Об изменениях в военно-политической обстановке на Ближнем Востоке и в Северной Африке (9 — 15 июля 2018 года)

Наиболее важные события в регионе на минувшей неделе происходили в Турции и Ираке. В Турции 9 июля произошла смена правления – страна перешла от парламентской республики к президентской. Обострилась обстановка в Ираке, где в южных провинциях проходят антиправительственные массовые протестные выступления населения.

Р. Т. Эрдоган, победивший на выборах 24 июня, 9 июля официально вступил в должность президента Турции. После его инаугурации страна официально перешла от парламентской системы правления к президентской. Глава государства с тал одновременно и главой правительства, а должность премьер-министра упразднена. Президент получил право самостоятельно назначать кабинет министров и вице-президентов. Структура правительства была реорганизована — число министерств сокращено с 21 до 16. В частности, в министерство иностранных дел объединены МИД и Министерство по делам Евросоюза. Впервые в истории страны назначен вице-президент. Им стал Ф. Октай, который считается одним из ключевых «архитекторов бюрократической и административной» трансформации системы управления Турцией. Президент 9 июля объявил состав нового кабинета министров. Свои посты в составе нового правительства сохранили глава МИД М. Чавушоглу, министр юстиции А. Гюль и министр МВД С. Сойлу. Главой министерства национальной обороны стал генерал Х. Акар, который ранее занимал должность начальника Генштаба ВС Турции. Новым главой Генштаба стал генерал Я. Гюлер, занимавший пост командующего Сухопутными войсками. Б. Йылдырым, занимавший пост премьер-министра Турции с 2016 г. по 2018 г., избран 12 июля спикером Великого национального собрания Турции (парламента).

15 июля Р. Т. Эрдоган подписал очередной указ, направленный на структурные преобразования в государственных органах. Согласно указу, Генштаб ВС Турции передан в подчинение Министерства национальной обороны (ранее глава Генштаба подчинялся премьер-министру). Кроме того, вице-президенты, министр национального образования и министр финансов и казначейства вошли в состав Высшего военного совета Турции. При МВД создано Управление по координации шагов по устранению последствий бедствий и чрезвычайных ситуаций. Теперь заседания Совета национальной безопасности будут проводиться раз в два месяца по инициативе президента.

В своей инаугурационной речи 9 июля Р. Т. Эрдоган подчеркнул: «В новый период своего развития страна сделает ставку на прорыв по всем направлениям, от демократии и сферы соблюдения прав человека до экономики и крупных инвестиций. Турция укрепит свою мощь, продолжит развивать оборонную промышленность и будет стоять на страже своих рубежей».

Резко обострилась обстановка в Ираке. На юге страны проходят массовые протестные выступления населения. Начавшись в Басре, где они приняли наибольший размах, протесты к настоящему времени охватили практически все южные провинции страны: Ди-Кар, Майсан, Мутанна, Эн-Наджаф, Кербела, Бабиль и Кадисия. Акции протеста прошли 14 июля и в столице страны Багдаде. Участники выступлений требуют от правительства немедленно решить проблему с базовыми услугами, прежде всего, нехваткой электричества и воды, а также обеспечить жителей рабочими местами. Протестующие перекрывают дороги, нападают на административные здания, штабы политических партий, экономические и инфраструктурные объекты. Во многих местах протесты перерастают в стычки с силовиками. Десятки человек получили ранения, есть погибшие. Силы безопасности Ирака приведены в повышенную боевую готовность, в южные регионы перебрасываются дополнительные силы МВД и армии. В провинциях Басра, Кербела, Эн-Наджаф и Майсан введен комендантский час. В городах, охваченных протестом, закрыты госучреждения, выставлены дополнительные кордоны силовиков.

Правительство Ирака принимает меры с целью снизить напряженность на юге страны. Совет безопасности Ирака заявил 14 июля, что власти «поддерживают право на мирные демонстрации и законные требования протестующих», а «правительство прилагает все усилия для предоставления всех необходимых услуг гражданам». В этот же день премьер-министр Ирака Х. аль-Абади распорядился выделить немедленно 3,5 трлн иракских динаров (порядка 3 млрд долларов) на нужды провинции Басра. Средства пойдут на создание опреснительных систем и решение проблемы перебоев в работе электростанций. Также финансирование будет использовано для обеспечения медицинского обслуживания, строительство школ и жилья. Кроме того, предусмотрено увеличение квот на воду для южных провинций. Ранее власти объявили, что обеспечат рабочими местами 10 тыс. человек. Тем не менее, антиправительственные акции не стихают.

Вновь обострилась ситуация в зоне палестино-израильского конфликта. Израиль нанес 14 июля удар по целям радикального палестинского движения ХАМАС в секторе Газа в ответ на регулярный запуск горящих воздушных шаров на израильскую территорию. После этого палестинские боевики в течение дня выпустили по Израилю более 100 ракет и снарядов. Со своей стороны, ВВС ЦАХАЛа нанесли удары по «десяткам военных целей ХАМАСа». По оценкам израильского командования, произошедшее стало крупнейшим столкновением в секторе Газа с момента операции «Нерушимая скала» в 2014г. При посредничестве Египта к ночи 14 июля была достигнута договоренность о прекращении взаимных атак между Израилем и палестинскими группировками. Израиль будет увеличивать по мере необходимости интенсивность ответов на атаки со стороны ХАМАС, заявил премьер-министр еврейского государства Б. Нетаньяху.

На минувшей неделе правительственные войска Сирии продолжали продвигаться в южной провинции Дераа. 12 июля ВС САР овладели административным центром региона городом Дераа после того как формирования оппозиционеров приняли условия капитуляции. 15 июля началась эвакуация боевиков и членов их семей из Дераа в северную провинцию Идлиб. Сирийская армия также восстановила контроль почти над всей пограничной с Иорданией полосой. Все сирийские беженцы, жившие на иорданской границе, вернулись в свои дома в Сирии. Войска добиваются капитуляции вооруженных оппозиционеров в городах Нава и Джасим. В руках террористов, связанных с «Исламским государством» (ИГ, запрещено в РФ), остается территория площадью 250 кв. км на юго-западе провинций Дераа и Эль-Кунейтра. Сирийское государство «освободит территории всех провинций, под чьим бы контролем они не находились», заявил 9 июля президент САР Б. Асад. Он высказался «за диалог между сирийцами на всех уровнях», который, по его словам, должен привести «к пакту о национальном согласии».

Израиль будет пресекать любые попытки нарушения границы, в том числе воздушной, в связи с кризисом в Сирии, заявил 11 июля премьер-министр Израиля Б. Нетаньяху на встрече в Москве с президентом России В. Путиным. Нетаньяху отметил, что Израиль выступает против любого присутствия Ирана в САР, не будет вмешиваться в происходящее в Сирии, и не будет мешать Б. Асаду восстанавливать контроль в своей стране, но сохранит свободу действий в отношении любого, кто будет действовать против него.

Силы ПВО ВС САР отразили 12 июля израильскую атаку близ Эль-Кунейтры. В этот же день ВС Израиля нанесли удары по трем военным постам в Сирии в ответ на перелет сирийского БПЛА на израильскую территорию. Сирийский БПЛА, залетевший 13 июля в буферную зону на границе с Израилем, был сбит израильской ракетой «Пэтриот».

Министр обороны России С. Шойгу сообщил 11 июля, что сирийская сторона пока не обращалась к РФ с просьбой поставить ЗРС С-300. По оценке Шойгу, США не имеют четкой стратегии действий в Сирии.

А. А. Велаяти, советник иранского лидера А. Хаменеи по международным вопросам, заявил 13 июля, что военные советники ИРИ покинут Сирию и Ирак, как только Тегеран об этом попросят правительства этих стран. По словам Велаяти, Тегеран согласовывает вопрос своего присутствия в Сирии с Дамаском и Москвой, но «это не касается Израиля».

Президент Франции Э. Макрон подтвердил 13 июля намерение Парижа продолжать участвовать в военных операциях в Сирии против боевиков ИГ, но в то же время и содействовать возрождению страны.

Президенты России и Турции В. Путин и Р. Т. Эрдоган 14 июля в ходе телефонного разговора обсудили вопросы международной повестки, уделив особое внимание совместным шагам по урегулированию в Сирии с акцентом на ситуации в провинциях Деръа и Идлиб.

9 июля лидеры Эфиопии и Эритреи А. Ахмед и И. Афеворки подписали в столице Эритреи Асмэре совместную декларацию о мире и дружбе. Документ предусматривает восстановление дипломатических отношений, а также транспортных, торговых и телекоммуникационных связей между двумя странами. 14 июля И. Афеворки прибыл в Аддис-Абебу с трехдневным визитом. Это первое за 22 года посещение Эфиопии президентом Эритреи.

Госсекретарь США М. Помпео заявил 10 июля, что «иранский режим должен четко осознать, что экономическая ситуация не улучшится, пока Тегеран не откажется от своей политики. Мы сделаем так, чтобы гарантировать соблюдение другими странами введенных в отношении Ирана санкций». Помпео подтвердил, что США готовы обеспечить бесперебойные поставки нефти через Ормузский пролив, несмотря на угрозы со стороны Ирана.

11 июля лидеры НАТО на саммите в Брюсселе объявили о намерении обеспечивать мирный характер ядерной программы Ирана, и заявили о своей озабоченности его ракетными испытаниями, а также «точностью и радиусом действия его баллистических ракет».

Президент России В. Путин 12 июля принял А. А. Велаяти — советника верховного лидера ИРИ А. Хаменеи по международным вопросам. Стороны обсудили ситуацию в Сирии и подтвердили приверженность Совместному всеобъемлющему плану действия. А. А.  Велаяти передал В. Путину послания от А. Хаменеи и президента Ирана Х. Роухани. Важность сотрудничества ИРИ с РФ трудно переоценить с учетом непредсказуемости действий Д. Трампа, заявил А. А. Велаяти.

Иран не доверяет администрации Д. Трампа и не хочет вести с ней переговоры, заявил 13 июля А. А. Велаяти. По его словам, Иран справится с проблемами, которые возникнут после запрета США на экспорт иранской нефти, хотя «будет трудно, тяжело».

11 июля командующий Ливийской национальной армией фельдмаршал Х. Хафтар отдал распоряжение возобновить экспорт нефти с терминалов «нефтяного полумесяца» на побережье залива Сирт. Кроме того, Хафтар отменил введенный ранее запрет на заход нефтеналивных судов в порты этого региона для экспорта нефти.

США готовы способствовать мирным переговорам властей Афганистана с талибами и принять в них участие, заявил госсекретарь М. Помпео на переговорах с афганским президентом А. Гани в Кабуле.

Саммит НАТО в Брюсселе принял решение о продлении миссии «Решительная поддержка» в Афганистане до 2024 г. При этом было подчеркнуто, что пока правительство Афганистана будет продолжать свою деятельность, направленную на обеспечение мира и примирения, альянс продолжит оказывать содействие стране в финансировании сил безопасности и решении «проблемы нехватки персонала, особенно в приоритетных областях».

10 июля в Исламабаде состоялась рабочая встреча глав разведывательных служб России, Пакистана, Китая и Ирана. Участие в ней принял директор СВР РФ С. Нарышкин. В центре внимания находились вопросы борьбы с опасностью усиления ИГ в Афганистане. Участники встречи достигли понимания важности скоординированных мер по пресечению проникновения боевиков из Ирака и Сирии на территорию Афганистана с целью создания угроз безопасности соседним государствам.

Совет Безопасности ООН 13 июля проголосовал за введение оружейного эмбарго в отношении Южного Судана. Проект резолюции, представленный США, поддержали девять членов Совбеза, шесть стран, в том числе Россия, воздержались при голосовании. В феврале США ввели запрет на поставки американского оружия и военной техники в Южный Судан и призвали другие страны последовать их примеру.

 

Приложение

О некоторых особенностях сирийско-ливанских отношений

Отношения между Сирией и Ливаном носят сложный характер. В Дамаске всегда считали Сирию и Ливан одной страной, которая в 1920 г. была искусственно разделена французскими колонизаторами. В Ливане, особенно в мусульманской общине, также всегда были сильны настроения в пользу единства с Сирией или тесных отношений с ней. Тем не менее, у многих ливанских политиков чаще брали верх тенденции сохранения самостоятельности Ливана. Так, в Национальном пакте (1943 г.), заложившем основу современной политической системы страны, мусульманские политики брали на себя обязательство «не предпринимать попыток объединения с Сирией или другими арабскими государствами».

До середины 1970-х гг. Сирия в силу многих причин редко (особенно в открытой форме) проявляла себя на ливанской политической арене. Ситуация коренным образом изменилась в 1975 г., когда в Ливане началась гражданская война и Дамаск стал активно вмешиваться в ливанские дела, стремясь при этом всячески укрепить собственное влияние в этой стране. В условиях разрастания вооруженного противоборства и начавшегося распада ливанского государства руководство САР приняло решение о прямом военном вмешательстве в события, и в июне 1976 г. сирийские войска вступили на территорию Ливана. Постепенно ливанская территория становится важным местом в сирийско-израильском противостоянии. В 1982 г. армия Израиля вторглась в Ливан с целью разгрома сил палестинцев и ослабления сирийского влияния. Однако в итоге позиции САР здесь укрепились. Дамаск стал в еще большей степени влиять на развитие обстановки в стране. В 1989 г. Сирия поддержала Таифские соглашения, положившие начало процессу восстановления национального согласия в стране и подтвердившие право САР на военное присутствие в Ливане. В 1991 г. по настоянию Дамаска стороны подписали «Договор о дружбе, сотрудничестве и координации», который предусматривал расширение связей во внешней политике, экономике, вопросах обороны и безопасности, а также подтвердил правомочность военного присутствие САР в Ливане. Со временем все больше значение в сирийско-ливанских отношениях приобретает экономический фактор. Усиливается зависимость экономики САР от экономики Ливана, более открытой и здоровой. Фактически Ливан служил для Сирии самым крупным источником доходов.

Сирия, не желая вступать в прямую вооруженную конфронтацию с Израилем, активно использовала в качестве элемента давления на израильтян влиятельную в Ливане проиранскую шиитскую организацию «Хизбалла». Благодаря помощи Тегерана и Дамаска вооруженные формирования исламистов превратились в значительную силу, способную, как показала война 2006 г., оказать серьезное сопротивление израильской армии.

Постоянное, порой бесцеремонное вмешательство Сирии в ливанские дела, военная оккупация страны усиливали недовольство населения и многих политических деятелей Ливана. В сентябре 2004 г. Совбез ООН по инициативе США и Франции принял резолюцию 1534, предусматривавшую вывод из Ливана всех иностранных войск. САР и тогдашнее правительство Ливана отклонили этот документ, а в Дамаске не торопились с полным выводом войск. Ситуация резко изменилась в феврале 2005 г. в связи с убийством бывшего ливанского премьер-министра Р. Харири (Дамаск подозревают в соучастии в этом преступлении). После его гибели США и Франция в категорической форме потребовали от Сирии немедленного вывода войск из Ливана и полного прекращения вмешательства в его внутренние дела. У Дамаска не осталось возможностей для маневра и в апреле 2005 г. сирийские войска покинули Ливан. В отставку ушло просирийское правительство, а вскоре на парламентских выборах победу одержала прозападно ориентированная коалиция, что привело к резкому ухудшению двусторонних отношений. Возможности Дамаска воздействовать на ситуацию в Ливане уменьшились, но не на столько, чтобы говорить об уходе Сирии с ливанского политического поля.

Начавшийся в 2011 г. конфликт в Сирии, переросший в полномасштабную гражданскую войну с участием исламистских и террористических группировок, в том числе зарубежных, негативно отразился на ситуации в Ливане. Официально в Бейруте пытаются придерживаться политики нейтралитета в отношении сирийских событий, считая такую линию «разумной и необходимой». Однако стремление ливанского руководства не допустить превращения страны в «поле боя или базу подрывной деятельности против Сирии» не было, да и не могло быть практически реализовано. В итоге Ливан превратился в «территорию активного воздействия на Сирию».

Сирийский конфликт расколол ливанское общество на два враждебных лагеря. Один из них, во главе с «Хизбаллой», встал на сторону официального Дамаска. Другой лагерь, представленный политическими силами, ориентирующимися на Запад и КСА, поддерживает противников президента САР Б. Асада. При этом оба лагеря жестко конфликтуют друг с другом. Кризис в Сирии обострил «традиционную межобщинную напряженность» в Ливане. Прежде всего, речь идет об отношениях между двумя крупнейшими общинами страны – шиитской и суннитской. Сирийские события оказали крайне негативное воздействие на ливанскую экономику, вызвали ее стагнацию и падение ВВП, серьезные потери в доходах туристического сектора и рост внешнего долга. Растет безработица и бюджетный дефицит. На фоне ухудшения экономической ситуации все большую остроту приобретает проблема сирийских беженцев (до 1,5 млн человек, четверть населения страны), содержание которых требует огромных расходов. Ливанские власти принимают меры по ограничению приема сирийцев. Парламент Ливана принял специальный закон, который запрещает «постоянное расселение» беженцев в стране. Президент Ливана М. Аун предложил странам-членам СБ ООН профинансировать возвращение беженцев в Сирию, подчеркнув, что 80% территории соседней страны уже находится под контролем правительства и полностью безопасны. «Возвращение беженцев в Сирию обойдется мировому сообществу гораздо дешевле, чем их обустройство в Ливане», считает М. Аун.

Существен6но обострилась ситуация в сфере безопасности, возросла террористическая активность. В Ливане обосновались тыловые базы сирийских повстанцев. Страна стала перевалочной базой для боевиков, направляющихся в Сирию (в том числе граждан Ливана) и трафиком для доставки им оружия и различных видов снабжения. В то же время несколько тысяч боевиков «Хизбаллы» участвуют в боевых действиях в Сирии на стороне правительственной армии. С их помощью войска Асада смогли провести ряд успешных операций против сил оппозиционеров и экстремистов. К тому же боевики «Хизбаллы» восполняют острый дефицит живой силы, который испытывают ВС САР. Не менее важны и собственные интересы «Партии Аллаха», руководство которой отчетливо понимает, что в случае падения нынешней власти в Дамаске «Хизбалла» окажется наедине с могущественными и превосходящими силами противниками. Многие в Ливане считают участие «Хизбаллы» в сирийском конфликте причиной распространения войны на территорию страны. В 2015-2017гг. ливанская армия и вооруженные формирования «Хизбаллы», которые действовали преимущественно раздельно, не координируя тесно свои операции, смогли очистить территорию Ливана от боевиков «Исламского государства» и «Джабхат ан-Нусры» (обе группировки запрещены в России) территорию страны. К тому же изменение ситуации в Сирии в пользу правительственных сил сняли опасность распространения сирийской войны на Ливан.

После 2011 г. в силу понятных причин сирийское руководство ослабило свое внимание к Ливану, что привело к снижению влияния Дамаска на процессы, происходящие в соседней стране. В то же время в условиях усилившейся региональной и международной изоляции сирийского режима правительство САР стремится поддерживать добрососедские отношения с Ливаном как на официальном межгосударственном уровне, так и с различными ливанскими политическими силами. Сирийское руководство рассчитывает, что выход страны из международной изоляции или, по крайней мере, ее ослабление можно будет осуществить, в том числе, и за счет развития отношений с Ливаном. Главной опорой Дамаска в Ливане остается «Хизбалла». На Сирию во многом ориентировано и шиитское движение «Амаль» В целом благоприятную в отношении нынешних властей САР позицию занимает христианское Свободное патриотическое движение во главе с президентом Ливана М. Ауном. В то же время премьер-министр Ливана и лидер суннитского движения «Аль-Мустакбаль» С. Харири заявляет: «Мы никогда не допустим компромисса ни по поводу режима Башара Асада в Сирии, ни тех жестокостей, которые он совершил». Жесткими противниками Дамаска являются правохристианская партия «Ливанские силы» во главе с С. Джааджа и друзский лидер В. Джумблат.

В целом, как видится, «существует настоятельная потребность в налаживании взаимодействия между двумя странами, но в Ливане на этот счет нет единого мнения».

50.25MB | MySQL:89 | 0,876sec