Ситуация с рохинджа в Мьянме и возможность их радикализации

Гуманитарный кризис вокруг народности рохинджа, проживающей в Мьянме, может вызвать более ожесточенную борьбу экстремистов, чем это произошло в Сирии. Такое мнение высказал в интервью телеканалу «Чэннел ньюс Эйша» руководитель антитеррористического департамента полиции Малайзии Аюб Хан Мидин. «По мере того, как более 500 тысяч беженцев рохинджа уже пересекли границу с соседним Бангладеш, террористическая группировка «Аль-Каида» (запрещена в России — авт.) выступила с призывом ко всем мусульманам взять в руки оружие, чтобы защитить этот народ», — сообщил полицейский. «Тяжелое положение, в которое попали рохинджа, рассматривается как преследование мусульман. Точно так же, как это было и в 1979 году, когда советские войска вошли в Афганистан», — добавил Аюб Хан Мидин. Вместе с тем действующая в Мьянме «Араканская армия спасения рохинджа», которую власти причислили к террористическому движению, заявила, что не имеет связей с международным экстремизмом. Однако, по мнению экспертов, по мере нарастания их конфликта с правительством вскоре может случиться резкая радикализация членов этого движения. Представитель базирующейся в Пакистане консалтинговой компании по антитеррористической проблематике Фаран Джеффери в интервью «Чэннел ньюс Эйша» отметил, что «сейчас члены «Араканской армии» максимально дистанцируются от международного терроризма, но с приходом новых, молодых членов, ситуация будет меняться». Он также считает, что «Аль-Каида» заинтересована в присутствии в регионе. В этой связи отметим несколько моментов. Первый и основной. Кризис с рохинджа безусловно носит характер межконфессионального и межэтнического конфликта, что, впрочем, чисто гипотетически, не отменяет  попыток придания ему характера религиозного с последующей радикализации в джихадистском ключе. По нашей оценке, такой сценарий выглядит маловероятным, прежде всего с точки зрения осознания лидерами Бангладеш и рохинджа того аспекта, что любая радикализация движения приведет к международной обструкции и резкому понижению уровня международной поддержки. Для рохинджа и их основных международных спонсоров в лице Дакки и Нью-Дели предельно важно сохранить статус «пострадавшего» от репрессий этноса, что дает им безусловные преимущества в рамках слушаний и разбирательств на международных площадках. Ровно также, как это сделали в свое время египетские «братья-мусульмане», которые по наводке из Дохи четко разделили с самого начала своего ухода в подполье само движение «братьев» и собственно террористов. «Братья» в этом контексте  оставались пострадавшей стороной и жертвой военного переворота, которые исповедуют исключительно мирные формы протеста. Это давало им соответствующую фору в международном поле. А террор взял на себя специально образованный филиал «Исламского государства» (ИГ, запрещено в России) в лице «Вилайет Синай», который в отличие от «братьев» исповедует официально воинственную салафитскую идеологию. Примерно такая же история чисто теоретически может произойти и с рохинджи. Но, скорее всего, этого не произойдет, поскольку и спонсоры рохинджи, и сами лидеры этого движения пока не готовы к расколу в своих рядах. Пусть даже и специально организованному в чисто в тактических целях. Этот вариант чреват тем, что специально основанное боевое крыло с джихадистской начинкой может привести к растущей автономии ее лидеров в связи с попаданием под влияние Эр-Рияда или Дохи. Напомним, при этом, что в истории с рохинджа мы по большому счету видим  серьезную геополитическую борьбу между Индией и Бангладеш с одной стороны, и КНР и Сингапуром — с другой. Первые соответственно поддерживают рохинджа (при этом Нью-Дели еще и старается играть роль некого медиатора с руководством Мьянмы в рамках отрыва ее руководства из-под китайского влияния). Во-вторых, насчет прихода именно «Аль-Каиды» в Мьянму мы сильно не уверены. Она никогда в этом регионе первых ролей не играла, если не считать уже убитого Абу Сайяфа на Филиппинах. В этой связи тема геноцида рохинджи в данном случае будет использоваться в большей мере не для того, чтобы открыть этому движению открытое финансирование из стран Аравийского полуострова (для этого у тех же Катара и КСА просто нет лишних денег), а для того, чтобы использовать ее в своих локальных целях с целью придания действиям той или иной лояльной им террористической группы характера «общемусульманской борьбы». Или, если угодно, реагирования на события в Мьянме с точки зрения отработки темы «защиты мусульман» в глазах собственно всех мусульман. Было бы странным, если бы эти боевые группы никак не отреагировали на такие события, это просто репутационные потери и соответственно падение уровня притока новых рекрутов.  А без этого обстоятельства такие группы просто не функционируют. В этой связи просаудовская «Аль-Каида» как раз демонстрирует отставание от прокатарского ИГ. В этой связи египетская группа «Хасам мувмент» (ХМ), которая тесно аффилирована с «Вилайет Синай», организовала теракт 30 сентября  у посольства Мьянмы в Каире. Отметим, что для этой цели использовалось кустарное СВУ на базе газового баллона. И в результате никаких серьезных разрушений не было, как впрочем и жертв. Ранее эта группа в основном нападала исключительно на государственные и военные цели, стараясь минимизировать при этом жертвы среди мирного населения. Эта структура вообще позиционирует себя  не как джихадистская группа, а как чисто националистическая. Это, кстати, интересно с точки зрения  трансформации тактики Катара, который начинает отходить от чисто джихадистких форм в пользу националистических моментов в вопросах свержения режима президента А.Ф.ас-Сиси. Но в данном случае мы имеем чисто практический подход: надо было продемонстрировать функцию «защиты всех мусульман», и она была продемонстрирована. Без всяких попыток придать ему резонансный характер. И это в общем-то четко указывает на истинные намерения тех же Дохи или Эр-Рияда  в рамках их возможного вмешательства в дела далекой Мьянмы.

32.1MB | MySQL:67 | 0,836sec