Израильские эксперты о переговорах по морской границе между Израилем и Ливаном

Между Израилем и Ливаном была достигнута договоренность о продолжении переговоров по разрешению спора о демаркации морской границы. Этот вопрос стал более актуальным после открытия запасов газа в Средиземном море и заинтересованности обеих стран в максимизации экономических выгод от его добычи. До сих пор все попытки посредничества потерпели неудачу, даже когда в последнем раунде переговоров (2011-2012) Израиль согласился с предложенным компромиссом, по которому большая часть (в пропорции 55:45) оспариваемой площади (860 кв. км) предоставлялась Ливану. Ливанское руководство не ответило на эту уступку. Нынешнее согласие Бейрута о ведении переговоров основывается главным образом на сложной экономической ситуации в стране.

Эксперты Института исследования национальной безопасности Тель-Авивского университета (INSS) не сомневаются в том, что для такого решения правительства в Бейруте потребовалось согласие ливанской шиитской организации «Хизбалла», которая также сталкивается с финансовыми трудностями и ожидает свою долю дивидендов от добычи газа. Похоже, что помимо экономической выгоды соглашение между странами будет иметь дополнительные положительные последствия, но на данном этапе все еще остаются вопросы[i].

В рамках региона, если будет достигнуто соглашение, можно было бы рассмотреть четырехстороннее сотрудничество между Израилем, Ливаном, Кипром и Египтом для продвижения региональной транспортной системы из Восточного Средиземноморья в Европу. В любом случае, несмотря на общую заинтересованность в решении проблемы, Израилю предстоят сложные переговоры с теми или иными последствиями для национальной безопасности.

Переговоры между Израилем и Ливаном о демаркации морской границы между двумя странами должны начаться в ближайшие недели. Соответствующая договоренность была достигнута после интенсивных усилий помощника госсекретаря США Дэвида Саттерфилда. Было решено, что переговоры пройдут на базе дислоцированных на юге Ливана миротворческих сил ООН (ЮНИФИЛ) в Эн-Накуре, на границе Израиля и Ливана. В связи с тем, что Ливан выступил против американского посредничества, США будут участвовать в переговорах только в качестве содействующей стороны.

Конфликт между Израилем и Ливаном касается треугольной территории в Средиземном море площадью 860 кв. км и является результатом спора о методе демаркации: Израиль отмечает границу так, что она проходит под углом 90 градусов к его сухопутной границе, в то время как Ливан отмечает ее как продолжение своих сухопутных границ. Проблема приобрела большую актуальность и переросла в открытый конфликт после открытия месторождений природного газа в Средиземном море. Бейрут, который хотел приступить к газовому бурению у своего побережья, десять лет назад представил ООН демаркацию морских границ, по которой оспариваемый район обозначался исключительной экономической зоной Ливана. Израиль, который расценил это как нарушение своих прав, также представил ООН свою версию демаркации границ.

Две страны явно заинтересованы в достижении соглашения о морской границе между ними, главным образом по экономическим причинам. В 2011 году Израиль попросил США выступить в качестве посредника и помочь в достижении соглашения с Ливаном. Израиль стремился не обсуждать этот вопрос на основе Совместной военной комиссии, учрежденной по резолюции 1701 Совета Безопасности ООН, принятой в конце Второй ливанской войны (2006 год), в рамках которой Ливан требовал одновременного обсуждения вопросов, связанных с установлением сухопутных и морских границ[ii]. Более того, Израиль выступал и продолжает выступать против роли ООН в определении своих границ, в том числе морской границы, отчасти потому, что он не подписал Конвенцию ООН по морскому праву. В непрямых переговоров, которые прошли в 2011-2012 годах, Израиль согласился на предложенный компромисс по демаркации морской границы, делая уступки Ливану и предоставляя ему большую долю спорной территории (в соотношении 55:45), но до сих пор Ливан не ответил на это предложение.

Спор с Израилем замедлил развитие ливанской газовой промышленности. Хотя иностранные компании выиграли тендеры на разведку, в том числе в спорном районе, они быстро объявили об отказе вести там работы. Нынешнее согласие ливанского правительства на возобновлении переговоров, и на этот раз прямых, стало возможным благодаря формированию ливанского правительства в начале этого года. Но, по-видимому, основной причиной являются серьезные экономические трудности Ливана. Согласно кредитному рейтингу Moody’s за 2018 год, Ливан находится на третьем месте среди стран с самым высоким долгом, который составляет 140% ВВП[iii]. В прошлом месяце правительству Саада Харири удалось утвердить «бюджет строгой экономии» на 2019 год. Однако еще до утверждения его парламентом, бюджет вызвал протесты в стране из-за сокращения зарплат государственным служащим и выплат военным пенсионерам, а также из-за ожидаемого повышения налогов. Израильские эксперты предполагают, что этот бюджет будет по-прежнему дефицитным и не приведет к значительному изменению экономической ситуации в Ливане. По оценкам Moody’s, к 2023 году долг Ливана увеличится до 155% ВВП.

Более того, отмечают израильские эксперты, позиция «Хизбаллы»  в этом вопросе изменилась, поскольку вряд ли правительство Ливана согласилось бы на переговоры без одобрения генсека шиитской организации Хасана Насраллы. Возглавляемая им военно-политическая организация значительно усилилась по результатам последних парламентских выборов в Ливане и в настоящее время является ведущей и влиятельной силой в правительстве. Руководство «Хизбаллы» ожидает экономической выгоды для Ливана от продолжения разработки месторождений природного газа в море, и, что более важно, дивидендов для самой организации на фоне своих экономических трудностей. Они стали результатом увеличения расходов «Хизбаллы» в связи с участием в войне в Сирии и сокращения доходов из-за американских санкций против поддерживающего ее Ирана, а также прямых санкций, наложенных на саму организацию. Изменение в позиции руководства «Хизбаллы» увеличивает шансы на подписание соглашения с Израилем, поскольку участие организации в ливанском правительстве также заставляет ее учитывать национальные интересы Ливана, которые в значительной степени определяют ливано-израильские отношения. Однако в любом случае ожидаются сложные переговоры, поскольку Бейрут, вероятно, потребует больше того, что им предлагалось в прошлом, что не является достаточной причиной для того, чтобы Израиль согласился на другую формулу, отличную от уже представленной в прошлом.

Израиль начал разведку газа в Средиземном море 20 лет назад. Огромные инвестиции в нанесение на карту потенциальных запасов, оценку их экономической ценности, начало разведочного бурения и создание инфраструктуры для добычи и транспортировки газа в Израиль оказались оправданными, когда израильская экономика начала переходить на источник энергии, который дешевле и чище нефти и угля. Сегодня в Израиле более двух третей электроэнергии производится из природного газа, и помимо прочих преимуществ перед другими источниками энергии, доходы от добычи газа обогащают государственную казну. Урегулирование конфликта с Ливаном не изменит поставки природного газа в Израиль, так как существующих объемов достаточно для удовлетворения внутренних потребностей страны даже в долгосрочной перспективе, включая выполнение контрактов на поставку газа за пределы Израиля, как, например, в Палестинскую национальную администрацию (ПНА), Иорданию и Египет.

Разрешение ливано-израильского конфликта будет иметь стратегические последствия в отношениях с Ливаном и в региональном контексте. Ключевой вопрос: послужит ли достижение соглашения стимулом для «Хизбаллы» сохранить спокойствие вдоль границы с Израилем? Учитывая ливанскую политическую реальность, предполагают израильские эксперты, каждому из участников на этой арене, в том числе и шиитской организации, была обещана доля в ожидаемых доходах от продажи газа. Некоторые также утверждают, что с ростом контроля «Хизбаллы» над правительством Ливана усилило ее чувство ответственности за ливанское государство. Все эти соображения, помимо других трудностей, могут заставить Х.Насраллу сохранять спокойствие на границе с Израилем.

В региональном контексте, если будет достигнуто израильско-ливанское соглашение, обе страны могут совместно изучить возможность создания региональной газотранспортной системы из Восточного Средиземноморья в Европу (важный потенциальный рынок для газа из Восточного Средиземноморья) с участием Египта и Кипра. Существует три основных варианта транспортировки газа в Европу: установки сжижения газа в Египте и/или на Кипре и оттуда отправка на танкерах в европейские порты; строительство трубопровода из Восточного Средиземноморья в пункт назначения в Европе; и относительно короткий трубопровод, который будет соединяться с трубопроводной системой в Турции для поступления, как на турецкий рынок, так и дальнейших поставок в Европу. Высокая стоимость каждой из этих альтернатив потребует от всех стран Восточного Средиземноморья согласия на совместное использование транспортных систем для оправдания инвестиций, которые поступят из других регионов.

Соглашение о демаркации морской границы является одним из важнейших, но не единственным шагом для начала операций по разведке и добыче газа в спорном районе. Вероятно, что газ, разведанный в этом регионе, станет частью месторождения, границы которого будут отклоняться от границ района, определенного в соглашении. Если проблема демаркации границы будет решена, то Израилю и Ливану потребуется заключить договор о централизованной эксплуатации (соглашение о разделе прибыли от производства в этом регионе), подписание которого также может быть отложено из-за спора между сторонами. Ливан и Израиль могут избежать задержки, если они согласятся доверить технико-экономическое решение по этому вопросу компаниям, которые будут иметь права по обе стороны согласованной границы, при этом они оставят за собой право одобрить такое соглашение.

В любом случае, несмотря на общую заинтересованность в достижении соглашения, впереди сложный комплекс переговоров, который потребует соответствующей подготовки с израильской стороны. Учитывая сложность этого вопроса и широкие последствия этих переговоров для национальной безопасности Израиля, эксперты INSS рекомендуют назначить межведомственную переговорную команду. Эта группа должна быть аналогичной тем, которые были созданы до переговоров с палестинцами (до саммита в Кемп-Дэвиде в 2000 году и Аннаполисе в 2007-2008 гг.), и возглавляться руководителем высшего звена с опытом ведения переговоров на таком уровне. Создание такой команды тем более необходимо в свете привязывания Ливаном вопроса об определении морских рубежей с вопросом о сухопутной границе. Все эти вопросы находятся в ведении различных министерств и требуют взаимодействия сторон с органами безопасности и политическими ведомствами. Таким образом, первая часть переговоров по вопросу о демаркации морской границы должна возглавляться Советом национальной безопасности и министерством иностранных дел и включать экспертов-картографов, а вторая часть процесса – после достижения договоренности о демаркации границ – должна включать экспертов в области экономики и энергетики.

[i] The Negotiations between Israel and Lebanon on the Maritime Border // INSS. 24.06.2019 — https://www.inss.org.il/publication/negotiations-israel-lebanon-maritime-border/?offset=2&posts=2196

[ii] Резолюция 1701 (2006) — https://undocs.org/ru/S/RES/1701(2006)

[iii] Moody’s downgrades Lebanon’s rating to Caa1, changes outlook to stable -https://www.moodys.com/research/Moodys-downgrades-Lebanons-rating-to-Caa1-changes-outlook-to-stable—PR_393771?cy=easterneur&lang=ru

42.97MB | MySQL:89 | 2,444sec