Ирано-иракские отношения и их освещение иранскими и арабскими экспертами. Часть 2

15-18 марта состоялся официальный визит президента Ирана Хасана Роухани в Багдад. В ходе визита президент ИРИ провел встречи и переговоры с президентом Ирака Бархамом Салихом, премьер-министром Аделем Абдель Махди, спикером парламента Мухаммедом аль-Халбуси, лидером блока «Аль-Фатх» и фактическим руководителем военных формирований «Аль-Хашед аш-шааби» Хади аль-Амири, лидером партии «Да’ава» и экс-премьером Ирака Нури аль-Малики, лидером партии «Аль-Хикма» аятоллой Аммаром аль-Хакимом и вице-президентом Ирака Айядом Аллауи. Однако наибольшим успехом Роухани иранские комментаторы считают его аудиенцию у фактического духовного лидера иракских шиитов великого аятоллы Али ас-Систани. Али ас-Систани занимает чрезвычайно важное место в политической системе Ирака, часто являясь арбитром в спорах различных политических группировок. А.ас-Систани проводит достаточно взвешенную политику, поддерживая сотрудничество как с иранцами, так и с американцами. Аятолла А.ас-Систани проводит достаточно самостоятельную политику и позволяет себе «дружить» далеко не со всеми иранскими руководителями. Так во время визита в Ирак в 2013 году предшественника Роухани Махмуда Ахмадинежада иракский аятолла не принял последнего. То, что Роухани удостоился приема у А.ас-Систани во-первых, поднимает его авторитет в политической элите Ирана, а, во-вторых, свидетельствует о том, что иракские руководители, прислушивающиеся к импульсам, исходящим от А.ас-Систани, не будут присоединяться к санкциям против ИРИ.

Иранскими экспертами и СМИ визит был оценен как чрезвычайно успешный. В то же время далеко не все иракцы разделяют это мнение. Иракский журналист Омар аль-Джаффаль опубликовал в газете  Asia Times статью под названием «Багдад помогает в противодействии американским санкциям против Ирана» (1). В ней иракский журналист анализирует суть Меморандума о торгово-экономическом сотрудничестве и других документов, подписанных в ходе визита Х. Роухани в Багдад. Иранцы, по мнению автора, добились ряда существенных успехов. Во-первых, иракское правительство ратифицировало соглашении о разграничению по реке Шатт эль-Араб. При этом основанная часть фарватера реки отошла к Ирану. Напомним, что проблема Шатт эль-Араб была давним камнем преткновения в ирано-иракских отношениях. Выгодное для Ирана разграничение было достигнуто благодаря Алжирским соглашениям 1975 года. Эти соглашения положили конец вражде между баасистским правительством Ирака и шахом Мохаммадом Реза Пехлеви. Иракское правительство делало Ирану территориальные уступки, а иранцы отказывались от поддержки курдских сепаратистов со своей территории. В 1973-1975 годах на территории Иракского Курдистана бушевала герилья, в ходе которой погибло 40 тысяч иракских военнослужащих. При этом боевики ДПК Мустафы Барзани получали от иранцев оружие вплоть до тяжелого вооружения. После того как в 1975 голу ирано-иракская граница была перекрыта, баасисты подавили курдское восстание в течение двух месяцев. Намерение пересмотреть навязанные Багдаду Алжирские соглашения послужило официальным предлогом для развязывания Саддамом Хусейном войны против Ирана в 1980 году. В 2003 году иракское правительство официально признало разграничение по реке в соответствии с договором, заключенным в Алжире. Однако этот документ, содержащий территориальные уступки Ирану, не ратифицировался вплоть до нынешнего визита Роухани.

Во-вторых, стороны подтвердили намерение увеличивать товарооборот, несмотря на американские санкции. Иранское и иракское правительства поставили целью увеличить товарооборот с нынешних 12 до 20 млрд долларов. По мнению Омара аль-Джаффаля, такой рост двусторонней торговли, сопровождающийся уменьшением иракских таможенных пошлин и поощрением импорта из Ирана, не в интересах иракцев. В настоящее время торговля между двумя государствами идет с явным профицитом в пользу Ирана. Иранский экспорт составляет 85% товарообмена. Дешевый иранский импорт не дает развиваться иракской промышленности. Если во времена Саддама Ирак выпускал собственный ширпотреб и продукты питания, то сейчас эта страна ничего кроме нефти и фиников не производит.

В-третьих, было подписано соглашение о безвизовых поездках граждан двух государств. По мнению автора, для Ирака это невыгодно. На территории этой страны, как уже было отмечено выше, расположены святые города шиизма: Неджеф и Кербела. Ежегодно их посещают пять миллионов иранских паломников. Ранее каждый из них посещал Ирак по визе, за которую платил 40 долларов. Итого получалось 200 млн долларов в год, неплохая прибавка к иракскому бюджету. Сейчас иракское государство такого бонуса лишилось. Есть, по мнению автора статьи и другие неоднозначные моменты в двусторонних отношениях. В ходе визита было достигнуто соглашение о строительстве железной дороги Басра-Шаламче, по которой, в том числе, иракская нефть будет транспортироваться в Иран. У некоторых иракцев это вызывает подозрения в том, что иракская нефть теперь будет  транспортироваться через иранские порты, а иракские портовые города Басра и Умм-Каср перестанут развиваться. В отношениях между двумя государствами есть и еще одна проблема. В последние годы резко возрос поток наркотиков из Ирана в Ирак. Все больше молодых иракцев отдаются наркомании, которая была практически неизвестна в этой стране еще 15 лет назад.

Иранский эксперт по проблемам Ближнего Востока Сабир Гуль Анбари убежден в том, что Ирак, сохраняя стратегическое партнерство с ИРИ, будет проводить многовекторную политику и развивать отношения также с арабскими государствами, в частности с монархиями Персидского залива. В своей статье «Ирак: сбалансированный подход к внешней политике» он обращает внимание на то, что наряду с визитом Хасан Роухани состоялись или состоятся визиты в Ирак делегаций из государств Персидского залива (2). Через три дня после возвращения Хасана Роухани в Тегеран состоялся визит в Ирак саудовской делегации во главе с министром торговли и инвестиций КСА Маджедом Касаби. Саудовский министр провел переговоры с премьер-министром Ирака Аделем Абдель Махди. Вскоре ожидается приезд в Ирак делегации из Катара во главе с министром торговли эмирата Хамадом аль-Кавари. Иранский аналитик пишет:

«Ясно, что Ирак, руководствуясь соображениями развития своей слабой экономики и привлечения инвестиций, будет развивать отношения со всеми государствами Ближнего Востока, балансируя между интересами трех блоков: оси сопротивления во главе которой стоит Иран, проамериканской арабской коалиции во главе с Саудовской Аравией и катарско-турецкого блока». Сабир Гуль Анбари отмечает, что развивать экономические отношения с государствами ССАГПЗ Багдаду может быть даже выгоднее, чем с Ираном. Иран предлагает Ираку свои товары и технические услуги своих компаний. В то же время монархии Персидского Залива предлагают инвестиции. В качестве примера он приводит строительство в Багдаде Городка Спорта, большого современного спортивного комплекса, которое финансируется КСА.

Однако, если в торгово-экономической сфере Ирак будет проводить разновекторную политику, то в сфере безопасности он все же будет координировать основные шаги с Тегераном. Об этом свидетельствует, в частности, тесная военная координация между Багдадом и Тегераном, на которую обращает внимание главный редактор газеты «Рай аль-Йаум» Абдельбари Атван (3). Он обращает внимание на встречу высокопоставленных военных руководителей Ирана, Ирака и Сирии, которая прошла 18 марта в Дамаске. В ней приняли участие министр обороны Сирии генерал Абдалла Айюб, начальник Генштаба вооруженных сил Ирана генерал Мохаммад Багери и начальник иракского Генштаба генерал Усман аль-Ганейми. На ней начальник иракского Генштаба отметил, что в ближайшее время будут открыты КПП на иракско-сирийской границе с тем, чтобы обеспечить нормальное передвижение граждан двух стран и товаропотоки между Ираком и Сирией. По мнению А.Атвана, речь на переговорах также шла о координации усилий ВС трех стран с целью помочь Дамаску восстановить контроль над северо-восточными районами САР, занятым в настоящее время курдскими вооруженными формированиями.

Таким образом, ирано-иракские отношения на современном этапе носят сложный  комплексный характер. Между двумя странами продолжает оставаться стратегическое партнерство, установленное в 2005 году после прихода к власти в Багдаде шиитских партий. Новое правительство Аделя Абдель Махди настроено п отношению Ирану еще более благожелательно, чем правительство Хайдера аль-Абади. Вместе с тем, иракская элита будет стараться проводить многовекторную политику и избавляться от односторонней зависимости от Ирана, особенно в экономической сфере.

 

 

  1. https://www.asiatimes.com/2019/03/article/baghdad-helps-offset-us-sanctions-on-iran/
  2. http://www.irdiplomacy.ir/fa/news/1982353/
  3. https://www.raialyoum.com/index.php
42.38MB | MySQL:87 | 0,831sec