Об экономической политике Египта в Африке

Египет является одной из крупнейших в экономическом отношении стран африканского континента. По объему ВВП страна занимает второе место после Нигерии, а показатели уровня жизни населения, развития различных видов инфраструктуры и экономической стабильности на фоне Африки можно охарактеризовать как хорошие.

Однако уровень экономической интеграции и активности Каира на континенте был и остается крайне низким: к примеру, доля африканских стран в общем объеме экспорта не превышает 3 %[i]. При этом самый крупный торговый партнер Египта на континенте – Нигерия, которая занимает примерно десятую долю от всей торговли арабской республики со странами континента.

Более того, с экономической точки зрения Египет рассматривается в первую очередь как часть региона Ближнего Востока или Средиземноморья, но никак ни Африки.

Такое положение дел характерно не только для Египта, но и для всех стран Северной Африки. Это обусловлено в первую очередь тем, что еще с колониальных времен усилия упомянутых стран были направлены на расширение интеграции с государствами европейского континента, и получение независимости в XX веке не повлияло кардинальным образом на эту тенденцию: страны Африки, в том числе соседние, оставались не в фокусе их экономических политик. Исключения составляла Ливийская Джамахирия, которая проводила более активную политику на своем южном направлении, но ее возможности были ограничены, а после событий 2011 года об этих экономических инициативах можно забыть на обозримую перспективу.

Как следствие, отсутствует необходимая инфраструктура для интеграции на африканском направлении, нет наработанного опыта взаимодействия, не развиты институциональные основы и даже нет четкого понимания, в каких именно направлениях стоит развивать экономические отношения государств Северной Африки со своими южными соседями. Хотя в Египте еще со времен Г.А.Насера периодически звучали слова о намерениях превратить Каир в экономический центр всего континента, серьезных практических шагов для этого не предпринималось.

С другой стороны, понимание негативных последствий такого многолетнего пренебрежения своим континентом в правительствах стран Северной Африки есть. Тем более, что потенциал Африки повышается. К примеру, согласно некоторым прогнозам, в следующие 5 лет до 30 млн жителей континента могут стать людьми со средним уровнем доходов. Под последним в упомянутом прогнозе понимается возможность расходовать свои доходы не только на еду и товары первой необходимости. Для стран Северной Африки это может означать возможность расширения торговых связей с ними. Тунисские экономисты указывают и на возможность привлечения туристов с этого направления, для чего необходимо принятие соответствующих мер[ii]. Однако, в отличие от китайских туристов, привлечение африканских туристов пока не заявлено в качестве цели на правительственном уровне  ни в Египте, ни в Тунисе, ни в Марокко.

В целом в Северной Африке в последние несколько лет можно говорить о наметившейся тенденции повышения внимания к экономической политике в Африке, что выражается в соответствующих заявлениях членов правительств и депутатов парламентов, в проведении совместных конференций, форумов и иных мероприятий с участием чиновников, экспертов и представителей бизнеса. В некоторых случаях удается достичь заключения межправительственных соглашений или меморандумов о намерениях развивать экономическое сотрудничество, причем в самых разных сферах. Возвращение Марокко в ряды членов Африканского союза можно тоже считать частью этой тенденции. Однако серьезного эффекта эти договоренности пока не несут и не способны принести: образовавшийся в результате десятилетий почти полного отсутствия взаимодействия интеграционный разрыв невозможно преодолеть в течение нескольких лет. Кроме того, имеется серьезный дефицит инвестиционных ресурсов, что тоже ограничивает дальнейшую интеграцию.

Эти тенденции не обошли стороной и Египет, отношения которого с некоторыми странами континента являются не простыми. Однако к успеху новых властей можно отнести нормализацию отношений с организацией Африканский союз в 2014 году, которая приостанавливала членство Каира в ее рядах в 2013 году после военного переворота. Осложняет отношения Каира с Африкой и наличие разногласий по распределению вод Нила с Аддис-Абебой.

Египет позиционирует себя прежде всего как «экономические ворота в Африку», что связывается с наличием на его территории Суэцкого канала, а также членством в международной организации COMESA (Common Market for Eastern and Southern Africa). В марте 2015 года в ходе известной конференции по экономическому развитию, которая состоялась в Шарм-эш-Шейхе, было заявлено о намерении активизировать экономическую политику Египта в Африке, что приветствовалось представителями африканских стран, присутствовавших на мероприятии. Там же упоминалось, что количество размещенных египетских инвестиций в африканских странах достигает 1 млрд долл. США. Наиболее крупные проекты среди них – это Rift Valley Railways, предприятие по эксплуатации и модернизации железных дорог на территории Кении, в том числе обеспечивающее железнодорожное сообщение с соседней Угандой. Ориентировочная рыночная стоимость акций этого предприятия оценивается в 250 млн долл. США, из которых египетским инвесторам принадлежит 85%[iii], в том числе 73 % Qalaa Holdings. Это логистическое  направление характеризуется как востребованное, однако Qalaa заявляет о намерении продать свою долю акций ввиду необходимости дополнительного капитала для планируемой собственной трансформации[iv]. Этот же инвестор имеет несколько проектов в Эфиопии, в том числе в строительной отрасли. Некоторые инвестиции Египет осуществил в развитие речной транспортной инфраструктуры на реке Нил в Судане[v]. В ходе конференции говорилось об открывающихся перспективах для Африки в связи с сооружением Нового Суэцкого канала и был озвучен призыв к ним инвестировать средства в предприятия, расположенные в особой экономической зоне  в районе Суэцкого канала. Ни о каких конкретных целях в области торгового или инвестиционного взаимодействия со странами континента заявлено не было.

Спустя почти 2 года каких-то кардинальных изменений на африканском направлении не произошло. Информация о новых инвестиционных проектах в Африке отсутствует, африканские инвесторы не проявили интереса к особой экономической зоне, Новый Суэцкий канал пока не принес того результата, который ему пророчили, а торговый оборот не имеет тенденций к увеличению.

Как более успешный и перспективный шаг можно охарактеризовать подписание в Каире в июне 2015 года Трехстороннего соглашения о намерении создать зону свободной торговли между 26 африканскими странами, на которые приходится 51 % от общего ВВП стран Африки.

Впервые идея о создании этой зоны была озвучена в 2008 году, она должна будет объединить под единым соглашением членов трех экономических союзов (отсюда и название подписанного документа в Каире): Common Market for Eastern and Southern Africa (COMESA), Southern African Development Community (SADC) и East African Community (EAC). В 2012 году о намерении присоединиться к этому проекту заявили лидеры стран-членов Economic Community of Central African States (ECCAS) и Economic Community of West African States (ECOWAS), но в подписании каирских соглашений эти два блока не участвовали. С учетом африканских условий и наличия такого большого количества участников перспективы создания этой свободной зоны, равно как и ее характеристики, представляются туманными. Уже удалось заключить упомянутое Трехстороннее соглашение, которое, впрочем, пока еще не является соглашением о свободной торговле. Документ подразумевает проведение мероприятий по снижению ввозных барьеров, количественных ограничений, реформировании транзитных механизмов, оптимизации работы платежных систем[vi]. Однако факт подписания этого документа требовал одобрения национальными парламентами, что пока сделано не во всех странах. Следующим шагом должно стать подписание Соглашения о свободной торговле, которое, по некоторым оценкам, позволит стимулировать торговый оборот на 1 трлн долл. США в масштабах Африки. В 2015 году заявлялось, что Соглашение о свободной торговле будет подписано в 2017 году, но пока какая-либо более свежая информация об этом отсутствует.

Конечно, даже в случае заключения Соглашения о свободной торговле ощутимый эффект от него будет в лучшем случае через несколько лет. Тем не менее, это один из самых важных интеграционных проектов в масштабах континента, и работа по его продвижению медленно, но идет, а Каир играет здесь одну из самых важных ролей.

Интересной инициативой является и идея создать судовой маршрут по реке Нил, который должен соединить озеро Виктория и Средиземное море. Длина маршрута должна составить около 4 000 км, стоимость от 10 до 12 млрд долл. США, а сроки завершения – 2024 год. Предполагается сооружение портовой и навигационной инфраструктуры вдоль всего Нила.  Заинтересованность к проекту проявили 10 стран, расположенных в бассейне реки Нил, в том числе в январе сего года официально к нему присоединилась Эфиопия. Инициатором идеи выступил Египет, который в 2015 году провел соответствующую оценку (стоимость составляла 500 тыс. долл. США) и представил 6 вариантов реализации проектов. В настоящий момент оценочные работы продолжаются, их финансирует Африканский банк развития (на эти цели специально банк выделил дополнительно 650 тыс. долл. США). Партнером (но не инвестором) выступают бельгийские и германские компании[vii].

Стоит отметить, что в последние годы в самом Египте повышается интерес правительства к эксплуатации транспортного потенциала Нила для внутренних нужд, так как дорожная инфраструктура перегружена, что ложится дополнительным бременем на экономику страны. При этом объемы речных перевозок сегодня не превышают 1 % от общих перевозок в арабской республике. С целью повышения этого показателя в настоящее время рассматриваются проекты по сооружению транспортной инфраструктуры, ведутся исследовательские и оценочные работы, хотя пока никаких серьезных достижений нет. Возможно, что таким интеграционным проектом Египет пытается привлечь инвесторов в развитие речного транспорта в том числе и для внутренних целей.

Проект позиционируется как практическая сторона идеи «Африка без границ» и должен стать частью транспортного коридора Каир-Кейптаун. Напомним, что последний представляет собой идею сооружения высокоскоростной автомагистрали, которая должна соединить север и юг Африки, и была разработана англичанами еще в XIX веке. Пока такой дороги нет, есть только отдельные участки, которые являются не интеграционным проектом, а частью дорожной инфраструктуры отдельных стран.

Конечно, эти и некоторые иные инфраструктурные проекты (например, озвученная недавно идея газопровода из Нигерии в Марокко, Транссахарская автомагистраль) очень нужны континенту, как нужно и углубление интеграции между странами северной и иной Африки.

Но пока их реализация или не осуществляется совсем, или идет крайне медленными темпами. К идее создания нильского транспортного коридора с учетом огромной по африканским меркам стоимости не следует относиться с оптимизмом.

Важно понимать еще одно: к интеграционным проектам в Африке по линии север — юг интерес иностранных инвесторов (европейских, китайских, арабских и иных) пока очень ограничен. По-видимому, имеющегося уровня инфраструктуры внешним инвесторам достаточно. А это означает, что в реализации всех подобных инициатив Африка должна полагаться только на свои силы, которые очень ограничены.

Однако понимание необходимости дальнейшей интеграции стран Северной Африки со странами континента, несмотря на ограниченные возможности этой интеграции, является первым и важным шагом в сторону улучшения общей экономической обстановки на континенте.

[i] http://www.dailynewsegypt.com/2017/01/22/trade-relations-egypt-african-countries-must-improve-talaat/

[ii] http://www.uneca.org/es-blog/tunisia%E2%80%99s-economic-future-africa

[iii] http://www.theeastafrican.co.ke/business/Egyptian-firm-looks-for-buyers-for-85pc-stake-in-RVR/2560-3376528-h2gp75/index.html

[iv] http://www.railjournal.com/index.php/financial/qalaa-to-sell-its-rift-valley-railways-stake.html

[v] http://www.thisisafricaonline.com/News/New-energy-historic-relationships-Why-Egypt-is-strengthening-its-African-ties?ct=true

[vi] http://www.ictsd.org/bridges-news/bridges-africa/news/the-tripartite-free-trade-area-agreement-a-milestone-for-africa%E2%80%99s

[vii] http://www.al-monitor.com/pulse/originals/2017/02/africa-egypt-nile-navigational-line-economic-development.html

31.27MB | MySQL:67 | 0,799sec