Алжир торпедирует усилия ЕС в борьбе против нелегальной миграции

Алжир торпедирует усилия Евросоюза по борьбе с нелегальной миграцией и фактически проваливает соответствующую попытку Италии, наиболее сильно страдающей от наплыва нелегальных гостей.

Именно в таком ключе можно расценить неявку представителей первого на произошедшую 20 – 21 марта встречу министров внутренних дел стран Швейцарии и ЕС (Франция, Германия, Австрия, Словения, Мальта и Италия) и Магриба в Риме, на которой, как ожидалось, стороны подпишут всеобъемлющее соглашение для борьбы с данной угрозой.

Подобное внимание к магрибскому направлению со стороны Европейского союза не случайно, поскольку в совокупности оно не только остается одним их важнейших маршрутов нелегального проникновения в Европу африканских мигрантов, но и демонстрирует тенденции к усилению соответствующих процессов.

В числе достигнутых результатов встречи можно указать подписание соглашений с одной между представителями ЕС и Туниса, а с другой стороны – Евросоюза и Ливии в лице самого премьер-министра Файеза Сараджа. Эти страны обязуются активно сотрудничать с Брюсселем и Римом в плане контроля и предотвращения нелегальной миграции на территорию европейских стран.

Однако отказ Алжира от подписания подобных документов (он ее проигнорировал, попросту не прислав своих представителей в Рим) и отсутствие в данном списке Марокко наглядно демонстрирует фактический провал не только и не столько итальянского правительства Паоло Джентилони, но и руководства Евросоюза в целом, поскольку, закрыв часть миграционных «лазеек» из Магриба, следует ожидать усиления трафика нелегалов через незакрытые маршруты, включая алжирский и марокканский.

Что же касается подобной демонстративной несговорчивости Алжира, то даже независимые эксперты из этой страны оценивают поступившие ранее предложения от итальянского правительства как «неуклюжие и очень плохо воспринятые их алжирским партнером, изначально просившим разъяснить природу представленного документа и его точные детали», но власти АНДР так и не получили полного ответа.

По имеющейся информации, за пять дней до встречи (именно такой лимит времени алжирская сторона установила для ознакомления с итальянскими предложениями) в АНДР прислали якобы лишь разъяснения по второстепенным вопросам.

Фактически же, руководство Алжира настаивало для участия в Римской встрече и подписания соответствующих документов на внесении в них своих правок.

В частности, алжирский МИД прокомментировал отказ прислать своих представителей в Рим, указав, что он «не участвует в договоре, навязанном на северном берегу, чьи положения заставили бы нас уступить свои интересы третьим сторонам в плане принятия ответственных решений… Принимающие в Италии решения лица, по-видимому, недооценили безусловный примат для Алжира суверенитета и его отказ от любого давления на его внутреннюю политику, противоречащего основополагающим принципам любого вмешательства в чужие дела».

В этой связи даже некоторые алжирские СМИ упоминают «знаменитую итальянскую поговорка, гласящую, что «кто хочет слишком многого, тот остается с пустыми руками».

Разумеется, это было лишь поводом не подписывать какие-либо обязательства перед Италией и Евросоюзом в целом.

И дело здесь не только в том, что стороны не сошлись на сумме денежных затрат, которые алжирское руководство стремилось получить для гарантированного решения данной проблемы из Евросоюза.

Следует отметить, что Италия, представляя в данном случае Евросоюз, пыталась договориться о размещении в Алжире «на временной основе» своих силовиков, которые бы отслеживали миграционный трафик и на месте реагировали бы сообразно обстановке.

За это АНДР должна была получить неназванную денежную сумму, тогда как алжирские лидеры стремятся заручиться получением от Европейского Союза признания его региональной державой, что подразумевает заключение с ним «равноправных соглашений», в пику Марокко.

Однако миграционный вопрос остается для АНДР и важным элементом политического торга.

Соответственно, наряду с этим алжирская сторона задает партнерам из Евросоюза резонные вопросы. Например, почему на подобной встрече не предусмотрено присутствие Египта, Испании и Марокко, и почему для решения таких вопросов не используется привычный «средиземноморский формат «5 + 5» (по пять южноевропейских и североафриканских государств)?

Судя по всему, Брюссель отказался от него по той причине, что в нем не участвует Германия, тогда как важность и актуальность проблемы требуют ее непосредственного присутствия при таких договоренностях как ключевой страны Евросоюза.

Впрочем, это не снимает с повестки дня вопроса относительно причин отсутствия на встрече Египта, Испании и Марокко, без которых ее проведение становится ненужным, а антимиграционные усилия — бесплодными.

Например, первый, обладающий самым крупным населением из числа североафриканских стран, в случае дальнейшего ухудшения ситуации на своей территории способен стать главным экспортером мигрантов в европейские государства.

Аналогичным образом нельзя игнорировать и Испанию с Марокко, через которые уже налажен трафик проникновения африканских мигрантов в Европу.

Можно предположить, что их отсутствие было обусловлено сложившимся непростым положением дел не только в отношениях между двумя этими странами, так и между Рабатом и Брюсселем.

Некоторая напряженность в последнем случае наблюдается в том числе по части принадлежности Западной Сахары. Примечательно, что на территории последней накануне Римской встречи марокканские власти проверяли свою расширенную экспертную встречу, в том числе посвященную миграционным вопросам из Черного континента. Как представляется, тем самым Марокко недвусмысленно «намекает» на свои потенциальные возможности резко ухудшить ситуацию на данном направлении для Евросоюза, если он будет продолжать «давить» на болезненные для него точки.

Как бы там ни было, проведенное в Италии мероприятие оказалось положительном лишь в плане бюрократической отчетности местных и евросоюзовских чиновников, однако в практическом плане относительно решения проблемы нелегальной миграции оно оказалось малоэффективным.

Между тем, такая позиция алжирской стороны заставляет власти ЕС усомниться в том, что она действительно, как заявляют ее представители, борется против нелегальной миграции в европейские страны, указывая, что «число алжирцев, высаживающихся без визы на побережье южных европейских стран, остается очень незначительным».

Примечательно, что уже несколько лет подряд алжирский миграционный трафик увеличивает свою значимость, хотя он и не был «на виду». В том числе и потому, что его «оттеняли» «ливийские» и «марокканские» «ворота» в Европу.

Тем не менее, в условиях, когда Испания обращала все большее внимание на ситуацию вокруг своих городов Сеута и Мелилья на североафриканском побережье, а путь через Ливию является не таким уж безопасным, алжирское направление в Европу, которое «крышуют» как мафиозные группировки, так и местные силовики, становится все более популярным среди нелегалов.

Между тем, лидеры АНДР отнюдь не отрезаю себе путь для заключения требуемых Евросоюзом договоренностей в будущем. Так, в ответе на запрос Италии относительно Римской встречи алжирский МИД указал, что «правительство Алжира приняло решение не торопиться».

62.58MB | MySQL:101 | 0,556sec