К развитию дипломатического противостояния Ирана и США. Часть 1

Последняя декада мая демонстрирует новые тенденции в ирано-американском противостоянии, развивающемся в регионе Персидского залива на протяжении двух месяцев. При этом, несмотря на некоторые опасные тенденции, ирано-американский конфликт переходит в вялотекущую фазу, приобретая черты «войны на истощение». Одновременно после краха американских надежд на то, что Иран склонится под давлением Вашингтона и пойдет на значительные военные и политические уступки, обнаруживается отсутствие  у команды президента Д.Трампа «плана Б», что заставляет американцев предпринимать все более абсурдные и нелогичные шаги.

Развитие нынешней политической и дипломатической ситуации предопределили три события: отказ Ирана в середине июня с.г. от части обязательств, принятых по выполнению СВПД, падение американского самолета-беспилотника, сбитого силами ПВО КСИР и американские санкции, введенные против ряда высших руководителей ИРИ. В середине мая  2019 года Высший совет национальной безопасности (ВСНБ) Ирана по существу выдвинул ультиматум европейским государствам ЕС, подписавшим СВПД о том, что если в случае 60 дней они не вернутся в полном объеме к соблюдению своих обязательств, касающихся ядерной сделки, иранская сторона также пересмотрит свою позицию.  Похоже, терпение иранцев иссякло. 17 июня пресс-секретарь Организации по атомной энергии Ирана Бехруз Камальванди объявил иностранным журналистам о том, что ИРИ увеличивает производство низкообогащенного урана на заводе в Натанзе свыше 300 килограмм. Согласно положениям СВПД, Иран не должен до 2031 года производить более 300 килограмм обогащенного урана на этом предприятии. Одновременно уровень обогащения урана не должен превышать 3,67%. Камальванди объявил о том, что иранская сторона ждет реакции европейцев. «В течение года мы придерживались стратегического терпения, а затем два месяца ждали реакции европейцев», — сказал Камальванди. Иранский представитель добавил, что данные акции ИРИ осуществлены в соответствии со статьями 26 и 36 СВПД. Статья 26 Соглашения постулирует, что Евросоюз «будет воздерживаться от нового введения или возвращения санкций, снятых данным Соглашением», а статья 36 предусматривает, что «США по доброй воле предпримут все усилия по соблюдению СВПД». Камальванди также отметил, что Иран активизирует свою ядерную программу. Существует два сценария повышения обогащения урана: до 5% для нужд АЭС в Бушере или до 20% для нужд Исследовательского центра в Тегеране.

Одновременно иранские официальные лица отмечают бесполезность каких-либо переговоров с США без выполнения ими и Евросоюзом обязательств по СВПД в полном объеме. Советник президента ИРИ Хисамеддин Ашна написал в своем Твиттере: «Мы не ищем войны и не заслуживаем санкций. Но мы рассматриваем санкции как две стороны одной монеты. Американские заявки на переговоры без предварительных условий с продолжающимися санкциями и угрозами неприемлемы. Если вы хотите чего-то большего, чем СВПД, вы должны нам предоставить льготы, большие, чем это предусматривает СВПД и под международными гарантиями».

Одновременно резко обострилась ситуация в Персидском заливе после того как силы ПВО КСИР 20 июня сбили над иранской территорией разведывательный самолет-беспилотник США Global Hawk-4. Данный инцидент чуть было не привел к развязыванию большого военного конфликта между США и ИРИ. Командующий КСИР генерал Хосейн Салами отметил по этому поводу, выступая в Иранском Курдистане: «Сегодня аэрокосмические силы КСИР смело сбили шпионский самолет, который проник на нашу территорию и угрожал нашей национальной безопасности. Границы являются нашей красной линией, и враг, нарушающий их должен понимать, что он не вернется назад, и будет уничтожен. Единственный приемлемый путь для нашего врага – уважение нашего суверенитета и наших национальных интересов». Постоянный представитель Исламской Республики при ООН Маджид Тахт Раванчи на имя генерального секретаря этой организации Антониу Гуттериша письмо, в котором обвинил США в агрессивных действиях против его страны и просил международное сообщество оградить Иран от американских посягательств. Таким образом, иранская дипломатия перехватила инициативу в конфликте с американцами.

Впрочем, сами американцы утверждают, что самолет был сбит не над иранской территорией, а над нейтральными водами. Впрочем, власти США имеют большой опыт подобных провокаций. Стоит вспомнить, например, инцидент в Тонкинском заливе в 1964 году, который повлек за собой войну во Вьетнаме или иранский пассажирский самолет Airbus A300, сбитый ракетой «земля-воздух» с американского крейсера Vincennes, в результате чего погибли 299 пассажиров, включая 66 детей. В последнем случае американская сторона упорно отрицала причастность своих военных к гибели самолета. Тогдашний вице-президент США Джордж Буш-старший заявил в 1988 году: «Я никогда не извинюсь перед Ираном. Я не из тех парней, которые все время извиняются, что бы ни сделала Америка». Только в 1996 году США по приговору Международного суда выплатили семьям пострадавших в результате этого нападения компенсацию в размере 131,8 млн долларов.

Реакция президента СЩА Дональда Трампа на акцию иранских ПВО свидетельствует о его нежелании ввязываться в затяжной военный конфликт с Ираном. Президент США заявил о том, что отменил военный удар по Ирану за десять минут до его предполагаемого начала. Отчасти его подвигло на этот шаг то, что иранцы воздержались сбивать американский военный разведывательный самолет с военнослужащими на борту, летевший рядом с беспилотником. Согласно информации газеты New York Times, Совет национальной безопасности США раскололся по поводу того, стоит ли наносить удар по Ирану.  За бомбардировку объектов в ИРИ выступили помощник президента США по национальной безопасности Джон Болтон, госсекретарь Майк Помпео и директор ЦРУ Джина Хаспел. В то же время военные из Пентагона отговаривали президента США от данного шага, ссылаясь на неготовность американских вооруженных сил к широкомасштабной войне с Ираном. В этом проявился определенный политический ум Трампа. Он осознал, что, во-первых, война с Ираном является рискованным предприятием, победа может быть достигнута только очень дорогой ценой и разрушит его президентство. Во-вторых, в отличие от операции «Буря в пустыне» 1991 года и американской агрессии против Ирака в 2003 году США будут вести эту войну практически без союзников. Даже для Саудовской Аравии и ОАЭ, до последнего момента подстрекавших Вашингтон к удару по ИРИ, возникновение крупного вооруженного конфликта в Заливе невыгодно. Франция открыто выступила против предполагаемого американского нападения на Иран. Против этой акции выступает и значительная часть американского общественного мнения. Симптоматичными здесь явились выступления на СNN бывшего советника по национальной безопасности в администрации Джорджа Буша Стивена Хэдли и бывшего посла Франции в Вашингтоне Жерара Аро.

Несмотря на это, опасность эскалации конфликта сохраняется. Во-первых, с обеих сторон имеются «ястребы», заинтересованные в его разжигании. Во-вторых, когда две мощные в военном отношении страны балансируют на грани войны, любая случайность может оказаться искрой, которая приведет к пожару. Политика Трампа в отношении Ирана не отличается ни ясностью, ни связностью, ни логичностью. Оказание «максимального давления» на эту страну, кажется, стало самоцелью. Ведь основные цели давления: склонить Иран к капитуляции и принятию всех требований США либо сменить исламский режим в этой стране оказались недостижимыми.

43.52MB | MySQL:92 | 1,158sec