Алжир предлагает России включиться в ливийскую и малийскую операции

Несмотря на то, что в целом алжирские источники невысоко оценивают визит в АНДР премьер-министра РФ Дмитрия Медведева в экономическом плане, в плане политическом это событие имеет куда большее значение.

И за этими пока еще мало значащими соглашениями кроется незримая для глаз и ушей обывателей работа по выстраиванию контуров новой модели безопасности в Северной Африке. И, как представляется, приезд Дмитрия Медведева в Алжир был сопряжен с необходимостью проведения личных доверительных встреч с представителями высшего алжирского руководства.

Показательно, что кроме своего коллеги из АНДР Ахмеда Уяхья российский премьер провел значительную часть времени своего визита в диалоге с министром иностранных дел этой страны Абделькадером Мессахелем и с ее главой Абдельазизом Бутефликой.

О степени важности этого визита для алжирской стороны свидетельствует тот факт, что премьер-министр России является первым зарубежным политиком, лично принятым президентом АНДР с марта 2017 года – в последний раз он отметился 28 марта во время встречи с коллегой из Конго Дени Сассу-Нгессо.

Показательно, что встречи с алжирским лидером за этот отрезок времени настойчиво, но тщетно добивались такие крупные политические деятели как премьер-министр Франции Бернар Казнёв, канцлер Германии Ангела Меркель и другие.

При этом некоторые из этих деятелей даже успевали согласовать свои официальные визиты с алжирской стороной и прибыть в АНДР, которая в итоге их и срывала.

Соображения относительно возможного очередного «антизападного приступа» у представителей алжирского руководства не подтверждаются, поскольку А.Бутефлика не сделал исключения в данном случае даже для «близкого по духу» президента Венесуэлы Николаса Мадуро.

Важно отметить, что в Алжире он считается «союзником», поскольку ранее они договорились о совместной энергетической стратегии. Однако и он тщетно прождал три дня «своего друга» в президентском дворце Эль-Мурадия.

Это объяснялось тяжелым состоянием здоровья алжирского лидера, проведшего значительную часть временного отрезка с конца марта по сентябрь во французских медицинских клиниках.

Однако ради непосредственного диалога с Дмитрием Медведевым он сделал демонстративное исключение.

Показательным в этом отношении служит тот факт, что значительная часть их переговоров прошла за закрытыми дверями и фактически без утечек.

Впрочем, по алжирским источникам, что личный интерес Бутефлики к встрече с Медведевым подогревался тем, что последний якобы лично передал ему некие документы от самого Владимира Путина, содержание которых неизвестно.

Тем не менее, просочились сведения о том, что в своем разговоре они стороны сконцентрировались на вопросах международной политики, в первую очередь на конфликтах в Сирии, Ливии и Мали.

На встрече с Д.Медведевым А.Бутефлика особо отметил, что «Россия присутствует во всех этих трех странах, причем в Сирии, где участвует в боевых действиях, сыграв решающую роль в нанесении поражений террористическим организациям ИГ и «Джебхат ан-Нусра» (запрещены в России)».

При этом стороны отметили совпадения своих взглядов практически по всем направлениям международной политики, а алжирские лидеры прямо указали, что и далее готовы на практике осуществить «де-факто сложившийся военно-политический союз».

Показательно, что руководство АНДР всячески демонстрировало свое уважение «к решительно выросшей с начала 2000-х гг. российской военной мощи, в том числе проявленной в сирийском конфликте».

Алжирские лидеры при этом подчеркнули, что «Алжир остается одним из немногих государств, сохраняющим последовательную позицию по защите сирийских властей и настаивая на разрешении этого кризиса исключительно через политический диалог даже когда Запад разорвал отношения с Башаром Асадом».

А это, по мнению представителей руководства АНДР, способствовало успешному выполнению Россией задач в этой стране.

По их мнению, подобная позиция сближает Россию и Алжир, и дает последнему за его дипломатические усилия по мирному разрешению сирийского кризиса заработанную возможность участвовать в переговорах по данному вопросу.

Особое внимание было уделено ситуации в Ливии, по которой у сторон имеются серьезные разногласия в плане отношения к правительству Файеза ас-Сараджа в Триполи и к киренаикскому фельдмаршалу Халифе Хафтару.

Если Алжир поддерживает первого и противится укреплению влияния второго, то Россия, напротив, достаточно активно поддерживает Х.Хафтара в ущерб Ф.Сараджу, что вызывало недовольство в АНДР.

Все эти моменты были подняты на встрече Д.Медведева и А.Бутефлики, причем последний предлагал свои варианты сближения позиций по данному вопросу.

Интересно, что он при этом отметил наличие в Триполи еще одной влиятельной силы, с которой приходится считаться Алжиру – поддерживаемого Катаром Абдельхакима Бельхаджа, имеющему серьезное влияние на отряды местного ополчения, наличием которых тяготится алжирская сторона.

Дело в том, что эта «третья сила» ослабляет «креатуру» АНДР и вносит «диссонанс» в ливийское урегулирование.

В этой связи российской стороне было передано предложение обсудить вопрос относительно того, что с ним делать, включая минимизацию его влияния вплоть до «пробросов» относительно возможного оказания помощи со стороны России в деле терроризирующих Триполи «банд» и если не их ликвидации, то «ослабления».

И в этом смысле алжирский лидер всячески «намекал» на то, что он «готов закрыть глаза» и даже содействовать возможным действиям России на данном направлении.

Иначе говоря, АНДР готова «развернуть» правительство Ф.Сараджа в сторону Москвы.

Одновременно алжирское руководство попыталось донести до Д.Медведева значимость своей страны как «главной антитеррористической державы региона», обязуясь в обмен на признание этого статуса соблюдать здесь «российские интересы» вплоть до появления в Ливии постоянного российского военного присутствия.

Между тем, по алжирским источникам, в этом доверительном разговоре представители российской стороны признали, что «определенные ливийские силы» ранее уже предлагали последней разместить в Ливии военные базы и в этом «намеке» представители алжирской стороны усмотрели соответствующее предложение со стороны Х.Хафтара.

Отдельная тема – обсуждение сторонами внутрималийского мирного соглашения, подписанного в мае и июне 2015 года в Алжире и Бамако, которое, по данным алжирской стороны, нуждается в коррекции, поскольку якобы имеется «запрос гражданского общества (Мали – авт.), по алжирским данным переданный послу России в Бамако с просьбой военного вмешательства для борьбы с террористическими группами».

Речь в данном случае идет о фактическом предложении Москве заменить военное присутствие Франции в этой стране, осуществляющей операцию Barkhane, являющейся продолжением операции Serval.

По оценке алжирской стороны, ссылающейся опять на мнение малийской общественности, французские войска осуществляют ее «неэффективно», тогда как по мнению руководства Алжира, «русские хорошо знают, что требуется в этом случае».

Само алжирское руководство, относящиеся крайне недоверчиво к французскому военному присутствию у своих границ, само не желая втягиваться в малийское «болото», и продвигает идею замены французской интервенции «более эффективной» российской, что показали действия в Сирии. Как известно, именно Алжир имеет очень серьезное влияние на различные вооруженные группировки в этой, по сути, распавшейся стране, в том числе и по линии спецслужб.

Примечательно, что против варианта своего ухода не возражает и Париж, демонстрирующий неспособность добиться стабилизации в Мали за более чем четыре года своего вооруженного присутствия.

Вопрос лишь в том, что он желал уйти, оставив эту страну (и западную часть Ливии) для стабилизации Алжиру и представляется сомнительным, что как Франция, та к и в целом Запад были бы в восторге от подобной «рокировки». Соответственно, в этом плане с их стороны можно ожидать явного сопротивления дальнейшему укреплению влияния России в регионе Большого Ближнего Востока.

Соответственно, Алжир, чье руководство настроено антифранцузски, с помощью России стремится решить свои политические проблемы.

Вопрос – насколько это выгодно для самой Москвы, учитывая ее фактическую вовлеченность в той или иной степени в конфликты на Донбассе и в Сирии.

29.1MB | MySQL:67 | 0,714sec