«Цена Золотого Города»: региональные аспекты иерусалимской дипломатии Дональда Трампа

В ночь на 2 января 2018 года израильский парламент – Кнессет абсолютным большинством голосов принял Закон о едином Иерусалиме, который впервые с 1967 года официально подтвердил муниципальные границы города и ввел норму «специального квалифицированного большинства» (80 из 120 депутатов Кнессета) для утверждения любых изменений политического или территориального статуса столицы Израиля.

Новая реальность

Реакция руководства Палестинской национальной администрации (ПНА) последовала незамедлительно: представитель председателя ПНА Махмуда Аббаса Набиль Абу Рудейна назвал этот закон «объявлением войны палестинскому народу, его политической и религиозной идентичности» и «официальным объявлением Израилем о прекращении так называемого политического процесса». И заодно определил «все решения израильского Кнессета» и признание Дональдом Трампом Иерусалима столицей Израиля как «не имеющие легитимности».

Причиной столь агрессивного стиля и содержания высказываний окружения М.Аббаса, среди прочего является осознание им провала их дипломатической стратегии, обусловливавшей возобновление прерванного почти десятилетие назад нормального диалога с Израилем серией предварительных условий. В том числе его априорным согласием на признание восточной и северной части города столицей будущего палестинского государства – что, с точки зрения Израиля, лишало дипломатический процесс какого-либо практического смысла.

Причем никаких намеков на готовность изменить эту линию из Рамаллы не поступало даже после того, как вступивший в должность президента США год назад Дональд Трамп четко дал понять, что «карт-бланш» на такие действия, выданный М.Аббасу прежней американской администрацией, безвозвратно истек.

Сам Дональд Трамп вновь подтвердил этот факт, поставив весьма рассерженный пост в твитере, где обвинил ПНА в полном отсутствии желания достичь соглашения о мире с Израилем, что должно было случиться давным-давно. «Убрав со стола переговоров самый тяжелый пункт – проблему Иерусалима, мы открыли дорогу к разрешению конфликта, ибо в обмен Израиль должен был бы пойти на более серьезные уступки, со своей стороны. Но если палестинцы не хотят говорить о мире, почему мы должны продолжать платить им высокую цену»?

От израильских комментаторов не укрылось, что данное заявление главы Белого дома имело двойной смысл. Первый разъяснила постоянный представитель США в ООН Никки Хейли, которая на состоявшейся 2 января пресс-конференции проинформировала, что «Президент не собирается финансировать ситуацию, когда палестинцы даже не подходят к столу переговоров, но при этом стабильно просят о помощи». То есть, речь идет об угрозе лишить, в случае продолжения уклонения от переговоров с Израилем, ПНА сотен миллионов долларов ежегодной американской помощи – что бывший главный палестинский переговорщик Саиб Арикат немедленно назвал «способом заставить голодать детей в лагерях беженцев», и побудить Израиль и дальше совершать «преступления против международного права».

Но помимо этого лежащего на поверхности понимания, употребляя местоимение «мы», Трамп явно имел в виду не только США, но и Израиль. А под «высокой ценой» – не только ее финансовую, но и политико-дипломатическую составляющую. В этом смысле принятые Кнессетом изменения к Основному закону об Иерусалиме выглядят не только следствием принятия США израильского понимания статус-кво в городе, согласно которому Западный Иерусалим и сегодня, с точки зрения международного права, есть официальная столица еврейского государства, а Восточный, в худшем случае – «спорные территории под реальным израильским суверенитетом», а не «оккупированные палестинские территории» из чего продолжают исходить остальные участники «ближневосточного квартета» и страны арабо-исламского блока.

А это, в свою очередь, не только изымает у палестинских арабов козырную карту в так и не возобновившемся, в том числе и по их вине, переговорном процессе, но и может стать началом реализации еще более кошмарного для администрации ПНА/ООП в Рамалле сценария – инфляции ее статуса самостоятельно субъекта ближневосточного процесса. То есть, как мы уже не раз отмечали, перспективу превращения палестинских арабов из одного из центральных в периферийный фактор (и в этом качестве – объект неизбежного компромисса) схемы достижения взаимопонимания Израиля и «умеренных» арабских стран на фоне общих вызовов и угроз.

В прессе уже мелькали идеи самых разных проектов политического устройства палестинских арабов – от совершенно фантастического, на первый взгляд, плана создания палестинского государства в Секторе Газа и прилегающем районе Синайского полуострова, что, как утверждается, готов взвесить Египет. И до, якобы согласованного с наследником престола Саудовской Аравии, плана спецпредставителя президента США в регионе Джерада Кушнера, о создании территориально дисперсного палестинского «государства-минус» со столицей в расположенной вплотную к Иерусалиму, но за его муниципальными границами арабском населенном пункте Абу Дис. Даже если речь идет о непроверенных слухах, абстрактных идеях или wishful thinking, само появление в прессе подобных «пробных шаров» должно быть для лидеров ПНА плохим признаком.

В любом случае, о своих требованиях возвращения Израиля к «границам 1967 года», раздела Иерусалима, ликвидации почти всех еврейских населённых пунктов в Иудее и Самарии и иммиграции внутрь «Зеленой черты» (от 3 до 5 миллионов) лиц, именующих себя «палестинскими беженцами и их потомками», лидеры ПНА, похоже, могут забыть навсегда. То есть о том, что, за исключением последнего пункта, это было практически обещано Я.Арафату в 2000 году в Кэмп-Девиде тогдашними президентом США Биллом Клинтоном и премьер-министром Израиля Эхудом Бараком, и Махмуду Аббасу в 2007 году в Аннаполисе Дж. Бушем, Эхудом Ольмертом и Ципи Ливни.

Не говоря уже о том, что дело может вообще закончиться ликвидацией ПНА и реорганизацией арабских анклавов в Иудее и Самарии в систему самоуправляющихся, но лишенных государственного суверенитета «кантонов», как предлагает министр обороны Израиля Авигдор Либерман. Или городов-государств («эмиратов»), идея которых стала звучать в прессе благодаря усилиям известного израильского востоковеда и публициста Мордехая Кейдара.

Потенциал ответа

Возникает вопрос, что в этой, несмотря на гордые заявления из Рамаллы о том, что «Иерусалим и его святыни не могут быть предметом торговли и обмена на золото или серебро», непростой ситуации сможет сделать Палестинская национальная администрация?

Рассчитывать на солидарную поддержку суннитских режимов им явно не приходится – их реакция на признание США Иерусалима столицей Израиля и указание Трампа о начале переноса американского посольства была достаточно минорной. В арабских столицах, разумеется, много говорили об опасности этих шагов для продвижения «мирного процесса», а постановление созванного по инициативе Иордании экстренного саммита ЛАГ содержало драматические пассажи. Но предпринимать радикальные шаги у них, по всем признакам, не было ни интереса, ни желания. Об этом вполне откровенно заявил министр иностранных дел Объединенных Арабских Эмиратов Анвар Гаргаш.  По его мнению: «Способность арабских стран дать ответ [на заявление президента США Дональда Трампа] весьма ограничена. Это стало результатом раскола региона, вызванного событиями «арабской весны». Но самобичевание здесь не поможет». В любом случае, как замечает сотрудник Иерусалимского института стратегического анализа Гилель Фриш, тот факт, что наиболее жесткие реакции на решение Дональда Трампа по поводу Иерусалима были озвучены Ираном и Турцией, а не арабскими государствами, показывает, что главный раскол в регионе идет по линии ирано-арабских, а не арабо-израильских конфликтов.

«Саудовцы уже приняли стратегическое решение сосредоточиться на Иране как главном сопернике за доминирование на Ближнем Востоке, — соглашается бывший президент Израильской ассоциации политических наук Габриель Бен-Дор. И потому в этих усилиях они желают иметь своим союзником США, все остальное подчинено сегодня этой главной движущей силе внешней политики КСА. Потому они хотят снять тему палестино-израильского противостояния, с тем, чтобы мобилизовать арабскую поддержку на противостояние с Ираном». В итоге арабских партнеров Вашингтона, в отличие от остальных членов «ближневосточного квартета» посредников и государств проиранского блока в целом устраивает идея смены парадигмы арабо-израильского урегулирования. Разумеется, если в пакете с ней находится американская и израильская поддержка в купировании иранской угрозы.

Потому, полагает автор статьи в «Хаарец» Цви Барэль, несмотря на раздражение [этими шагами] Трампа арабские и большинство мусульманских режимов продолжают рассматривать Соединенные Штаты в качестве жизненно важного союзника, способного защитить их интересы, в то время как конфликт Израиля и палестинских арабов в лучшем случае является темой застольного разговора и пригоден лишь для поддержания обычных нарративов».

Собственно, изначально было понятно, что, несмотря на громкие, осуждающие заявления и демонстрацию якобы, полного консенсуса по вопросу Иерусалима, никаких практических действий в этом плане ими предпринято не будет. Факты свидетельствуют скорее об обратной тенденции. Так, анализ, проведенный упомянутым Гилелем Фришем, показал полное отсутствие падения американского экспорта и объёма заключаемых контрактов с арабскими странами Персидского залива, что в прежние времена было обычной реакцией на политические демарши США, неприемлемые этими режимами.

Более того, власти предприняли немало усилий для того, чтобы подавить в зародыше любые несанкционированные публичные выступления против декларации США в своих странах. В итоге от нескольких сот до нескольких тысяч демонстрантов вышли на улицы Аммана, Парижа, Лондона, Нью-Йорка, и почти никто – в Каире, Эр-Рияде и столицах государств Персидского залива. К разочарованию Рамаллы, которая надеялась, что американское решение по Иерусалиму просто «взорвет» регион.

Действительно, после заявления Трампа эксперты заполнили страницы и волны СМИ предсказаниями масштабных насильственных протестов и волны террора, которая захлестнет арабский мир. «Но ни одна из демонстраций на Ближнем Востоке даже не приблизилась по масштабам к размерам похоронной процессии «французского Элвиса [Пресли] – Джонни Холлидэя»», — иронично отмечает обозреватель по стратегическим темам телеканала Fox Ральф Петерс. «Вместо этого мы снова и снова видели и слышали завуалированный антисемитизм «образованной публики», дикую пропалестинскую тенденциозность леваков во всем мире. Что же до занятых своими проблемами арабских лидеров, то они ограничились прохладными необязывающими заявлениями».

Разумеется, ситуациям может измениться, но пока – ни для одного правительства на Ближнем Востоке, резюмирует член американского Совета по внешней политике, главный редактор академической серии Europe Today и бывший декан болонского филиала Школы международных отношений Университета Джона Хопкинса профессор Рональд Терский, тема «права (арабов)-палестинцев на государственность не является приоритетной». Египет и Иордания установили дипотношения с Израилем десятилетия тому назад, Сирия лежит в руинах, а Саудовская Аравия уже многие годы секретно сотрудничает с Израилем, и настроена, скорее, усилить, а не свернуть это партнерство.

Инициативу больше всего проявляют основные конкуренты КСА и АРЕ за региональное лидерство, и в этом контексте – символически важный статус в исламской среде «главного покровителя палестинских арабов» – Турция и Иран. Логично, что эти страны, а также иранские сателлиты – Сирия и Ливан выступили с наиболее резкими антиамериканскими и антиизраильскими заявлениями. В таких тонах были выдержаны и выступления на экстренном саммите Организации исламского сотрудничества в Стамбуле, где инициатор его созыва, президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган, призвал международное сообщество признать Иерусалим столицей «оккупированного Израилем» государства Палестина и обвинил США в поддержке «израильского террора».

Показательно, что этот фестиваль критики США и Израиля проходил на фоне заявления, сделанного 12 декабря в рамках проходящего в Вашингтоне Britain’s Policy Exchange советником президента США Дональда Трампа по национальной безопасности Гербертом Макмастером, утверждавшим, что если десятилетия назад главным спонсором радикальной суннитской исламистской идеологии было КСА, то сегодня эта роль перешла в руки Катара и Турции. А нынешнюю власть в Тегеране Макмастер определил в как «режим изгоев, стремящийся к дестабилизации региона и изменению в нем в свою пользу баланса власти, через использование сил своих прокси и получение доступа к ядерным вооружениям».

Понятно, что сами палестинские арабы, как всегда, здесь были скорее поводом или средством, чем реальной целью турецких лидеров и их партнеров по антисаудовскому блоку. В любом случае, похоже, что этой риторикой дело, скорее всего, и ограничиться. Показательно, что в саммите ОИС приняли участие лишь 16 из 57 глав исламских государств. Что же касается Ирана, то, несмотря на все их клятвы и лозунги, и для него тема получения палестинскими арабами своего государства вторична.

Что смог сделать Махмуд  Аббас и ПНА/ООП

В прежние времена немалый эффект мог дать «разогрев арабской улицы» на территории Израиля и палестинских территориях, что нередко делало ПНА актуальным адресом для просьб по успокоению страстей, дававшую ей возможность самой определять «цену вопроса». Однако, все, что могла себе позволить, по мнению израильских экспертов в сфере безопасности и военных аналитиков, команда Махмуда Аббаса, разрывавшаяся между желанием возглавить «сопротивление» и боязнью потерять контроль над ситуацией – это «осторожное подстрекательство», которое особого эффекта не дало. По наблюдению обозревателей, самым крупным протестным актом, организованным Рамаллой, стала демонстрация из нескольких сот человек (практически все – молодые мужчины), у блокпоста Каландия к северу от Иерусалима, участие которых, судя по всему, было оплачено движением Махмуда Аббаса ФАТХ.

В целом же, несмотря на грозную риторику тех или иных публичных фигур из ПНА/ООП и ХАМАСа, демонстрации протеста палестинских арабов нигде даже не приблизились к размеру демонстраций, имевших место в годы первой и второй индифады (волн антиизраильского террора). В общей сложности в первом витке протестных акций в Газе и Иудее и Самарии (Западном берегу р. Иордан) и в Восточном Иерусалиме на этот раз приняли участие около 3000 человек, бросавших в сотрудников израильских сил безопасности камни и бутылки, и получая в ответ слезоточивый газ, шоковые гранаты и резиновые пули (в итоге, первый их объявленных трех «дней гнева» завершился примерно 200 пострадавших, в основном – легко отравившихся газом). На третий день после драматического заявления Дональда Трампа об Иерусалиме как столице еврейского государства, уже около тысячи израильских и палестинских арабов протестовали в Иудее, Самарии, Восточном Иерусалиме и внутри «Зеленой черты».

Надежды палестинских арабских исламистов на их креатуру в среде израильских арабов, прежде всего, жителей Восточного Иерусалима и Галилеи, а также традиционное «палестинское лобби» в лице депутатов Кнессета от Объединенного арабского списка – силы, которые не так давно проявили себя в кризисе вокруг Храмовой горы – на этот раз также оправдались лишь частично. Эти депутаты собрали 10 декабря около 200 жителей Вади-Ара – арабского анклава на севере Израиля, на шумную насильственную демонстрацию протеста, участники которой бросали камни и бутылки с горючей смесью в полицейских и проезжавшие по трассе Афула – Тель-Авив еврейские машины и несли плакаты с лозунгами из серии «Иерусалим – столица Палестины». Но в целом израильские арабы, кроме отдельных вспышек в Галилее и Восточном Иерусалиме, на провокации ХАМАСа и арабских депутатов Кнессета почти не поддались.

В последующие дни и недели, согласно представленному Комиссии по иностранным делам и обороне Кнессета докладу Службы общей безопасности (ШАБАК) число демонстрантов и сопутствующих инцидентов пропорционально и последовательно снижалось. На то, на наш взгляд, было несколько причины.

Во-первых, недостаток ресурсов от внешних доноров, которые либо не могли преодолеть препятствия перекрытых каналов связи и передачи средств, либо не считали для себя «разогрев» палестинской улицы в нынешней региональный ситуации продуктивным инвестированием средств. Региональных субъекты понимают, что в нынешней ситуации подобные действия могут спровоцировать их прямой конфликт с Израилем и США, которые принесут противникам Израиля больше потерь чем выгоды

Во-вторых, профилактические действия израильских спецслужб, а также применение ими, взамен провоцирующего новый выступления и приносящих отрицательный пропагандистский эффект прямых столкновений с демонстрантами, тактики идентификации подстрекающих к насильственным действиям лидеров и активистов террористических группировок, и их изоляции «постфактум». Что дало довольно быстрый результат в виде успокоения страстей и в снижения накала противостояния. Кроме того, израильские спецслужбы, разумеется, ожидали возможного повышения мотивации террористических ячеек и были к этому готовы. Следует, однако, иметь в виду, что комплекс мер, предпринятый ЦАХАЛом и ШАБАКом для пресечения возможных вспышек насилия, не был одноразовым мероприятием, а в первую очередь, частью работающей системы сдерживания террора.

В-третьих, согласно оценке военной разведки АМАН, попытки представить декларацию Дональда Трампа как посягательство на святость Иерусалима для мусульман и объявление войны против ислама в целом провалились. То есть, в отличие от кризиса, вспыхнувшего в июле 2017 года вокруг постановки металлодетекторов у входя на Храмовую гору (после убийства там двух бойцов пограничной полиции боевиками запрещенного «северного крыла» Исламского движения Израиля – филиала движения ХАМАС внутри «Зеленой черты»), нынешняя ситуация воспринимается палестинскими и израильскими арабами не как религиозный, а как национально-политический вопрос. А он, заключает израильский военный обозреватель Рон Бен-Ишай, «не является для этих людей темой, ради которой стоило бы рисковать жизнью».

Действительно, серия опросов, проведенных центром Near East Consulting в Рамалле показала последовательный рост доли респондентов – палестинских арабов, которые отвечая на вопрос о своей идентичности, назвали себя в первую очередь, «мусульмане» — с 40% в 2008 году до 63% в 2011, доля носителей «палестинской» идентичности упала за то же время с 29% до 16%, а общеарабской – с 13% до 4%. (Что, заметим в скобках, есть весьма разочаровывающий результат для лоббистов идеи существования «палестинской арабской нации», право государственного самоопределения которой была положена в основу идеи «Ословского, или норвежского процесса»)

И самое главное – «молчаливое большинство» палестинской арабской улицы проголосовало «против» ногами.  Собственно, сюрпризом это не стало – уже давно известно, что большинство палестинских арабов Западного берега предпочитает не рисковать имеющимся у них качеством жизни и уровнем личной безопасности, пусть и более низким, чем у их соплеменников, имеющим израильские паспорта, но несопоставимо выше того, на что может надеяться население переживающих потрясения арабских стран. Причем, подобные настроения постепенно распространяются и в секторе Газа.

Этот факт подтвердил репрезентативный опрос 1540 арабских граждан Иудеи, Самарии, сектора Газы и Восточного Иерусалима, инициированный сотрудником Washington Institute for Near East Policy Давидом Поллаком, и проведенный в мае 2017 года Тhe Palestinian Center for Public Opinion. По данным этого центра, пользующегося в профессиональных сообществах репутацией сравнительно надежного, по сравнению с аналогичными структурами, источника социологической информации о ситуации в среде палестинских арабов, лишь 12% арабов Западного берега и 25% арабов Газы заявили, что создание Палестинского государства является их главным приоритетом.

И примерно такое же (12% на Западном берегу и 25% в Газе) число респондентов считали возможный перевод американского посольства в Иерусалим сколь-нибудь важной для себя темой. В то время как соответственно 49 и 40% на первое место поставили «благополучие семьи», 63 и 70% заинтересованы прилучить рабочие места в Израиле, и почти половина хотела бы, чтобы израильские компании, работающие за «Зеленой чертой» расширили набор местных арабских рабочих.

Не менее примечательно, что в отличие от лидеров ООП и ХАМАСа, призывающих арабский мир к «бескомпромиссной борьбе с Израилем и США», соответственно, 58% респондентов в Иудее и Самарии и 55% жителей Газы поддержали бы идею выделения арабскими странами стимулов и израильтянам, и палестинским арабам, которые бы позволили сблизить их позиции. Притом, что соответственно, 60 и 46% опрошенных в двух анклавах признали, что при любом варианте соглашения, «большинство израильских поселенцев останутся на своих местах, а большинство палестинских беженцев не попадут на территории внутри «Зеленой черты»».

Иными словами, притом, что говорить об особых сдвигах в антиизраильском политическом мировоззрении арабских жителей западной Эрец-Исраэль/Палестины пока не приходится, очевидно, что большинство из них не хотят ставить под угрозу жизнь и здоровье ради амбиций Турции и Ирана и противоборствующих палестинских арабских фракций. Во всяком случае не раньше, чем, как заметил упомянутый Гилель Фриш, «лидеры ПНА и ХАМАСа сами вступят в конфронтацию с ЦАХАЛом, а не просто будут призывать к жертвам арабскую молодежь, пряча свои силы за их спинами».

Собственно, апатия палестинской арабской улицы и была третьим – наряду с нежеланием ссориться с администрацией США, в помощи которой они сегодня столь нуждаются, и быстрым развалом «фронта дипломатического сопротивления» декларации Трампа – важнейшим фактором столь минорной реакции на нее большинства «умеренных» суннитских арабских государств.

Ответ Вашингтона

И все ж, несмотря на то, что дипломатические и организационные усилия руководства ПНА организовать осуждение иерусалимской декларации президента США Дональда Трапа и сорвать начало реализации нового регионального плана его команды в целом не удалось, вряд ли стоит ожидать, что эти усилия палестинских арабских лидеров Вашингтон оставит без ответа. По сведениям, опубликованным агентством Debka, в случае если М.Аббас и его команда будут настаивать на своем, уже практически готов пакет санкций, включающий следующие пункты. Администрация США намерена прервать все формальные связи с ПНА, и пересмотреть статус палестинского посольства в Вашингтоне, с перспективой его закрытия. Равно как и закрытия для палестинских лидеров всех «административных дверей» — от Белого дома и Совета национальной безопасности – и до американского консульства в Иерусалиме.

Далее, разрабатываемый в Вашингтоне план комплексного арабо-израильского урегулирования, не будет предложен для обсуждения Рамалле – а только Израилю и соответствующим арабским правительствам, и соответственно, пакет договоренностей, касающихся статуса палестинских арабов, будет принят без них, а по их поводу – и, надо полагать, без особенно «трепетного» отношения к запросам их элит. Программы американской помощи ПНА будут поочередно закрыты, включая долю США (около трети, или порядка 300 млн долларов) в формировании бюджета Агентства ООН по палестинским беженцам (United Nations Relief and Works Agency for Palestine Refugees in the Near East — UNWRA). Кроме того, администрация США предложит властям Саудовской Аравии, ОАЭ и Катара также заморозить, или сократить их экономическую помощь ПНА.

Похоже, что этот план уже переходит в оперативную плоскость. Первым шагом стало упомянутое заявление Белого дома о возможном прекращении выплат ПНА из казны США и решение прекратить финансирование UNRWA, причем в дальнейшем, по мнению экспертов, в публичных объявлениях особой необходимости даже не будет – средства, в основном предназначенные для конкретных проектов в экономической и социальной сфере, будут просто отзываться под предлогом необходимости их «переоценки». Кроме того, уже в конце декабря прошлого года стало известно, что высокопоставленные сотрудники американской администрации, поздравив с выздоровлением упомянутого выше Саиба Ариката, отвечающего в Рамалле за переговоры с Израилем и связи с США, одновременно предупредили, что он более не будет принят в Белом доме.

Как было показано, противопоставить этим шагам палестинские арабские националисты и исламисты могут не слишком многое. Таким ресурсом, как провокация очередной волны террора, в силу обоюдоострого его характера, они пока готовы и могут пользоваться весьма осторожно. Потому одним из немногих неисчерпанных пока ресурсов – остаются жесткие заявления палестинских арабских лидеров и их покровителей, которые мы в ближайшие недели и месяцы, несомненно, услышим еще немало.

33.82MB | MySQL:64 | 0,601sec