составит около 500 км, ширина – 80 м, глубина – 22 м. Над проектом в течение года в секретных условиях работали 33 инженеров. Планировалась, что тоннель будет открыт в 2023 г. (однако Эрдогану объяснили, что в нынешних условиях реализация проекта невозможна)[iv]. В отличие от проекта канала «Стамбул», проект морского тоннеля Самсун-Юмурталык может показаться более разумным, поскольку он значительно сократил бы морской путь от Черного море до Средиземного море и наоборот. Однако размеры тоннеля уступают размерам канала «Стамбул» и это серьезно ограничивал бы его возможности. Кроме того, это был бы очень дорогостоящим проектом (хотя Эрдоган заявил, что во время земляных работ может быть найдены полезные ископаемые). Если проект канала «Стамбул» (43 км) оценивался до $ 20 млрд, то проект тоннеля обходился бы несколько раз дороже. Проект тоннеля мог бы увеличить маневренные возможности турецкого флота (хотя и в некотором плане сделал центральную часть Турции уязвимым для кораблей противников).

Тоже самое (увеличение маневренных возможностей турецкого флота) можно сказать и о канале «Стамбул», хотя здесь о сокращении морского пути речь не идет. Сейчас есть проблема неопределенности международно-правового статуса канала «Стамбул», который будет находиться под полным суверенитетом Турции, что вызывает беспокойство в ряде стран (Россия, Греция, Украина и так далее). Эти страны опасаются, что Турция попытается отменить некоторые положения Конвенции Монтрё (1936 г.). Уже сейчас в зоне проливов действуют не только положения Конвенции Монтрё или законы морского права 1982 г., но и правила, которые Турция ввела в одностороннем порядке, которые не соответствуют международным конвенциям: например, Турция настаивает на использовании лоцмана, устанавливает определенные сроки подачи и действия уведомления или требует от военных кораблей проходить через проливы только в дневное время.

Сейчас режим прохождения судов через Черноморские проливы регулируется Конвенцией Монтрё. Суть ее в том, что она закрепляет проливы за суверенитетом Турции, однако одновременно сохраняет элементы международного контроля над этими артериями (хотя в Турции именуют эти проливы турецкими). Это соглашение сохраняет за торговыми судами всех стран свободу прохода через проливы как в мирное, так и в военное время. Для военных кораблей режим совсем иной. Нечерноморским странам разрешается проводить через проливы в Черное море только легкие надводные корабли и вспомогательные суда водоизмещением каждого не более 10 000 тонн. Суммарное водоизмещение отряда кораблей не должно превышать 15 000 тонн, и их проход разрешен только в дневное время. Нечерноморские государства не вправе вводить в Черное море авианосцы и подводные лодки. Общий тоннаж эскадры боевых кораблей нечерноморских стран, находящихся в Черном море, не должен превышать 45 000 тонн. Время пребывания на Черном море военных кораблей нечерноморских стран тоже строго ограничено. Оно не должно превышать 21 сутки, независимо от цели прихода. Турецкие власти должны быть извещены по дипломатическим каналам о проходе военных кораблей через Черноморские проливы, для нечерноморских стран — за 15 суток, для черноморских — обычно за 8 суток, но не менее, чем за трое[v].

Все это означает, что в существующих условиях строительство канала «Стамбул» в военном плане для нечерноморских стран не может влиять на ситуацию в Черном море, поскольку Конвенция Монтрё ограничивает не только срок пребывания военных кораблей всех не прибрежных государств, но и тоннаж этих кораблей. Это означает, что военные корабли нечерноморских стран, как и прежде, могут войти в Черное море, однако их тоннаж и срок пребывание в Черном море не могут увеличиться благодаря каналу «Стамбул», без пересмотра положений Конвенции Монтрё. Да, Стамбульский канал для военных кораблей будет служить дополнительным, альтернативным маршрутом, путем для попадания в Черное море, однако здесь совсем не важно, каким образом военный корабль оказался в Черном море (через пролив Босфор, канал «Стамбул» или, например, реку Дунай). Сложно представить, что Турция в 2023 г. (после ввода в эксплуатацию канала) будет требовать пересмотра Конвенции Монтрё, чтобы корабли нечерноморских членов НАТО могли долго остаться в Черное море и что это были более крупные корабли (может быть и в 2023 г. Турция совсем не будет членом НАТО). Мы уже говорили, что в действительности Турция не желает, чтобы военных кораблей нечерноморских членов НАТО стали больше в Черном море и они стали проблемой для Анкары, которая должна следить,  чтобы не нарушалась Конвенция Монтрё, что осложнит турецко-российские отношения[vi].

Что касается прохода торговых судов, то невозможно представить зачем они будут платить огромные деньги для прохождения через канал «Стамбул», если есть пролив Босфор, который имеет статус международного водного пути, а Конвенция Монтрё сохраняет за торговыми судами всех стран свободу прохода через проливы как в мирное, так и в военное время. Турция по сути не может заставить их вместо пролива Босфор выбирать канал «Стамбул» и взымать плату. Это создаст огромные проблемы с черноморскими странами (и не только). Поэтому, когда канал будет открыт, Турция, по всей вероятности, будет настаивать на пересмотре только некоторых положений Конвенции Монтрё, которые будут относиться только торговым суднам (а не военным кораблям).

В декабре 2016 г. президент Турции Р.Т.Эрдоган заявил, что для канала «Стамбул» будет объявлен тендер в 2017 г.[vii]. По нашему мнению, реализация проекта канала «Стамбул» под большим вопросом. В конце 2015 г. турецкая пресса писала, что в программе 64-ого правительства Турции написано, что строительство канала начнется летом 2016 г. Однако этого не случилось, и теперь говорят, что строительство канала начнется в 2017 г. (в 2012 г. турецкая пресса писала, что канал будет сдан эксплуатацию в 2017 г.[viii]) Возможно, это был связан еще и с тем, что в апреле 2016 г. (когда еще не были урегулированы отношения между Россией и Турцией) Москва и Тегеран стали вновь обсуждать прокладку водного канала из Каспия в Персидский залив, что даст России кратчайший выход в бассейн Индийского океана в обход турецких проливов. Появление канала из Каспия в Персидский залив создает прямую конкуренцию турецким проливам Босфор и Дарданеллы, благодаря каналу из Каспия в Индийское море доставка грузов через Россию становится вдвое короче традиционного маршрута через Турцию[ix].

Об этом писал и турецкий аналитик Сулейман Яшар. «Прогнозируемая стоимость проекта канала из Каспия в Персидский залив — семь миллиардов долларов. Завершить его планируется в 2030 году. Благодаря ему страны, выходящие к Каспийскому морю (Иран, Россия, Казахстан, Туркмения, Азербайджан) смогут транспортировать нефть и природный газ в открытое море. Это оживит экономики южнокавказских и прикаспийских государств. Благодаря иранскому проекту российские военные корабли тоже смогут выходить в открытое море без необходимости в турецких проливах. Так они смогут конкурировать с американским флотом, который сейчас свободно действует в Персидском заливе. Конечно, военное и экономическое значение проливов Босфор и Дарданеллы при этом снизится. В этой связи заметим, что, если уменьшится число судов, проходящих через проливы, проект строительства канала «Стамбул» может не иметь финансовой отдачи. Если у этого проекта не будет финансовой отдачи, то не нужно тратить эти ресурсы впустую. Использовать их можно для завершения проекта Юго-Восточной Анатолии (GAP, проект, предусматривающий комплексное развитие региона на основе реализации масштабных гидроэнергетических проектов). Этот проект может обеспечить рост валового сельскохозяйственного продукта Турции (с $63 млрд до более $ 200 млрд) и, к тому же, до трех миллионов рабочих мест», — написал Сулейман Яшар[x]. Как он правильно, Эрдоган мог потратить деньги, предназначенные для строительства канала «Стамбул» на проект GAP. Эрдоган не жалеет денег для мегапроектов Стамбула, однако не хочет делать инвестиции в курдонаселенных провинциях, создавать рабочие места, и таким образом увеличивает социально-экономической разрыв между западом и востоком страны. Итак, реализация проекта канала «Стамбул» во многом зависит и от проекта канала из Каспия в Персидский залив, который стал одним из главных мотивов Турции, чтобы она существенно ускорила урегулирование отношений с Россией и попытался предотвратить реализацию проекта Трансиранского канала.

[i]İşte Erdoğan’ın çılgın projesi: Kanal İstanbul, Hürriyet, 27.04.2011

[ii]Başbakan Yıldırım: 3. Havalimanı 2018 yılı 26 Şubat’ta açılacak, Milliyet, 20.12.2016

[iii]Kanal İstanbul Türkiye’yi zengin edecek!, Akşam, 15.02.2014

[iv]Reza Muhtar, Yoksa Çılgın Proje, Anadolu’nun ortasından kanal açıp, Kayseri’ye deniz getirmek mi?.., Vatan, 11.03.2011

[v]Сергей Ищенко, Канал «Стамбул»: Турки обходят Россию с фланга, Свободная пресса, 15.06.2011

[vi]Габриелян Айк , Усиление НАТО в Черном море и позиция Турции,Институт Ближнего Востока, 14.02.2017

[vii]Cumhurbaşkanı Erdoğan: Kanal İstanbul 2017’de ihaleye çıkacak,Habertürk, 10.12.2016

[viii]Bülent Erandaç,«Kanal İstanbul 2017’de açılacak»,Takvim, 28.07.2012

[ix]Канал в Персидский залив способен принести России огромные выгоды, Взгляд, 08.04.2016

[x]Süleyman Yaşar, İran, Kanal İstanbul’un alternatifini yapıyor, Taraf, 13.04.2016

 

49.48MB | MySQL:112 | 0,879sec