Выборы мэра Стамбула: власть vs оппозиция – новый раунд борьбы. Часть 3

Жизнь в Турецкой Республике, в очередной раз, замерла в преддверии перевыборов мэра крупнейшего города страны – Стамбула, которые назначены на 23 июня с.г. Продолжаем разбор ситуации с точки зрения оппозиции.

Ситуация в Стамбуле вызвала большую обеспокоенность у крупного бизнеса страны, которая и была выражена устами руководства Ассоциации промышленников и предпринимателей Турции (TÜSİAD), вызвав редчайшую по своей остроте публичную отповедь президента страны Р.Т.Эрдогана.

На самом деле, упомянутая Ассоциация и так является очагом светской, прозападной, оппозиции, что и заставило руководство страны создать даже альтернативную, так называемую, Независимую ассоциацию промышленников и предпринимателей (MÜSİAD), а также превратить частную инициативу — Совет по внешнеэкономическим связям (DEİK) — в государственное ведомство, распоряжением сверху подчинив его Министерству экономики страны.

Более того, руководство страны приступило к тому, чтобы вычистить из названий всех местных НКО название «Турция» и прилагательное «турецкий», тем самым, подчеркивая, что эти структуры, в своей деятельности, не являются ни официальными представителями Турции, ни выразителями официальной точки зрения. Что также не вызвало у турецких НКО большого восторга, которых, на глазах, начали понижать в статусе.

Конечно же, TÜSİAD, по-прежнему, остается крупнейшим объединением страны и регулярно демонстрирует свой прозападный крен руководству страны, нередко заставляя его и публично реагировать. Но вот так, чтобы президент страны Р.Т.Эрдоган напрямую угрожал расследованиями экономической деятельности за критику руководства страны – такое припомнить сложно. А именно это произошло после развернутого выступления с трибуны TÜSAİD председателя правления известной турецкой компании «Anadolu Group» Тунджая Озильхана.

Вот это обстоятельство является индикатором одного – крайнего недовольства друг другом руководства страны и крупного бизнеса. Разумеется, за пределами ближнего круга, который очень легко очертить, просто посмотрев на названия подрядчиков строительства крупнейших инфраструктурных проектов страны, включая, к примеру, третий аэропорт в г. Стамбул, третий мост через Босфор и тоннель под ним же.

Но, представляется, что и у них тоже в голове творится «турецкая разворотливость». Вовремя «перевернуться», в зависимости от внешних обстоятельств, — это национальная черта турок и такое поведение в стране зазорным не считается. Напротив, оно расценивается как «рациональность» и способность извлекать для себя выгоду в любых, даже неблагоприятных обстоятельствах. «Не стоит прогибаться под изменчивый мир» — это спето не про турецких предпринимателей, за исключением, пожалуй тех, кто достиг уже вершин турецкого Forbes и теперь, не довольствуясь этим, являет стране свою гражданскую позицию и социальную ответственность. Но имея при этом запасной аэродром.

На самом деле, контракт между действующей властью и бизнесом, на глазах, трещит по швам. Суть этого контракта была проста – бизнес закрывает глаза на внешнюю политику Турции и на некоторые аспекты политики внутренней (в том, что касается, к примеру, религии, которую ПСР понесла не только в турецкие массы, но и в турецкие школы), а в обмен получает и внутриполитическую стабильность и внутриполитический рост.

И если крупному бизнесу ещё как-то удается «крутиться» за счет запасов и диверсифицированности – как в плане направлений деятельности, так и с точки зрения географии своей работы, то среднему и малому бизнесу, за исключением отдельных, самых востребованных отраслей, в условиях 2019 года приходится, в нынешней экономической ситуации в стране, откровенно несладко.

Так что, со стороны частного бизнеса все чаще раздаются голоса, что в нынешних экономических проблемах виновата нехватка демократии, проблемы в судебной системе и рост авторитаризма в стране, по образцу, Китая и России. То есть, на их взгляд, проблема носит именно системный, а не ситуативный характер – политическая система в стране перестала служить интересам экономического развития, как это было до сих пор. Впрочем, как частный бизнес указывает, у страны начались проблемы – не вчера, а «позавчера»: ещё в прошлом десятилетии текущего века.

Кроме того, крупный бизнес увидел реальность того, что США могут применить к Турции экономические санкции из-за покупки российских систем ПВО С-400. И даже, если они будут узконаправленными – по отношению к тем, кто имеет к сделке прямое отношение, то, все равно, результаты неизбежно заденут и «капитанов турецкой экономики».

Во-первых, потому что дальнейшее ослабление лиры одинаково ударит по всем. А любые даже секторальные санкции просто неизбежно «провалят» лиру, приведут к падению биржевых котировок акций турецких компаний и снижению различных рейтингов доверия к турецкой экономике. А это уже и про прямые иностранные инвестиции в страну, которые и так упали.

А, во-вторых, оборонно-промышленный комплекс – это одно из самых быстро развивающихся промышленных направлений в Турции и в него, в надежде на будущие «профиты», вложились очень многие частные холдинги страны. Достаточно отметить, что за 5-летний период ОПК Турции вырос на 170% — то есть, темпами несопоставимо более быстрыми, чем растет мировой рынок вооружений, да и, сам по себе, рынок вооружений Турции. Так что, санкции в отношении турецкого ОПК неизбежно ударят по интересам турецкого частного бизнеса. И рухнут турецкие надежды на то, чтобы Турция вошла в рейтинг стран – крупнейших мировых экспортеров вооружений и боеприпасов.

Для справки: Пока в списке ста крупнейших компаний мирового ОПК – лишь 4 представителя Турции, включая Aselsan (55-е место с доходом около 1,4 млрд долл., электроника), TAI (64-е место с доходом около 1,0 млрд долл., космос и авиация), Roketsan (96-е место с доходом около 376 млн долл., ракетные технологии), STM (97-е место – новичок списка, кибербезопасность и BigData, дроны и проч.). И сюда же можно, к примеру, ещё добавить производителя турецких беспилотных летательных аппаратов Bayraktar — компанию Baykar, поставивших за рубеж первые образцы своей продукции – в Катар и на Украину, в качестве пилотных проектов, которые должны им широко открыть зарубежные рынки сбыта.

Не будем преувеличивать роль оружейного лобби в Турции – оно только складывается, на фоне, допустим, оформившегося веса в США, России и прочих крупных мировых оружейников. Однако, в целом, влияние крупного турецкого бизнеса далеко выходит за рамки непосредственно осуществляемой ими экономической деятельности. Они не просто ведут «хозяйственную деятельность» — их клубы «по интересам» пытаются влиять не только на экономическую политику, но и на внутреннюю политику, вкупе с политикой внешней. Понятно, что с действующей властью в стране крупный бизнес сотрудничал и будет сотрудничать – другого выхода просто нет – однако, и это не является секретом, что бизнес «ищет глазами» альтернативу действующему руководству страны.

Нашел ли он её, до сих пор, в лице Народно-республиканской партии?

Совершенно очевидно, что точно не в лице главы партии Кемаля Кылычдароглу. Сгорел «на работе» и Мухаррем Индже, который грозил стать открытием президентских выборов прошлого 2018 года. Он не смог перехватить инициативу внутри Народно-республиканской партии и, не проявив должной скромности и уважения к своим коллегам, явно стартовал раньше времени. И Кемаль Кылычдароглу его просто «сплавил» подальше от больших дел. Понятно, что К.Кылычдароглу на президентских выборах в Турции шансов не имеет, однако, хорошо владеет искусством внутрипартийной интриги и прочно сидит в своем кресле.

В противоположность М.Индже, Экрем Имамоглу ведет себя по отношению к главе партии и к однопартийцам «конвенционально» и не «стартует». Тем более, в условиях объявленных перевыборов, ему предстоит подтвердить результат в Стамбуле, что будет сделать, по нашим оценкам, крайне затруднительно. В конце концов, на Стамбул сегодня направлено все внимание действующей власти Турции.

Какую же стратегию в этих условиях выберет оппозиция, чтобы одолеть власть в Стамбуле? Вот как смотрят на эту ситуацию турецкие эксперты.

Прежде всего, Народно-республиканская партия, очевидным образом, собирается строить свою кампанию через брендирование образа именно Экрема Имамоглу, а не его партии. Накануне, 20 мая, Э.Имамоглу выступал на турецком телевидении на канале CNN Türk и смотрелся очень хорошо. То, чего у него нельзя отнять – это его лощеный вид, хорошую речь и личное обаяние. С одной стороны, он – «интеллигент в очках», но при этом не смотрится ни «мягким», ни чрезмерно «жестким», а, скорее, «упругим».

Э.Имамоглу не уклоняется от дискуссии и от острых вопросов. Объясняет свою позицию по перевыборам: да, они, со своим избирательным штабом, знали с определенного момента, что в Стамбуле будут объявлены перевыборы. Однако, сознательно пошли на то, чтобы сыграть по этим правилам, видя в этом ответственную позицию и не горячась лишний раз, считая, что время, в данной ситуации в стране, работает на них, что, в качестве точки зрения, имеет, по нашим оценкам, право на существование.

Время – временем, но то, что образ уже Экрема Имамоглу начал работать на бренд Народно-республиканской партии, а не наоборот – отрицать сложно. Именно поэтому НРП говорит о кандидате Экреме Имамоглу, в первую очередь. А их оппоненты от партии власти, считая НРП якорем, который будет его тянуть вниз, в первую очередь, на первый план выводят тот факт, что их кандидат Б.Йылдырым конкурирует именно с «кандидатом от НРП». Партия власти пытается сделать из противостояния не соревнование между Б.Йылдырымом и Э.Имамоглу,  а между – правящей Партией справедливости и развития и оппозиционной Народно-республиканской партией. В лучшем случае, между Р.Т.Эрдоганом и К.Кылычдароглу. Нет сомнений, кто в таком формате состязания одержит верх, если избиратель будет выбирать не между кандидатами на выборах, а между председателями их материнских партий.

Народно-республиканская партия совершенно сознательно идет на то, чтобы избежать кампании, построенной на резкой риторике и на агрессии, в том числе, по отношению к оппонентам. Таким образом, следует считать, что внешне спокойное принятие перевыборов в Стамбуле – это сознательное решение, которое они просчитали предварительно. Опять же, посчитав, что от миролюбивой и инклюзивной риторики они только выиграют. Причем, не только в масштабах Стамбула, но и уже во всей стране – на следующих выборах. Если сработает эта модель в крупнейшем городе страны. Мы не раз говорили о том, что Стамбул – это Турция в миниатюре, на котором удобно отрабатывать избирательные технологии.

Парадоксальным образом, оба кандидата на выборах говорят о том, что их «обокрали»: об этом говорит и Бинали Йылдырым, у которого «украли» 16 тысяч голосов, а оставшаяся разница в 13 тысяч голосов является «крайне подозрительной». О том же самом говорит и Э.Имамоглу. Но тут – как раз тот случай, когда слова излишни: у выбранного в Стамбуле мэра, не прошло и нескольких недель, забрали его «мазбату» — удостоверение, подтверждающее его мэрские полномочия. Вопрос теперь заключается в том, кому из двух кандидатов удастся лучше апеллировать к совести избирателей. Иными словами, Народно-республиканская партия собирается сделать из совести избирателей фактор на выборах, указывая на «беспредел», допущенный Высшей избирательной комиссией страны.

Опять же, как можно видеть, Народно-республиканская партия «задвигает» на задний план различную культурологическую массовку, сопровождающую любые выборы, включая артистов и представителей бизнеса, которые должны были агитировать за Экрема Имамоглу. Как можно понять этот шаг, оппозиция считает, что теперь их кандидату достаточно будет говорить самому за себя.

Выражение «Все будет хорошо!», которое сильно смахивает на цитату из песни Верки Сердючки, произнесенное Э.Имамоглу, сначала стало в Интернете мемом, а потом, и вовсе, превратилось в слоган его выборной кампании. Впрочем, как известно, работы в Партии по созданию и по выдвижению нового слогана продолжаются. Поскольку, как шутят турецкие обозреватели, наблюдается схватка между теми, кто является сторонником идеи о том, что «все будет хорошо» и тем, кто считает, что «все будет очень трудно».

На фоне Э.Имамоглу, другим поддерживающим его оппозиционным лидерам придется несколько отойти на второй план, включая как председателя Народно-республиканской партии К.Кылычдароглу, так и председателя Хорошей партии Турции М.Акшенер. Впрочем, следует ожидать, что они будут, время от времени, появляться на специально запланированных совместных мероприятиях. Где неизбежно будет звучать мысль о том, что победа на выборах в Стамбуле – это шаг на пути к тому, чтобы создать новую страну.

Итак, подводим черту под нашим анализом положения оппозиции на предстоящих выборах.

Ситуация, естественно, складывается таким образом, что у власти – практически неограниченный ничем доступ к информации относительно того, кто и как проголосовал на выборах 31 марта с.г. Особенно, власть интересует явка избирателей, а также те избиратели, кто 31 марта проголосовал «несвойственным» для себя образом, то есть, голосуя обычно за действующую власть, в Стамбуле изменил свои предпочтения. Власть также делает ставку на то, что у Партии справедливости и развития – разветвленная сеть представительств в Стамбуле, что дает возможность проводить работу «лицом к лицу» с избирателями. Другим моментом является адресная работа с представителями различных слоев турецкого общества. И, наконец, власть не забыла про курдский вопрос – его на период до 23 июня, даже в контексте продолжающейся гражданской войны Сирии, власти придется немного притушить, избегая употребления слов «террористы» и «сепаратисты». Широко признано, что именно курды сделали выборы в Стамбуле для Народно-республиканской партии.

На этом фоне надежды Народно-республиканской партии на личный фактор Э.Имамоглу смотрятся менее «технократичными», а скорее «эмоциональными». Равно как и их попытка надавить на «жалость» и на «совесть» избирателей, которые должны добиться справедливого вердикта, после произвола, допущенного Высшей избирательной комиссией. Понятно, что в соревновании в дисциплине, у кого лучше получится надавить на жалость, победит именно Э.Имамоглу. А в плане технократичности подхода – кандидат от партии власти Б.Йылдырым.

Итак, перед нами схватка «эмоциональной атаки» и надежд на фактор Э.Имамоглу против полного владения информацией и политическими технологиями со стороны партии власти и Бинали Йылдырыма. И, в данном случае, второе имеет больше шансов на то, чтобы сработать. Уж больно с искушенными политиками и политтехнологами приходится иметь дело Э.Имамоглу и Народно-республиканской партии и уж больно высоки ставки в главном городе Турции Стамбуле, чтобы можно было рассчитывать на достижение два раза кряду одного и того же результата, при минимальной разнице в числе голосов между двумя кандидатами на первых выборах. Второго шанса Э. Имамоглу турецкая власть, скорее всего, не даст. Причем, не даст любым способом, каким бы Э.Имамоглу «симпатичным» ни был для турецкого избирателя.

43MB | MySQL:92 | 1,025sec