О роли ЧВК в локальных конфликтах

В Госдуме сообщили о разработке законопроекта о работе частных военных компаний (ЧВК). Ко внесению он готовится в течение следующего месяца. Еще в 2012 году Владимир Путин, занимавший тогда пост премьер-министра, поддержал идею создания в России системы ЧВК. Такие структуры могли бы предоставлять услуги по охране объектов и тренировке иностранных военных за границей без участия российского государства, сообщалось тогда. Однако закон на эту тему до сих пор не был принят, хотя подобные инициативы вносились. 15 января о необходимости защитить интересы граждан России, которые работают на ЧВК в других государствах, заявил глава МИД Сергей Лавров.  RT со ссылкой на первого замруководителя фракции «Справедливая Россия» Михаила Емельянова сообщил о том, что инициатива будет внесена в течение февраля. Актуальность этого шага парламентарий объяснил ситуацией в Сирии. Она говорит о том, что ЧВК «отлично подходят для применения в подобных локальных конфликтах», сказал Емельянов. Если закон будет принят, то он позволит привлекать сотрудников ЧВК к участию в контртеррористических операциях за рубежом, к защите суверенитета союзнических государств, а также к обороне стратегически важных объектов. ЧВК будут работать по лицензиям, им предлагается запретить изменять границы государств, свергать законные органы власти, вести подрывную деятельность, разрабатывать, покупать или хранить оружие массового поражения. Безусловно, что такая активность парламентариев связана прежде всего с ясными сигналами из Кремля, и основным мотивом таких сигналов стал очевидный положительный опыт использования российских ЧВК в лице компании «Вагнер» (и не только) в той же Сирии. Отметим при этом, что роль ЧВК в локальных конфликтах является на сегодня приоритетным направлением, поскольку позволяет одномоментно решать несколько важных стратегических задач: от сохранения за счет ЧВК российского присутствия в той или иной зоне зарубежного конфликта, охраны интересов российских корпораций там, безболезненного снижения уровня присутствия собственно национальных вооруженных сил и заканчивая задействованием в государственных интересах большого профессионального потенциала бывших силовиков.  И это не говоря уже о зарабатывании денег. Одним из успешных примеров использования такого механизма является деятельность структур ЧВК Э.Принса в интересах ОАЭ в тех же Ливии и Йемене.  Что касается Афганистана, где присутствие зарубежных «натовских» ЧВК зашкаливает, этот опыт не вызывает большого энтузиазма, особенно в рамках подготовки национальных кадров. Это обстоятельство только лишь подтверждает главный вывод о принципе деятельности подобного рода структур: их эффективность использования в том или ином локальном конфликте безусловно напрямую связана с эффективностью глобальной политической линии и соответствующей концепции того или иного государства на этом направлении. ЧВК — это лишь подсобный инструмент государственной политики, и в одиночку или без ясной концепции государства она ничего не сделает.

Активно осваивают французские ЧВК и ливийский рынок, что в общем-то четко соотносится с планами Парижа по восстановлению достаточного уровня своего влияния в этой стране.  В этой связи на этом примере четко прослеживается еще одна важная роль ЧВК в локальных конфликтах. Согласно данным французских разведисточников, французская ЧВК  Amarante International открыла в этом месяце свой филиал в освобожденном недавно силами главнокомандующего вооруженными силами Тобрука  Х.Хафтара Бенгази. В общем-то освобождение этого города происходило при активной поддержке тех же французов, в том числе и силами спецназа. Так что появление там французской ЧВК, тесно связанной с французским Министерством обороны, логично. Но в данном случае перед ЧВК стоит помимо охраны нефтяной инфраструктуры, и еще одна важная цель: она готовит условия в сфере безопасности для возвращениям в Бенгази французской дипломатической миссии, которая, скорее всего, будет иметь статус консульства. При этом сотрудники Amarante International активизировали с позиций Бенгази и свои контакты с полевыми командирами в Триполи. В частности, они находятся в тесном взаимодействии с основной полицейской силой в ливийской столице в лице командующего силами «Бригад Рада» Абдлель Рауфом Кара, который является главным гарантом безопасности правительства национального согласия (ЧВК) во главе с одним из оппонентов Х.Хафтара в рамках видения будущей политической архитектуры страны Ф.Сараджем. В Бенгази также присутствует еще одна французская ЧВК GEOS, которая получила от Х.Хафтара разрешение, несмотря на то, что основные контрагенты этой компании среди ливийцев пребывают как раз в лагере противников фельдмаршала. В частности, среди их контактов эксперты называют ливийскую охранную компанию  Security Side, которую возглавляет один из ближайших сторонников ливийского радикала и полевого командира в Триполи А.Бельхаджа Фаузи Букатиф. Еще одна из французских ЧВК  SMS Consultancy, которая также представлена в Бенгази, обеспечивала безопасность и организацию недавнего визита в Триполи, Тобрука и Бенгази  министра иностранных дел Франции Жан-Ив Ле Дриана. То есть на этом примере четко видна роль ЧВК в осуществлении мероприятий в рамках так называемой неформальной дипломатии с различными и зачастую противостоящими друг другу силами в зоне локального конфликта.

В этой связи американские аналитики с тревогой отмечают, что Россия успешно перенимает этот опыт. Причем помимо собственно Сирии, эта активность российской ЧВК отмечается в ряде других важных для американцев районах Африки. В этой связи отмечается направление сотрудников ЧВК «Вагнер» в Судан в начале января с.г. При этом американские спецслужбы не располагают информацией о точном числе этих сотрудников, что знаменательно и показательно с точки зрения эффективности американской резидентуры в Хартуме. Развертывание группы в Судане не вызывает удивления у американцев, учитывая десятилетия тесных связей между Хартумом и Москвой и в свете итогов последнего по времени официального визита президента Судана Омара аль-Башира в Москву в ноябре. В ходе поездки О.ль-Башир пригласил Москву   участвовать в строительстве военной базы на Красном море, отметив, что российская помощь необходима для противодействия вмешательству США в этот район. Просьба Судана сопровождалась аналогичными шагами, предпринятыми соседними Эритреей, Джибути и Сомали, в отношении Турции, ОАЭ и АРЕ с тем чтобы убедить иностранные державы построить базы на их земле в обмен на столь необходимые им деньги и повысить их тем самым их международный статус. В этой связи американцы полагают, что высадка сотрудников ЧВК «Вагнер» в Судане связана помимо изучения возможности работы российских компаний, еще и с рекогносцировкой возможности организации базы ВМС РФ в Порт-Судане. При этом, несмотря на то, что Хартум находится в плотной орбите влияния КСА и крайне заинтересован в окончательном снятии с себя американских санкций, он будет стараться вести разновекторную политику, в том числе и разыгрывая карту российского присутствия.  Мы далеки от выводов американцев о том, что этот момент свидетельствует о кардинальном развороте Хартума от своего прежнего внешнеполитического курса, но курс на разновекторность несомненно присутствует. И это касается не только заигрывания с Москвой, суданцы отрабатывают и другие направления. В частности, приглашение Анкары для строительства своей военной базы в Суакине, что породило новый виток кризиса в отношениях с Каиром, тому ясное свидетельство. Тем более, что у Москвы и Хартума существует несколько точек соприкосновения. Судан является громадным рынком для России с точки зрения экспорта своей сельхозпродукции. По итогам визита суданского президента в Москву достигнута договоренность об экспорте в Судан в этом году  одного миллиона тонн зерна. Судан не менее заинтересована и в реконструкции своего энергетического сектора, развитии железнодорожной инфраструктуры, экспорте вооружений и боеприпасов. В ноябре 2017 года Судан стал первой арабской страной, получившей четвертое поколение российских самолетов Су-24 в рамках сделки по модернизации и обучению местных кадров  на сумму около 1 млрд долларов. По оценке американского разведсообщества, это соглашение может стать предвестником новых сделок: Хартум в течение многих лет боролся с различными внутренними конфликтами и  заинтересован в перенимании  опыта, наработанного на сирийской практике российскими военными инструкторами. Одновременно сотрудничество с РФ в области ВТС позволит Судану сохранить больший баланс во внешней политике и гарантировать себе «правильную позицию» Москвы на предмет возможных дискуссий с Совете Безопасности ООН по вопросу обвинений МУС в отношении Хартума и суданского президента лично в связи с фактами военных преступлений в Дарфуре. Деятельность Москвы в Африке тоже не останавливается на достигнутом. Другие доклады американских аналитиков свидетельствуют о том, что  ЧВК «Вагнер» уже обратила свое внимание на Центральноафриканскую Республику. Имеются достоверные данные о том, что ЧВК развернет группу своих сотрудников и в  ЦАР в самое ближайшее время. Это связывается американцами с тем, что Россия  в январе с.г.  успешно пролоббировала в Совете Безопасности ООН решение о направлении  трех партий стрелкового оружия и боеприпасов вооруженным силам ЦАР. И это  несмотря на эмбарго на поставки оружия, введенное с 2013 года. Африканская страна, имеющая незначительное геостратегическое значение, целиком до этого момента полагалась на свою бывшую метрополию в лице Франции. Таким образом, Россия через экспансию своей ЧВК стремится получить больше возможностей для бизнеса и, возможно, даже увеличить свое влияние в  этом  регионе Африки. Тем более, что тот же Хартум имеет сильное влияние на ситуацию в этой стране. Добавим к этому, что российские ЧВК уже присутствуют и в той же Ливии, и в Йемене. Правда, по нашим данным, количество сотрудников этих структур в Сане кардинально сократилось как раз накануне мятежа экс-президента А.А.Салеха. Само по себе это свидетельствует о хорошей агентурной работе российских ЧВК «на земле» и совершенно не означает того, что «йеменское досье» для российской стороны окончательно закрыто.

Общий вывод американцев в этой связи следующий. Экспансия российской ЧВК в Судан и ЦАР имеет перспективы к развитию, но пока не предвещает полномасштабного российского военного развертывания в Африке. Москва, похоже, больше заинтересована в наполнении своей казны через сделки в области безопасности со странами Африки, чем в подготовке к масштабному инвестиционному движению на континенте. Тем не менее, потенциальное присутствие частной военной компании, поддерживаемой Кремлем, в двух странах Африки к югу от Сахары может проложить путь к более активному участию России в других странах региона. Согласимся с этим выводом, но с рядом оговорок. Москве совершенно необязательно «полномасштабное военное развертывание в Африке». Время глобальных экспериментов на эту тему закончилось. Но такое положение дел в рамках появления сотрудников «Вагнер» в Судане и ЦАР однозначно означает начало этапа в апробировании Москвой новых инструментов не только распространения своего влияния в странах «третьего мира», но и его укрепления нетрадиционными способами, что позволяет минимизировать затраты, создать дублирующую государственную систему сбора разведданных, обеспечить гарантии безопасности нашим структурам в области ВТС и гражданского сектора, и еще получить за это деньги. В этом, кстати, еще один позитивный итог российского присутствия в Сирии. Оно позволило помимо прочего четко обкатать алгоритмы действия ЧВК в рамках локальных конфликтов, определить их роль и место в рамках общей стратегии, а также системы координации действий с официальными российскими военными структурами. Американцы разучились делать правильные анализы в силу того, что вся их система разведки построена теперь на желании говорить своему высшему политическому руководству удобные и совпадающие с их точкой зрения вещи. Достаточно вспомнить хотя бы как они благополучно «зевнули» в свое время  переброску российской группы в Сирию. Мы сейчас даже не говорим о аппарате военной разведке и спутниковых снимках. Было бы достаточным оценить  косвенные разведпризнаки, коих было достаточно, причем в этой связи  не надо было сильно напрягаться. Например, направление центральными государственными каналами российского телевидения хорошо оснащенных групп корреспондентов в Сирию (явно по прямому указанию свыше) примерно за десять дней до начала операции и появление темы сирийских событий на фронтах в регулярных сводках новостей, чего ранее было эпизодическим. Понятно, что таким образом готовилось общественное российское мнение, но в данном случае надо выбирать и быть более тщательными. Применительно к российским ЧВК и их роли в операциях Москвы за рубежом сейчас надо отметить именно нынешнюю активность российских парламентариев. Причем очевиден прорыв в этой законодательной деятельности, поскольку до этого все обсуждения на многочисленных «круглых столах» в той же Госдуме и Сенате на эту тему приходили к выводам, что инкорпорировать ЧВК в систему государственной безопасности РФ предельно сложно. А сейчас пришли ровно к противоположным выводам, и внесение соответствующего закона уже в феврале (что является космической скоростью для нашего законотворчества) это очень ясно демонстрирует.

42.44MB | MySQL:92 | 0,939sec