О проблемах развития военно-промышленного комплекса Турции

Крупнейший турецкий производитель авиационно-космической техники компания Turkish Aerospace Industry (TAI) впервые представит истребитель пятого поколения собственной разработки на 53-м Парижском авиашоу, которое пройдет в пригороде французской столицы Ле-Бурже в период с 17 по 23 июня. Об этом ТАСС сообщили в понедельник 13 июня в пресс-службе TAI. «В ходе Парижского авиашоу впервые будет продемонстрирован полноразмерный макет истребителя пятого поколения, разрабатываемого в рамках программы TF (Turkish Fighter Project). Таким образом, новейший боевой самолет, предназначенный для Вооруженных сил Турции, впервые будет продемонстрирован широкой публике», — сообщили в пресс-службе, отметив, что способность производить боевую авиацию пятого поколения является отличительной чертой мировых лидеров, таких как Россия, Китай и США. «Демонстрация новейшего истребителя показывает, что наиболее важный турецкий оборонный проект достиг новой точки развития», — цитирует пресс-служба слова генерального директора TAI Темела Котила. Источник в компании сообщил ТАСС, что в настоящее время работы над истребителем пятого поколения, который получил проектное обозначение TF-X (Turkish Fighter — X), находятся на уровне определения требований к самолету. «В настоящее время TAI определяет летно-технические характеристики разрабатываемого образца», — добавил он. Как отметили в пресс-службе, на авиашоу в Ле-Бурже также будет впервые представлен в полете турецкий боевой вертолет T129 ATAK. В этой связи отметим, что планомерное наращивание собственного потенциала ВПК Турции является приоритетной тенденцией в рамках соответствующей политики президента Р.Т.Эрдогана. Тем более, что он имеет к этому вопросу прямой корыстный интерес, о чем мы скажем ниже. Еще два года назад на фоне практически полной остановки действия турецко-израильского соглашения о сотрудничестве в области ВПК  Турция  заявила о рекордном росте своего оборонного экспорта. На тот период времени Анкара экспортировала продукции оборонного сектора на 1,7 млрд долларов и была намерена увеличить эту цифру до 5 млрд долларов в ближайшее время. Тогда  министр национальной обороны Турции Фикри Ышык заявил, что «наш экспорт оборонной продукции составил 1,7 млрд долларов, а благодаря заключенным в рамках IDEF 2017 контрактам и других работ в этой сфере мы в короткое время увеличим объемы до 5 млрд долларов. Турция теперь стала страной, которая сама производит и продает вооружения», — сказал министр.  Он тогда указал, что «к 2023 году страна намерена создать отечественный боевой самолет». «Мы также открыты в вопросах передачи технологий нашим союзникам. Уровень применения отечественных разработок и ресурсов в нашем вооружении превышает 60%, а нашей целью является 80%», — сказал он. Ышык добавил, что на данный момент Турция ведет переговоры с Пакистаном о продаже боевого корабля проекта «Мильгем» и продолжает работу над усовершенствованием ударного вертолета и основной армейской штурмовой винтовки. Министр также проинформировал, что на севере Турции в провинции Синоп «прошли успешные тестовые запуски ракеты «Бора»». «Так что Турция теперь в состоянии сама делать и ракеты», — сказал он. «Бора» является ракетой средней дальности (до 280 км) калибра 610 мм. Она разработана компанией «Асельсан» и оборудуется современными системами навигации, наведения и автоматического ведения цели. Сразу обратим внимание на один нюанс. Несмотря на все свои победные реляции Анкара испытывает самые серьезные проблемы с современными системами вооружения. Это стало очень очевидным прежде всего  в рамках проведения масштабной антикурдской операции на территории страны два года назад. Тогда турецкая армия столкнулась с жестким дефицитом противоминных автомобилей, систем разминирования, ударных вертолетов и авиабомб для использования в горных условиях. Если учесть, что  Брюссель фактически заблокировал  поставки такого снаряжения, турки сейчас либо пытаются заменить их собственными не вполне серьезными и конкурентноспособными аналогами, либо закупают их в республиках бывшего СССР и России. При этом производство собственных аналогов фактически целиком зависит от западных комплектующих. Это хорошо иллюстрируется историей проекта создания своего собственного ударного вертолета, который турки вознамерились продать пакистанцам. Поставка 30 турецких боевых вертолетов T129 АТАК Пакистану задержится не менее чем на полгода из-за нежелания Соединенных Штатов Америки своевременно поставить Турции силовые установки для этих винтокрылых машин. Об этом корр. ТАСС сообщил представитель турецкого секретариата оборонной промышленности SSM на международной выставке вооружений IDEAS в ноябре 2018. «Выполнение контракта на поставку Пакистану 30 единиц Т129, подписанного летом текущего года, существенно задерживается — не менее чем на полгода, при этом крайне возможны более длительные задержки поставок. Это связано с отказом США от своевременной поставки двигателей типа CTS800 для вертолетов «Атак»», — сообщил источник. По его словам, в настоящее время производитель T129, компания Turkish Aerospace Industries (TAI) тщательно изучает вопрос ремоторизации вертолетов. «Вероятно, «Атак» будет оснащаться двигателями западноевропейского производства. Рассматривается вопрос о применении китайских двигателей», — проинформировал источник. Вместе с тем речь об отмене контракта не идет. «Контракт на поставку 30 T129 Пакистану сохраняет свою силу, и мы будем добиваться его выполнения в полном объеме», — сообщил представитель SSM. Ранее источник ТАСС в компании TAI сообщил о том, что первые вертолеты могут быть поставлены пакистанской стороне в течение одного или двух лет. Таким образом, этот срок будет увеличен по меньшей мере на полтора или два с половиной года, подчеркнул представитель SSM. В этой связи отметим, что эту проблему не удалось решить о сих пор, а сама TAI находится в опале. Более того, последняя история с отказом США поставлять в Турцию свои самолеты F-35 в ответ на покупку российской ЗРС С-400 фактически ставит крест на такого рода планах. То же самое касается и ЕС, который сейчас фактически блокирует все поставки серьезных систем оружия и комплектующих в Турцию. И это обстоятельство, кстати, стало одной из причин, по которой Турция пошла на сделку по закупке С-400. Напомним, что четыре года назад турки под нажимом стран НАТО отказались от закупки  китайской системы ПРО в обмен на обещание поставок американского или европейского аналога. И это обещание осталось пустым звуком. То же самое касается и вопроса создания самолета ВВС «пятого поколения». Турция не обладает потенциалом для разработки и внедрения технологий такого уровня самостоятельно. Для этого нужны долгая история самолетостроения и соответствующая инженерная школа. Невозможно создать самолет «пятого поколения» без того,  чтобы до этого последовательно не создать все остальные поколения. В этой связи все эти разговоры можно смело отнести в большей степени к пропаганде.

Сказанное однако совершенно не означает того, что турки с подачи катарцев не пытаются создать какие-то скопированные в большей части элементы своего авиапарка. И в большей степени прогресс на этом направлении был достигнут турками в рамках производства своих беспилотников. На сегодня основной сферой их применения и обкатки стало небо Ливии. Именно в этой стране столкнулись сейчас в прямом противостоянии беспилотники, поставляемые ОАЭ ЛНА под командованием  Халифы Хафтара, и  турецкие аналоги в составе ВВС триполитанского правительства Ф.Сараджа. По данным ряда источников, Анкара недавно поставила несколько беспилотных летательных аппаратов Bayraktar TB2 властям в Триполи при  финансовой и политической поддержке Катара. Среднемагистральный беспилотный летательный аппарат большой дальности (MALE) может нести полезную нагрузку небольших ракет, таких как противотанковая ракета UMTAS, производства турецкой компанией Roketsan. Такие поставки стали возможными после того, как глава правительства национального согласия (ПНС) Фаиз Сарадж настойчиво попросил   Реджепа Тайипа Эрдогана в начале мая активизировать двустороннее оборонное соглашение Ливии с Турцией. В этой связи надо отметить, что наступательная операция, начатая ЛНА 4 апреля по захвату Триполи, привлекает все большее число иностранных держав не только с точки зрения чисто дипломатической поддержки, но и в рамках резкой интенсификации материальной-технической поддержки сторонам этого противостояния. Собственно первыми в эту гонку втянулись ОАЭ. Хафтар, войска которого самым серьезным образом затормозились в рамках своего поступательного наступления на Триполи, прямо обратился в конце апреля к Абу-Даби с просьбой помочь в рамках усиления его авиапарка. ОАЭ в этой связи  мобилизовала свои беспилотники Wing Loong 2, которые уже давно базируются в Восточной Ливии. Как сообщили французские источники, именно они  в период с 17 по 21 апреля они уничтожили ряд целей вокруг ливийской столицы с помощью китайских ракет LJ-7 Blue Arrow. По некоторым данным, для нанесения ударов также использовался  корабль ОАЭ, расположенный у побережья Триполи. Позже они атаковали базу ВВС в Митиге. Франция, которая давно поддерживает военные операции Хафтара, особенно в Бенгази и Дерне, играет более сложную роль. Париж без энтузиазма осудил его наступление, но два самолета, управляемые CAE Aviation, компанией, которая регулярно работала субподрядчиком для Службы внешней безопасности Франции DGSE, совершают постоянные разведполеты  над Триполи  с 4 апреля.  В этой связи Ф.Сарадж запросил срочной поддержки у Анкары и Дохи.  И он ее получил очень оперативно. Катар 30 апреля предоставил наличные средства министру обороны и внутренних дел правительства в Триполи Фатхи Бачаге для оплаты проправительственных ополченцев. Кроме этого, Доха оплатила ряд контактов на поставку турецкого и иранского оружия в Мисурату, а также гарантировала оплату контрактов наемников-иностранцев, которые сейчас пилотируют самолеты ВВС Триполи. Их, кстати, рекрутируют через ряд фирм-однодневок на Мальте.  28 апреля Фаиз Сарадж попросил президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана активизировать двусторонние оборонные соглашения двух стран. Собственно вал поставок оружия, который сейчас переправляется на катарские деньги турецкими кораблями в Мисурату является одним из основных столпов физической выживаемости режима в Триполи.  После недавнего развертывания в середине мая четырех турецких беспилотных летательных аппаратов Bayraktar TB-2 против сил Халифы Хафтара, осаждающих Триполи, Ф.Сарадж уже попросил доставить дополнительно еще пять. Начало операций с участием Bayraktar TB-2, которые дислоцируются в аэропорту Митига (Триполи) и на базе Академии ВВС Мисураты (основной аэродром ВВС Триполи), подтолкнуло Турцию уже к непосредственному участию в ливийском конфликте. Поскольку силы мисуратовцев не обучены использовать беспилотники, они контролируются сейчас турецкими операторами, базирующимися в Ливии. Некоторые из них были ранены во время удара ВВС ЛНА по аэропорту Митиги в мае. Тогда также были уничтожены два беспилотника Bayraktar TB-2.

В этой связи отметим, что эмиратские беспилотники в Ливии также эксплуатируются  иностранными, в том числе американскими и южноафриканскими операторами. При этом ОАЭ уже несколько лет, участвуя во всех крупных военных операциях в регионе — на Ближнем Востоке, в Йемене и Ливии, стремятся иметь собственную оборонные мощности, в том числе и в рамках получения прибыли от экспорта этой продукции, которая носит прежде всего антиповстанческую направленность.  Например, поддержка, которую  Абу-Даби оказывает Египту в Ливии и на Синае, дала возможность начать экспорт в АРЕ все тех беспилотников Wing Loong производства Chengdu Aircraft Industry Group (CAIG). Эти беспилотники, которые являются неплохой копией  американского дрона Reaper фирмы General Atomics, сначала были скопированы китайцами   (так называемый дрон Loong), а затем были уже проданы ОАЭ. Эти аппараты оснащены средствами разведки, наблюдения и разведки (ISR), закупленных ОАЭ через подставные фирмы из ЮАР у Израиля и того же Китая.  С помощью в основном южноафриканских инженеров Абу-Даби приобрел и собственный опыт в области беспилотных технологий через компанию Abu Dhabi Autonomous Systems Investments (ADASI). Абу-Даби пользуется значительной свободой передвижения на экспортном рынке, поскольку вся его стратегия основана на увеличении своего потенциала без использования прямых контрактов с США, на которые распространяются международные правила торговли оружием. ОАЭ развернули в Ливии эти беспилотники еще два года назад, которые они адаптировали и интегрировали на местном уровне. Помимо этого там же базируются  боевые самолеты, которые были переделаны из самолетов сельскохозяйственной авиации.  По рекомендации главного консультанта ОАЭ по вопросам безопасности основателя ЧВК Blackwater Эрика Принса,  эмиратские компании (прежде всего Northstar Aviation) еще пару лет назад  стали специализироваться на милитаризации таких вертолетов и самолетов, значительная часть  которых сегодня развернуты в Ливии.

В этой связи отметим, что поставки турецких беспилотников в Триполи сейчас, — это по сути ответ Анкары и Дохи на эти вызовы.  И очень примечательно, что эмиратские изделия делаются на мощностях, тесно аффилированных с семьей наследного принца Абу-Даби, а их турецкие аналоги фактически являются  «семейным беспилотником» Р.Т.Эрдогана. Bayraktar TB-2 производится турецкой компанией «Байкар Макина». Компания, основанная инженером Оздемиром Байрактаром, изначально специализировалась на  автомобильной промышленности. Однако в последние несколько лет она быстро заняла видное место в авиационной промышленности благодаря некоторым крупным контрактам со стороны турецкого правительства. Сын О.Байрактара Сельчук Байрактар специализируется в основном на таких контрактах и женат на дочери президента Реджепа Тайипа Эрдогана Сумейе Эрдоган, которая выступает в качестве политического советника своего отца. Bayraktar TB2, мощности которого сопоставимы с американским беспилотником Reaper (и фактически является его калькой), был разработан в 2009 году при финансовой поддержке  департамента промышленности Министерства национальной  обороны Турции (SSM). Изначально Baykar Makina сотрудничала с двигателестроительным конгломератом Kale Group. Турецкий партнер компании Pratt & Whitney (дочерней компании United Technologies США и британского Rolls-Royce), Kale в какой-то момент стал основным местным партнером США в рамках покупки F-35 для турецких вооруженных сил. Однако нынешние разногласия между  США и Турцией пока поставили на этом контакте «крест», что не мешает этой фирме продолжать воровать технологии для производства беспилотников через своих американских компаньонов. Первоначально разработанный как простой тактический наблюдательный беспилотник, Bayraktar TB2 может нести оружие, и с 2015 года он был развернут в Сирии и применялся в турецких военных атаках против курдских боевиков из Рабочей партии Курдистана  (РПК) и  сирийских курдов. На сегодня Вооруженные силы Турции имеют парк из более чем 60 Bayraktar TB2,  турецкая полиция также имеет несколько экземпляров, которые используются в основном для разведки. Катар, союзник Турции, заказал шесть беспилотников для своего Центра разведки и наблюдения (RSC), возглавляемого Халидом бен Ахмадом аль-Кувари. Некоторые были поставлены в начале этого года. Незадолго до окончания президентом Украины П.Порошенко срока своих полномочий в апреле с.г. Украина также заказала двенадцать Bayraktar TB-2, но теперь судьба этого контракта оказалась под вопросом. Интересно, что ОАЭ несколько лет назад вели переговоры о приобретении технологий дрона MALE Аnкa, который  разрабатывала турецкая Turkish Aircraft Industries (TAI). Эта структура исторически была ближе к турецкой армии, чем к кругу Эрдогана, и является мажоритарной собственностью турецкого фонда Вооруженных сил. Но все эти контракты были  остановлены, когда Саудовская Аравия, ОАЭ, Египет и Бахрейн разорвали дипломатические отношения с Катаром и ввели против него сухопутную, морскую и воздушную блокаду в июне 2017 года. Это момент был использован кланом турецкого президента для того, чтобы оттеснить армию от разработки дронов и передать все эти проекты в ведение своей «семейной» фирмы.

В любом случае говорить серьезно о какой-то технологической революции в ОАЭ и Турции в рамках их соревнования в производстве дронов и самолетов очень рано. Что касается беспилотников, то это обычные американские изделия уже не очень первой свежести, которые сейчас фактически соревнуются друг с другом в небе Ливии. Причем, как видится, с большим перевесом в эффективности именно эмиратских аналогов. И дело в данном случае не в технологических преимуществах, а в опыте операторов этих беспилотников. Американские и южноафриканские операторы безусловно имеют больший опыт использования именно ударных дронов. К тому же, судя по всему, на Хафтара работают французские субподрядчики с точки зрения проведения разведывательных полетов в Триполи с передачей ему координат целей. Интересно в этом сценарии и еще один момент: на примере нынешних боев под Триполи происходит фактически прямое боестолкновение эмиратских и турецких военных, что в новейшей истории случилось, пожалуй, впервые.

51.9MB | MySQL:109 | 0,363sec