Ситуация в Марокко: февраль 2017 г.

В начале февраля не было недостатка в комментариях относительно состоявшегося ранее возвращения Марокко в лоно Африканского союза (АС). Их авторы были едины в том, что это – политическая победа Рабата, однако она носит больше символический характер, и она не будет иметь каких-либо заметных последствий в ближайшей перспективе, особенно в том, что касается западносахарской проблематики. Тем не менее очевидно, что большинство африканских стран (39 из 54) поддержало Марокко, а значит, у королевства будет еще больше стимулов развивать отношения с ними на двусторонней основе, над чем немало потрудился за последние месяцы король Мухаммед VI.

Февраль в этом плане не стал исключением. 2 февраля марокканский монарх прибыл в Южный Судан. В Джубе его встречал президент этой страны Сальва Киир. Согласно марокканским СМИ, один из проектов, продвигаемых Рабатом в Южном Судане – изучение проекта переноса столицы страны из Джубы в центральную часть страны. Этот проект был выдвинут еще до получения Южным Суданом независимости в 2011 г.

16 февраля он прибыл с визитом в Гану. Затем в ходе очередного африканского турне посетил Замбию и Гвинею.

24 февраля «официальный источник» в Рабате сообщил, что Марокко также намерено вступить в Экономическое сообщество стран Западной Африки (ЭКОВАС).

Напомним, что Марокко покинуло Организацию африканского единства – предшественницу АС – в 1984 г. в знак протеста против принятия в ее ряды фантомной «Сахарской Арабской Демократической Республики» (САДР), провозглашенной сепаратистским Фронтом ПОЛИСАРИО.

Уже 5 февраля возвращение Марокко в лоно АС прокомментировал глава сепаратистов Брахим Гали, заявивший о возможности для них всех вариантов, включая военный. При этом он утверждал, что членство Марокко в АС должно обязать королевство уважать «международные» границы САДР.

В тот же день прозвучал ответ Рабата. Как заявил министр – делегат при МИД Марокко Насер Бурита, королевство «никогда не признает» САДР. Он также пообещал, что Марокко повлияет на «меньшинство» африканских стран, признавших САДР с тем, чтобы они изменили свои позиции.

В феврале продолжились массовые выступления берберов Рифа, спровоцированные гибелью 28 октября 2016 г. торговца рыбы в разнос Мохсина Фикри, ответственность за которую они возложили на местные власти. 5 февраля в Эль-Хосейме имели место ожесточенные столкновения между участниками манифестации протеста и силами безопасности. По данным официальных источников, в ходе подавления беспорядков ранения получили 30 полицейских. Они же опровергли использование при разгоне манифестации резиновых пуль и слезоточивого газа. Согласно властям, не было произведено даже арестов среди участников манифестации, что явно нетипично для марокканских реалий.

По данным правозащитных организаций, на сей раз участники массовой акции хотели почтить память Абделькрима, лидера берберской «Республики Риф», просуществовавшей 4 года в период с 1921 по 1926 годы в ожесточенной войне против испанских и французских войск. Они утверждали, что силы безопасности блокировали все въезды в Эль-Хосейму с тем, чтобы не допустить прибытия в город крестьян из соседних деревень, которые хотели принять участие в акции.

Надо отметить, что с момента трагической смерти М.Фикри все манифестации, проводившиеся в Эль-Хосейме, были мирными, без случаев насилия со стороны их участников.

Как сообщил в «Фейсбуке» один из организаторов акции Насер Зафзафи, «активисты собрались с целью представить окончательный документ с требованиями» местного населения, однако «репрессивная машина» помешала этому.

Ранее сообщалось, что волна массовых манифестаций в Эль-Хосейме, последовавшая после трагической гибели М.Фикри, с определенной долей страха была воспринята в Рабате, где, как очевидно, хорошо помнят, как начиналась «арабская весна» в других странах. Король Мухаммед VI очень быстро приказал провести «тщательное и углубленное» расследование, по итогам которого перед следствием предстали 11 человек, в том числе чиновники из администрации и МВД. Начало судебного процесса над ними ожидается в ближайшее время.

Манифестации в Эль-Хосейме с каждым разом становятся все более политизированными. Их участники выдвигают не только социально-экономические требования, обусловленные традиционной депрессивностью региона Рифа, но и политические, и в частности, в защиту берберской идентичности.

В феврале продолжилась тяжба между Марокко и Евросоюзом, связанная с решением суда ЕС от декабря 2015 г. не считать действующим соглашение между Рабатом и Брюсселем от 2012 г. относительно сельского хозяйства и морского рыболовства в части, касающейся сахарских провинций. 6 февраля Марокко направило в адрес ЕС «суровое предупреждение», призвав Брюссель к реализации соглашения «в полном объеме». В противном случае Рабат угрожал некими «последствиями».

Суд ЕС в декабре 2015 г. отреагировал соответствующим образом на иск сепаратистского Фронта ПОЛИСАРИО. В конце 2016 г. иск сепаратистов был отвергнут более высокой европейской судебной инстанцией. Как подчеркивалось в коммюнике Министерства сельского хозяйства и морского рыболовства Марокко, «этот (второй по счету-авт.) юридический эпизод по всей логике подтвердил действие сельскохозяйственного соглашения», и ЕС «должен отныне применять его в полном соответствии с духом переговоров, которые предшествовали его заключению». «Любое нарушение положений соглашения окажет прямое воздействие на тысячи рабочих мест с обеих сторон в чрезвычайно чувствительных секторах», — подчеркивалось в документе. В нем содержалось предупреждение о том, что в противном случае Европа столкнется с «настоящим риском возобновления миграционных потоков, которыми Марокко, благодаря совместным усилиям, удается управлять и сдерживать». «Отсутствие четких обязательств со стороны ЕС поставит Марокко перед решающим выбором, — отмечалось в документе. – Либо сохранить терпеливо выстроенное экономическое партнерство, либо безвозвратно отказаться от него с тем, чтобы сконцентрироваться на строительстве новых отношений и торговых потоков».

17 февраля последовало вольное или невольное подтверждение серьезности предупреждения Марокко. В тот день несколько сотен незаконных иммигрантов из стран Африки штурмом взяли укрепления на границе и проникли на территорию испанского анклава Сеута.

9 февраля стало известно, что марокканские судебные власти хотят начать расследование относительно заявления лидера «исторической» национал-консервативной Партии Истикляль (ПИ) Хамида Шабата, утверждавшего в статье, опубликованной на сайте ПИ, что власти якобы хотят ее ликвидировать.

Как известно, ПИ входила одно время в прежнюю правившую коалицию во главе с исламистской Партией справедливости и развития (ПСР), однако затем вышла из нее и стала яростным критиком прежнего кабинета и его лидера Абдельиллы Бенкирана. Последнему после недавних выборов вновь поручено сформировать правительство, но он уже 5 месяцев не может сделать этого.

Как стало известно, МВД обратилось в Минюст королевства с требованием начать расследование против Х.Шабата. Что касается злополучной статьи, то она сразу же исчезла с сайта.

В декабре 2016 г. лидер ПИ спровоцировал дипломатический скандал, заявив о «марокканской принадлежности Мавритании». Это было сделано в момент, когда Рабат пытался добиться восстановления в рядах Африканского союза и нуждался в каждом голосе в его поддержку. С того момента Х.Шабат столкнулся и с оппозицией внутри ПИ, несогласной с курсом ее лидера. ПИ, находившуюся у истоков борьбы за независимость, иногда обвиняют в том, что партией руководят представители нескольких семей из Феса, мэром которого до 2012 г. был Х.Шабат.

Тем временем 18 февраля в возрасте 92 лет скончался сооснователь старейшей марокканской партии Мухаммед Бусетта, долгое время возглавлявший ПИ (1974 – 1998 гг.).

11 февраля А.Бенкиран в очередной раз признал, что процесс переговоров о создании новой правительственной коалиции «не движется в нужном направлении». По его словам, этот процесс блокирует партия Национальное объединение независимых (НОН), которая по итогам парламентских выборов заняла 4-е место с 37-ю депутатскими мандатами. Понятно, то она не может делать это без ведома дворца, которому, похоже, исламисты изрядно надоели за предыдущие 5 лет сосуществования.

Конституция Марокко не предусматривает, что надлежит делать в случае, если глава победившей на выборах партии не может сформировать правительство.

В любом случае очевидно, что если бы дворец хотел скорейшего формирования нового кабинета во главе с А.Бенкираном, он бы принудил к «сосуществованию» то же НОН, всегда имевшее репутацию продворцовой партии. Раз он до сих пор этого не сделал, значит, у него есть какие-то свои виды на дельнейшее развитие политической ситуации в Марокко.

52.62MB | MySQL:103 | 0,657sec