О ситуации в Алжире (март 2005 г.)

Череда важных событий, происшедших в Алжире в марте, была так или иначе связана с главным богатством страны — ее нефтью и газом.

В течение месяца в Алжире прозвучало несколько важных заявлений, касающихся деятельности ОПЕК. 10 марта министр энергетики и шахт АНДР Шакиб Хелиль заявил, что ОПЕК не может влиять на цены на нефть, «поскольку она не имеет возможности увеличить квоты добычи». По его прогнозу, «цена барреля нефти не опустится ниже планки в 30 долларов до тех пор, пока будет сохранять устойчивость мировой экономический рост».

28 марта Хелиль выступил с утверждением, согласно которому «на мировом рынке достаточно нефти» и поэтому нет никакой необходимости для ОПЕК увеличивать ее добычу. Он назвал основные причины, из-за которых на мировом рынке сохраняются высокие цены на нефть. Среди них — спекулятивные операции, инциденты, происходящие на нефтеперерабатывающих заводах, а также «геополитические неопределенности».

20 марта Национальная народная ассамблея (ННА — нижняя палата алжирского парламента) большинством голосов приняла новый закон об углеводородах, который открыл стратегический сектор нефте- и газодобычи для иностранного капитала. Предварительно этот документ был одобрен влиятельным Всеобщим союзом алжирских трудящихся (ВСАТ). Ранее в течение нескольких лет это профобъединение выступало против такого закона.

Согласно новому закону, отныне зарубежные компании могут претендовать на 70% обнаруженных запасов нефти и газа и даже на 100%, если алжирская государственная компания СОНАТРАК признает, что то или иное месторождение не представляет для нее интереса. Последний пункт тут же заставил наблюдателей предположить, что он провоцирует зарубежные компании на подкуп тех должностных лиц СОНАТРАК, которые определяют интересы компании. Одно из положений закона определяет, что СОНАТРАК сохранит статус государственной компании.

Алжирский премьер Ахмед Уяхья полагает, что цель нового закона — «привлечение большого числа инвесторов в сектор разведки и промышленной разработки месторождений нефти и газа». Как считают в Алжире, новый закон облегчит вступление АНДР во Всемирную торговую организацию, подписание соглашения об ассоциации с Евросоюзом, создание зоны свободных обменов.

Сам текст закона был принят в том виде, в котором его предложило правительство страны. Ни одна из 83 поправок, предложенных левой Партией трудящихся (ПТ), не прошла. ПТ выступает за сохранение госконтроля за этим жизненно важным для Алжира сектором. Исламистская партия «Движение национальной реформы» воздержалось при голосовании. За новый закон проголосовали депутаты от проправительственных партий «Фронт национального освобождения», «Национальное демократическое объединение» и «Движение общества мира» (исламистская).

В то же время заметную активность на алжирском рынке проявляют украинские нефтяные компании. В отличие от российских компаний, не проявляющих большого стремления работать в Алжире, украинские предпочитали пробовать силы во многих тендерах, объявлявшихся в АНДР на разведку месторождений нефти и газа и их разработку. В частности, в марте компания «Нафтогаз» приняла участие в тендере на разведку и разработку блоков 102 и 112 общей площадью около 10 тыс. кв. километров в провинциях Мостаганем и Релизан. Украинцам не повезло — победителем стала китайская компания CNPC.

В марте «дочка» компании СОНАТРАК — «СОНАТРАК петролиум корпорейшн» (СПК) — получила в Японии последний из трех заказанных в этой стране танкеров — перевозчик сжиженного газа. Каждый из танкеров «Хасси Мессауд-2», «Алрар» и «Рурд Эннус» может перевозить 59 тыс. куб. метров сжиженного газа. Эти суда отвечают всем международным нормам безопасности и защиты окружающей среды. Они были построены на верфях японской компании «Кавасаки шипбилдинг ко». Стоимость контракта, заключенного в 2002 году, составляет 150 миллионов долларов. Теперь СПК располагает флотом из шести танкеров, которые могут перевозить 360 тыс. куб. метров сжиженного газа.

СОНАТРАК является вторым в мире экспортером сжиженного газа. Компания стремится к тому, чтобы не менее 50% экспортных поставок осуществлялось с помощью собственного танкерного флота. Получение новых танкеров позволяет СОНАТРАК значительно сократить расходы на фрахт иностранных судов такого же класса.

Важным внешнеполитическим событием стал визит в Алжир секретаря Совета безопасности РФ Игоря Иванова, который вручил главе АНДР Абдельазизу Бутефлике послание президента Владимира Путина. «Мы рассматриваем Алжир в качестве важного и дееспособного партнера и мы готовы укреплять наше сотрудничество с этой страной по вопросам, представляющим взаимный интерес, — отмечалось, в частности, в послании. — Убежден, что сегодня имеются все необходимые условия для развития российско-алжирских отношений».

В документе предлагалось сосредоточить усилия двух сторон на финализации проектов в сферах экономики, торговли, энергетики, военного и военно-технического сотрудничества. Последняя фраза несла в себе достаточно глубокий смысл — множество проектов соглашений между Россией и Алжиром пока остаются таковыми. «Россия готова продолжать сотрудничество с АНДР в сфере модернизации ее вооруженных сил» — подчеркивалось в документе. В нем отмечалась еще одна «незакрытая» тема — «в наших взаимных интересах прийти к взаимоприемлемой формуле урегулирования алжирского долга России».

Известие о другом важном внешнеполитическом событии пришло из Дубая. Там министр иностранных дел АНДР Абдельазиз Бельхадем объявил, что запланированная на период проведения алжирского межарабского саммита встреча между президентом Алжира Абдельазизом Бутефликой и королем Марокко Мохаммедом VI «возможно, приведет к созыву саммита Союза арабского Магриба». До недавнего времени отношения между Алжиром и Марокко оставались достаточно напряженными из-за западносахарского конфликта, в котором АНДР поддерживает базирующийся на ее территории сепаратистский Фронт ПОЛИСАРИО, добивающийся независимости сахарских провинций.

28 марта примечательная встреча состоялась в военной академии в Шершелли. В ней участвовали лидер ливийской революции Муамар Каддафи, президент АНДР и министр обороны этой страны Абдельазиз Бутефлика, а также генералитет. Ранее Каддафи принимал участие в межарабском саммите, который прошел 22-23 марта в Алжире. Законный вопрос — почему ливийский руководитель захотел побывать в Шершелли — пока остается без официального ответа. Зато надо отметить, что выступление М. Каддафи было на «ура» воспринято алжирскими генералами и старшими офицерами.

Что означает подобное внимание Каддафи к академии в Шершелли? На этот счет существует несколько версий. Одна из них связана с возможными закупками Ливией новых вооружений. Как известно, Алжир до последнего времени одним из своих основных поставщиков оружия считал Россию. Нельзя исключать, что в связи с недавней отставкой корпусного генерала Мохаммеда Ламари — признанного сторонника развития военно-технического сотрудничества с Россией — с поста начальника генштаба Национальной народной армии Алжира в этом отношении возникли определенные колебания. Косвенный намек на это содержится и в процитированном выше послании президента России главе Алжира. Это может означать, что АНДР теоретически может сделать иной выбор. Какой? Возможно, именно это хотел выяснить Каддафи, стоящий перед аналогичной проблемой.

Из событий на антитеррористическом фронте следует отметить ликвидацию в районе Бу-Мердаса одного из полевых командиров фаланги «Ас-Серия аль-Хорра» Салафистской группы проповеди и джихада (СГПД) некоего Малика Насера (боевой псевдоним — Абу Айюб). В период, когда СГПД возглавлял Хасан Хаттаб, Абу Айюб отвечал за внешние связи этой террористической организации, созданной в 1998 году при содействии Усамы бен Ладена на базе нескольких структур Вооруженной исламской группы.

К этой же группе событий можно отнести вынесенный властями запрет на деятельность Исламского профсоюза труда (ИПТ). Это профобъединение было создано в 1989 году как структура, подконтрольная запрещенному в 1992 году Исламскому фронту спасения (ИФС).

ИПТ замышлялся как «исламский» противовес ВСАТ. Именно ИПТ сыграл решающую роль в организованной исламистами в мае 1991 года всеобщей забастовке. Год спустя ИФС и вышедшие из него вооруженные исламистские структуры развязали внутриалжирский конфликт, жертвами которого к настоящему времени стали до 150 тысяч человек. В 1992 году одновременно с запретом ИФС была приостановлена деятельность ИПТ. Позднее решение о замораживании деятельности ИПТ возобновлялось каждые полгода, всякий раз хороня надежды исламистов на возрождение профобъединения. Принятое властями решение о запрете ИПТ окончательно похоронило существовавшую двусмысленность в этом вопросе.

50.22MB | MySQL:89 | 0,848sec