О внутриполитической ситуации в Иране (июнь 2005 года)

Главное внутриполитическое событие в Иране в июне с.г. – проведение девятых президентских выборов – получило широкий международный резонанс. Первая половина месяца ознаменовалась жесткой конкурентной борьбой среди главных претендентов на президентский пост, проходившей в рамках официальной агитационной кампании, проходившей с 27 мая по 16 июня. Более развернутой и подготовленной была кампания по «раскручиванию» главных кандидатов от реформаторского блока – М. Моина и М. Кярруби. Первый из них в заявлении от 5 июня в качестве главной цели своей предвыборной программы провозгласил курс на создание широкого демократического фронта с соблюдением прав человека. Лозунги М. Кярруби были более прагматичными и направленными в практическое русло: в заявлении от 3 июня он пообещал обеспечить каждому гражданину Ирана ежемесячное пособие в размере 60 долларов США.

Усилия правящего иранского духовенства на финальной стадии избирательной кампании были направлены прежде всего на обеспечение максимальной избирательной активности населения, его привлечения на избирательные участки. Для этого были задействованы методы морально-психологической обработки избирателей, их активной мобилизации. В выступлении Верховного руководителя ИРИ А. Хаменеи 6 июня на церемонии 16-й годовщины кончины имама Хомейни прозвучал призыв к населению в «решающий для иранского государства исторический период» проявить активность и принять участие в выборах. По его словам, голос каждого избирателя станет не только поддержкой какого-либо конкретного кандидата, но будет означать поддержку исламского строя и конституции ИРИ. В итоге, по прогнозам местных специалистов накануне проведения первого тура (12-16 июня), в выборах могли принять участие более 60% избирателей (прогноз западных экспертов – не более 40%). Выступивший 15 июня (за два дня до выборов) министр внутренних дел С.А. Мусави-Лари (его ведомство контролирует проведение выборов) дал свой прогноз относительно участия населения на выборах – 55%. Он также предположил, что в первом туре голосования никто из кандидатов не сможет набрать достаточное для победы количество голосов.

В соответствии с прогнозами, первый тур президентских выборов 17 июня не смог выявить победителя: ни одному из семи кандидатов, участвующих в выборах, не удалось набрать требуемых для победы более 50% голосов.

Во втором туре, прошедшем 24 июня, судьба президентского кресла решалась между двумя претендентами – председателем Совета по целесообразности принимаемых решений (СЦПР) А.А. Хашеми-Рафсанджани и сенсационно прошедшим во второй тур аутсайдером предвыборной кампании — мэром Тегерана М. Ахмадинежадом. Занявший по итогам первого тура третье место бывший спикер парламента М. Кярруби (возглавляет умеренно-реформаторский фронт) выступил с резкими заявлениями относительно подтасовок и нарушений в ходе голосования, в результате которых ему «не дали пройти во второй тур». Не желая подавать официальную заявку в Наблюдательный совет на обжалование результатов (на это было отведено три дня – с 18 по 21 июня), М. Кярруби 19 июня обратился с письмом в адрес Верховного руководителя ИРИ А. Хаменеи с просьбой вмешаться в избирательный процесс и пересмотреть результаты первого тура. Не найдя поддержки в высшем эшелоне политического истеблишмента ИРИ, М. Кярруби 20 июня объявил о своем уходе со всех занимаемых им государственных постов и формировании на демократических началах новой партии общенационального масштаба, которая «будет стоять вне государственной власти», то есть фактически находиться в оппозиции.

Второй тур выборов принес громкую сенсацию – более чем убедительную победу молодого неоконсерватора М. Ахмадинежада (более 60% голосов) над опытнейшим и весьма влиятельным иранским политиком умеренно-консервативных взглядов А.А. Хашеми-Рафсанджани (в 1989-1997 гг. – президент ИРИ). Последний в официальном заявлении от 25 июня признал свое поражение и поздравил М. Ахмадинежада с победой. Однако в заявлении А.А. Хашеми-Рафсанджани от 27 июня отмечались допущенные в ходе выборов незаконные действия, в том числе очернение его фигуры и членов его семьи, нелегальное использование финансовых средств различных общественных фондов на кампанию «одного из кандидатов», прямое вмешательство военных структур в ход голосования и подсчет голосов (на последний факт обращал внимание глава МВД С.А. Мусави-Лари, который в письме на имя секретаря Наблюдательного совета ИРИ А. Джаннати от 31 мая выразил обеспокоенность по поводу возможного усиления присутствия военных представителей в исполнительных и контрольных органах в ходе предстоящих выборов). Наряду с этим А.А. Хашеми-Рафсанджани заявил, что «уважает выбор иранского народа» и обратился ко всем политическим силам в стране с призывом «поддержать нового президента». 25 июня с поздравлениями в адрес М. Ахмадинежада обратились Верховный руководитель ИРИ А. Хаменеи и спикер меджлиса Г.А. Хаддад-Адель.

26 июня состоялась первая пресс-конференция новоизбранного президента ИРИ М. Ахмадинежада, в ходе которой он изложил свои основные позиции по вопросам внешней и внутренней политики Ирана, а также подтвердил сохранение преемственности внешнеполитического курса ИРИ, направленного на многовекторное развитие отношений с мировым сообществом, и отметил необходимость продолжения усилий по обеспечению доступа страны к мирным ядерным технологиям.

27 июня последовало заявление официального представителя Наблюдательного совета Г. Эльхама о признании президентских выборов состоявшимися и об отсутствии в ходе голосования и подсчета голосов серьезных нарушений и подтасовок. Он объявил дату церемонии инаугурации нового президента ИРИ – 3 августа.

Заметно обострившаяся накануне выборов внутриполитическая обстановка в стране 12-13 июня ознаменовалась серией террористических актов в различных иранских городах (Тегеране, Ахвазе, Мереване, Захедане). В результате этих акций погибли 12 человек, 88 получили ранения. Иранскими властями были приняты экстренные меры безопасности, арестованы 26 человек, заведено 104 уголовных дела. Действия террористов получили однозначное осуждение высшего иранского руководства: по его мнению, накануне президентских выборов при поддержке внешних сил активно раскручивается кампания по дестабилизации внутриполитической ситуации в Иране с целью не допустить высокой явки избирателей и тем самым поставить под вопрос легитимность избирательного процесса в стране. Спикер парламента Г.А. Хаддад-Адель и руководитель комитета по пропаганде Высшего совета национальной безопасности (ВСНБ) ИРИ А. Мохаммади в своих выступлениях 14-15 июня напрямую заявили о причастности «внешних сил» к подрывным действиям в иранских городах.

Ход предвыборного процесса в Иране в отчетный период получил широкое освещение в местных печатных, электронных и медийных СМИ, в том числе среди иранских политологов и обозревателей. Агитационная кампания включала как традиционные для Ирана элементы предвыборной пропаганды (поездки кандидатов по иранским провинциям и городам, встречи с избирателями, выступления перед массами), так и инновационные. Главной особенностью девятых президентских выборов стало активное их освещение в Интернете (каждый из кандидатов создал свой персональный предвыборный веб-сайт) и по каналам мобильной связи (sms-cообщения). С 1 июня началось активное освещение предвыборных программ кандидатов в теле- и радиоэфире. Каждому кандидату было выделено 20 часов прямого эфирного времени для отдельных выступлений, были также организованы теледебаты и круглые столы с участием самих кандидатов, членов их предвыборных штабов и независимых аналитиков. Ежедневно транслировались видеоролики с программными заявлениями претендентов на президентский пост, на полную мощь был задействован ресурс наружной рекламы (постеры и рекламные щиты, раздача листовок). Наиболее масштабно новые (для Ирана) предвыборные технологии были задействованы главным претендентом на президентский пост – А.А. Хашеми-Рафсанджани, который, используя имеющиеся в его распоряжении мощные финансовые рычаги, устроил в элитных районах столицы крупную пиар-акцию с привлечением местной молодежи и студенчества. Не отставал от него и другой кандидат – представитель от реформаторского блока М. Моин. Агитационные кампании кандидатов-консерваторов отличались большей скромностью и сдержанностью и ограничивались раздачей в умеренных масштабах программных заявлений и листовок.

В июне прогнозы и комментарии местных экспертов, во многом совпадающие с западными оценками, сводились к тому, что с подключением к президентской гонке председателя Совета по целесообразности принимаемых решений (СЦПР) А.А. Хашеми-Рафсанджани главная интрига предстоящих выборов снимается с повестки дня и вопрос о победителе предвыборного марафона становится ясным. Определенные сомнения существовали лишь в отношении того, удастся ли председателю СЦПР одержать победу в первом туре, либо предстоит второй тур голосования. На этот счет мнения местных обозревателей разделились. Большинство экспертов, тем не менее, отмечая укрепляющуюся с каждым месяцем тенденцию сокращения разрыва между А.А. Хашеми-Рафсанджани и его ближайшими конкурентами (М. Галибафом, М. Моином и А. Лариджани), предрекали второй тур. Часть политологов, в первую очередь прозападной ориентации, считали, что А.А. Хашеми-Рафсанджани победит уже в первом туре, аргументируя свое мнение тем, что этот популярный среди населения политик смог получить поддержку как среди реформаторов (в его поддержку выступили иранское бизнес-сообщество, крупные нефтегазовые магнаты), так и среди консервативной части населения (А.А. Хашеми-Рафсанджани поддержал базар, часть представителей духовенства Кумского теологического центра, «старая гвардия» иранской клерикальной верхушки во главе с крупнейшей консервативной организацией — Обществом борющегося духовенства).

После объявления 19 июня итогов первого тура голосования большинство экспертов продолжали считать победу А.А. Хашеми-Рафсанджани во втором туре делом решенным. Они указывали на то, что конкурент председателя СЦПР – молодой и неопытный политик, который попал во второй тур «совершенно случайно». Некоторые эксперты предрекали полный разгром М. Ахмадинежада во втором туре, однако в большинстве случаев оценки были все же более осторожными, особенно после того как столичного мэра поддержали большинство депутатов меджлиса (его соратники по неоконсервативной партийной коалиции «Абадгяран»), а среди населения стали циркулировать слухи о негласной финансовой поддержке агитационной кампании М. Ахмадинежада во втором туре со стороны Верховного руководителя ИРИ А. Хаменеи. В последние два дня перед вторым туром голосования (24 июня) комментарии местных политологов изменились: теперь превалировала точка зрения, что кандидаты (А.А. Хашеми-Рафсанджани и М. Ахмадинежад) идут нога в ногу, поэтому прогнозировать победу одного из них не представляется возможным. Отмечалось, что шансы у обоих кандидатов примерно равные, поэтому отрыв одного из них будет минимальным. В качестве преимуществ А.А. Хашеми-Рафсанджани указывались его популярность, колоссальный опыт и значительное влияние в политической элите страны. Среди факторов в пользу М. Ахмадинежада назывались молодость и энергичность, успешный управленческий опыт на посту мэра Тегерана, поддержка со стороны военных структур Корпуса стражей исламской революции и народного ополчения «Басидж», членом которых он ранее являлся. Тем не менее, несмотря на разнообразие прогнозов, накануне второго тура выборов никто из местных специалистов не мог предположить столь громкой и убедительной победы М. Ахмадинежада над А.А. Хашеми-Рафсанджани (62% против 35%).

43.6MB | MySQL:92 | 1,181sec