К вопросу о соблюдении положений Аданского соглашения 1998 г. между Турцией и Сирией

По данным ряда турецких обозревателей, в основе обсуждений курдской проблемы и возможной турецкой военной операции в рамках последнего российско-турецкого саммита Москвы был вновь поднят вопрос о реанимации так называемого Аданского соглашения, как основного механизма обеспечения безопасности турецких границ от возможных проявлений курдского терроризма. В этой связи видимо есть смысл напомнить основные пункты этого соглашения.  Соглашение было достигнуто на фоне напряженных отношений между Турцией и Сирией в 1998 году, когда обе страны находились на грани войны. Турция пригрозила военными действиями, если Сирия продолжит укрывать лидера РПК А.Оджалана. Тогда, выступая на турецко-сирийской границе в сентябре 1998, тогдашний командующий турецкими Сухопутными войсками генерал Атилла Атеш заявил буквально следующее: «они (власти Сирии -авт.) распространили терроризм на Турцию, поддерживая бандита по имени Апо [Оджалан]. Поддерживающая РПК Сирия испытывает наше терпение. Турция будет иметь право принять все необходимые меры, если не получит того, чего она ожидает [от Сирии]». Когда политические лидеры Турции поддержали заявления генерала, и ситуация стала демонстрировать очевидные  признаки быстрой военной эскалации, вмешался Египет, который  выступил посредником между Турцией и Сирией. 17 октября  1998 года лидер РПК Оджалан был вынужден покинуть Сирию, после чего 19-20 октября состоялась встреча  между турецкими и сирийскими властями в южной провинции Адана. Соглашение в Адане было заключено после того, как министр иностранных дел Ирана Кемаль Харрази и министр иностранных дел Египта Амр Мусса выступили в качестве посредников этой встречи от имени своих президентов. По итогам этих консультаций тогдашний заместитель  министра иностранных дел Угур Зиял от имени турецкой делегации и начальник Управления политической безопасности генерал-майор Аднан Бада аль-Хасан от имени сирийской делегации подписали Аданское соглашение. Оно установило сотрудничество против террористической организации РПК, что стимулировало дальнейшую положительную динамику во всех областях двусторонних отношениях, включая политику, экономику, безопасность и культуру. Такое положение дел сохранялось  до 2011 года, когда Турция решила встать на сторону оппозиции против правительства Башара Асада. Аданское соглашение  было обновлено и расширено 21 декабря  2010 года, когда министр иностранных дел Сирии Валид Муаллем и тогдашний министр иностранных дел Турции Ахмет Давутоглу подписали новое соглашение о сотрудничестве против террористов и террористических групп. В соглашении содержится конкретная ссылка на соглашение 1998 года в Адане и говорится, что оно было направлено на расширение старого соглашения в целях улучшения координации действий по борьбе с терроризмом. Новая редакция  подтвердила сохранение существующих механизмов, которые были созданы в соответствии с протоколом Аданы. Соглашение было одобрено комиссией по иностранным делам парламента Турции 17 марта 2011 года. Р.Т.Эрдоган представил соглашение парламенту на утверждение в 9 февраля  2011 года после одобрения текста кабинетом министров.

Соглашение в основном упоминает РПК, но охватывает при этом все террористические группы, которые представляют угрозу для обеих стран, и обязывает Турцию и Сирию предотвращать вербовку, подготовку, финансирование, вооружение и пропаганду террористических групп. Оно охватывает обмен информацией, документами и разведывательными данными в целях пресечения деятельности террористических групп, предотвращения их незаконного пересечения границы и даже предусматривает проведение совместных операций по обеспечению безопасности в отношении террористических групп. Обе страны также согласились выдавать террористов  стране своего гражданства. Для контроля за ходом борьбы с терроризмом и ее координации был создан ряд подразделений. Турция и Сирия создали ряд механизмов и рабочих групп для координации сотрудничества в области безопасности, таких, как Комиссия по сотрудничеству в области безопасности, встречи в рамках военного диалога на высоком уровне и координация между пограничными командирами Соглашения предусматривало создание горячей линии и прямой канал связи между двумя старшими должностными лицами по вопросам безопасности с обеих сторон для решения текущих проблем. Обе стороны также договорились назначить двух специальных посланников при посольствах в Анкаре и Дамаске для наблюдения за выполнением соглашения и решения проблем в случае их возникновения. Была также достигнута договоренность о том, что Ливан должен быть включен в борьбу с терроризмом при условии согласия Бейрута. Турецкая сторона также предложила выстроить систему обеспечения эффективной реализации соглашения и пакет мер по укреплению безопасности, которые совместно с сирийскими властями. Дамаск также обязался принять необходимые меры для достижения конкретных результатов, отражающих обязательства, содержащиеся в соглашении. В соглашении конкретно указывается на угрозу, которую РПК и ее филиалы представляют для Турции с сирийской территории, а в статье 1 говорится, что «Сирия не допустит поставок оружия, материально-технической и финансовой поддержки и пропагандистской деятельности РПК на своей территории». Согласно второй статье соглашения, «Сирия признала РПК террористической организацией и запретила всю деятельность РПК и связанных с ней организаций на своей территории». Поэтому можно обоснованно утверждать, что соглашение также охватывает подразделения «Сил народной самообороны» (СНС), которые тесно аффилированы с РПК, и другие ее ответвления. В третьей статье говорится, что Сирия не позволит РПК создавать лагеря и другие объекты для подготовки и укрытия или осуществлять коммерческую деятельность на своей территории. В четвертой статье говорится: «Сирия не позволит членам РПК использовать Сирию для транзита в третьи страны».  Соглашение по 23 статьям имеет трехлетний срок с автоматическим продлением еще на три года, если письменное уведомление об отзыве не сделано за 90 дней одной из сторон. Ни Турция, ни Сирия не сделали никакого уведомления об отмене этого соглашения, хотя его реализация фактически приостановлена с 2011 года.

По оценкам экспертов, на сегодня Аданское соглашение 1998 года и обновленное Анкарское соглашение 2011 года о сотрудничестве в борьбе с терроризмом между Турцией и Сирией создают больше проблем для режима президента Реджепа Тайипа Эрдогана, чем для правительства Башара Асада. Особенно учитывая тот факт, что правительство Эрдогана вооружает и оказывает материально-техническую поддержку различным джихадистским группировкам в Сирии, таким как «Аль-Каида» и «Исламское государство» (обе организации запрещены в России), а также Свободной сирийской армии, которую Дамаск заклеймил как террористические организации. При этом в последние дни Р.Т.Эрдоган пытается оправдать присутствие турецких войск в Сирии и планы по военной интервенции положениями именно  Аданского соглашения. Собственно эту тенденцию Москва в полной мере уловила и использовала ее по полной  в рамках своих переговорных козырей. В частности, Анкаре было предложено в качестве основной меры по снятию ее обеспокоеностей в отношении курдской террористической угрозы использовать именно пункты соглашения Аданского и Анкарского соглашений, и тем самым Р.Т.Эрдоган попал в ловушку.  Такой сценарий  требует от Турции, как минимум, прекратить вооружать и спонсировать антиасадовские группировки.

В статье 1 Аданского соглашения говорится, что «Сирия на основе принципа взаимности не допускает никакой деятельности, которая исходит с ее территории и которая ставит под угрозу безопасность и стабильность Турции». Турция, безусловно, не выполняет свою часть, и эта статья вызывает серьезные претензии к Анкаре. Более того, сирийское правительство не имеет реального контроля над районами, где связанные с Рабочей партией Курдистана (РПК) группировки пользуются автономией при помощи США, Франции и Британии. При этом часть поставок курдам и воздушное прикрытие их операций  идет через воздушное пространство Турции по условиям соглашения, подписанного Турцией с США и другими союзниками по НАТО в рамках наступления против ИГ. Реанимация Аданского соглашения однозначно предусматривает  прекращение Анкарой поддержки групп джихадистов, которые воюют против Асада, и возобновление совместных операций по безопасности между турецкими и сирийскими правительственными силами. Таким образом, в Москве Р.Т.Эрдогану было предложен единственный внятный на сегодня алгоритм решения вопроса курдской угрозы в редакции Москвы и Дамаска. И это предложение Анкарой пока не принято, и вряд ли будет принято. Ровно по той причине, что в случае реанимации таких соглашений Анкара фактически признает факт законности пребывания Б.Асада у власти. Это позиция собственно была подтверждена заявлениями представителей турецкой стороны по итогам саммита в Москве. Позиции Турции и РФ в отношении политического урегулирования в Сирии совпадают, за исключением вопроса сохранения поста президента за Башаром Асадом. Об этом в эфире телеканала «А Хабер»  тогда заявил глава МИД Турции Мевлют Чавушоглу. «В вопросах политического урегулирования в Сирии у нас нет никаких разногласий с Россией, кроме как по вопросу о будущем Асада. Для нас человек, который стал причиной смерти миллионов людей, не может стать фигурой, которая объединит страну», — считает министр. Это с одной стороны означает, что Р.Т.Эрдоган не получил никакой поддержки со стороны Москвы планов своей военной экспансии на север Сирии. А с другой — отказ Анкары реанимировать Аданское и Анкарское соглашения теоретически дает право Дамаску отказаться в своей части от выполнения своих обязательств в рамках поддержки отрядов партии «Демократического союза» (ДС), о чем собственно сама постановка вопроса  в отношении Аданского соглашения очень прозрачно намекает.   Пока до этого в открытой форме не дошло, но предпосылки есть, как и прецедент такой поддержки правительственными силами курдов во время инцидента в Африне.  Курдские формирования «Сил народной самообороны» (СНС) ожидают, что в ближайшие дни они начнут переговоры с правительством Сирии. Об этом сообщил командир СНС Сепан Хамо 24 января. «Есть попытки провести переговоры… Настрой сирийского правительства был позитивным, — цитирует Хамо в четверг агентство Рейтер. — Мы считаем, они начнутся в ближайшие дни». Первый раунд переговоров между представителями арабо-курдских формирований «Сил демократической Сирии» (СДС, основу которых составляют отряды СНС) и Дамаска прошел 26-27 июля прошлого года. Тогда сторонам удалось достигнуть договоренностей о создании совместных комитетов по различным направлениям «с целью налаживания хозяйственной жизни в северных регионах и решения накопившихся там социальных проблем». В предварительном плане обсуждалась разработка «дорожной карты» по строительству «децентрализованной демократической Сирии». Рискнем предположить, что такие контакты в своей внятной форме могут быть стимулированы только по мере вывода американских войск из региона или в случае начала каких-то агрессивных проявлений турецкой военной экспансии в курдские анклавы на сирийской территории. При этом сам такой сценарий на сегодня маловероятен. И гарантий от него является позиция двух ключевых игроков на сирийском треке в лице Вашингтона и Москвы. Москва своими инициативами в отношении реанимации прежних соглашений по безопасности фактически отрезала путь Анкаре к проявлению какой-либо эффективной военной политики в Сирии. К тому же есть еще тема Идлиба и неудовлетворенность Москвы степенью и темпами реализации турками Сочинских соглашений по созданию демилитаризованной зоны в этой провинции. И эту обеспокоенность российская сторона подтверждает активизацией полетов своей авиации над зоной Идлиба, что пока носит характер разведки, но не без внятного намека туркам в отношении возможных перспектив развития ситуации.

52.78MB | MySQL:104 | 0,349sec