О некоторых итогах парламентских выборов в Алжире

Сохранение позиций трех партий, входящих в правительственную коалицию, стало главным итогом парламентских выборов, состоявшихся в Алжире 17 мая. Другим важным итогом стало очевидное поражение национал-консервативного Фронта национального освобождения /ФНО/, который отныне имеет в Национальной народной ассамблее /ННА — нижняя палата алжирского парламента/ лишь 136 мандатов. В парламенте предыдущего созыва ФНО имел 199 мест.

Заметно улучшило позиции Национальное демократическое объединение /НДО/ — самая светская по духу партия из числа входящих в правительственную коалицию, которая традиционно играет в ней роль внутренней оппозиции. НДО увеличило свое представительство с 47-ми до 62-х мест. Вместе с третьим участником правительственной коалиции — исламистским Движением общества мира /ДОМ/ — они сохранили абсолютное большинство в ННА — 249 мест. Что касается исламистов, то их представительство также немного выросло — 51 место по сравнению с 38-ю местами в парламенте прежнего созыва.

Но сначала — несколько слов о самих выборах — третьих после аннулирования итогов 1-го тура выборов 1991 года, победу в котором одержал ныне запрещенный Исламский фронт спасения /ИФС/. Они проходили на достаточно сложном фоне, обусловленном резким повышением террористической активности организации «Аль-Каида в странах исламского Магриба» /АКМ — бывшая Салафистская группа проповеди и джихада/.

Сама АКМ, проберберский оппозиционный Фронт социалистических сил /ФСС/, а также «исторические» лидеры ИФС — каждый по своим собственным мотивам — призвали алжирцев бойкотировать выборы. По этой причине, а также в связи с общими настроениями безразличия в алжирском обществе, вызванными пониманием невозможности изменить существующий порядок вещей, заранее ожидалось, что алжирцы проголосуют главным образом «ногами». Стоит напомнить, что в предыдущих выборах 2002г. в голосовании приняли участие всего 46 проц. избирателей.

Еще одной особенностью выборов стало участие в них светской проберберской партии Объединение за культуру и демократию /ОКД/. Выборы 2002г. ОКД бойкотировало в знак протеста против репрессий, которые алжирские власти обрушили в 2001г. на участников массовых выступлений берберов в Кабилии.

Пропрезидентский альянс в ходе избирательной кампании своей визитной карточкой сделал результаты, достигнутые в деле реализации политики национального примирения. Ее творцом выступил президент Абдельазиз Бутефлика. По официальным данным, после вхождения в силу одобренной на референдуме Хартии национального примирения, на свободу вышли около 2,2 тысяч исламистов, ранее осужденных по делам, связанным с терроризмом. Еще 300 боевиков, добровольно сложивших оружие, были помилованы.

Среди участников пропрезидентской «тройки» особую позицию в отношении Хартии занимал лишь НДО. Несмотря на «успехи» в деле реализации политики национального примирения, его лидер Ахмед Уяхья призывал накануне выборов к «бдительности» и требовал «ликвидации» еще остающихся террористических формирований. «Я есть и останусь терминатором /так в Алжире называют сторонников жесткого подавления проявлений терроризма — прим. авт./. Я бы себя даже назвал терминатором на 150 проц.», — утверждал он.

Со своей стороны лидер левацкой Партии трудящихся /ПТ/ Луиза Ханун утверждала о необходимости «продолжить процесс национального примирения с тем, чтобы окончательно вывести Алжир из туннеля». Она призывала превратить выборы в «референдум против терроризма», однако при этом предпочла построить предвыборную кампанию на предложениях, касавшихся решения социально-экономических проблем через укрепление госсектора экономики и критику международных финансовых институтов. Национальный республиканский альянс /НРА/ бывшего премьера Реды Малека заявил о своем стремлении «решительно бороться с терроризмом и обскурантизмом /исламизмом/», а ОКД — осудил политику национального примирения, поскольку та, по мнению этой партии, «потворствует безнаказанности» и «не является эффективным решением проблемы терроризма».

Для голосования по всей стране к услугам около 19 млн избирателей были открыты свыше 42-х тысяч избирательных участков. 24 политических партии и независимые кандидаты боролись за 389 депутатских мандатов. Голосование проходило по партийным спискам и спискам независимых кандидатов в 48-ми провинциях страны и за рубежом на основе пропорциональной системы. В итоге в выборах приняли участие всего 35,5 проц. избирателей. Наиболее низкие показатели, как и ранее, оказались в провинциях с преимущественно берберским населением — Тизи-Узу и Беджаия.

По оценке независимой Национальной комиссии по наблюдению за парламентскими выборами /НКНПВ/, само голосование изобиловало нарушениям избирательного законодательства, число которых «превзошло уровень изолированных случаев». Большинство из них совершалось в интересах ФНО, поэтому неудивительно, что в ряде случаев активистам этой партии в рукопашных противостояли сторонники НДО и ДОМ — двух других участниц правительственной коалиции.

В частности, в Руибе сотрудники избирательных участков отказались выполнить требование представителей НКНПВ, которые попросили продемонстрировать перед голосованием, что избирательные урны пусты. В ряде избирательных пунктов отсутствовали списки некоторых партий, формально участвовавших в выборах. Замечания НКНПВ были переданы в Конституционный совет, однако никак не повлияли на его вердикт. Со своей стороны глава МВД Алжира Язид Зерхуни утверждал, что выявленные нарушения избирательного законодательства «не окажут никакого влияния на результаты выборов».

Результаты пропрезидентской «тройки» были представлены выше. Что касается достижений других партий, то следует отметить ПТ — 26 мест, ОКД — 19 мест, НРА — 5 мест, а также 33 места, полученных независимыми кандидатами. Кроме перечисленных в ННА прошли еще 15 мелких партий националистического, исламистского и центристского толка. Они в сумме получили 57 мест. Один мандат получило Демократическое и социальное движение /бывшая компартия/. Как и ожидалось, две трети алжирцев вообще не пришли на избирательные участки. Они, похоже, понимали, что их выбор вряд ли мог что-то изменить.

По итогам выборов можно предположить, что в Алжире сохранится трехпартийная правительственная коалиция. Однако в новом кабинете произойдет перераспределение портфелей в ущерб ФНО — дополнительные министерские посты должны получить НДО и ДОМ. Один из важных итогов выборов — левацкая и отчасти троцкистская ПТ превратилась в первую по значимости политическую силу страны после пропрезидентской «тройки». Возможно, этот результат объясняется тем, что этой партией руководит женщина. Представительницы прекрасного пола были наиболее широко представлены и в избирательных списках ПТ, что, возможно, побудило часть женского электората голосовать за партию Луизы Ханун.

Прошедшие выборы стали провальными для исламистской партии «Аль-Ислах» /бывшее Движение «Ан-Нахда»/. Она получила всего 3 места вместо 43-х в парламенте прежнего созыва. Во многом это связано с тем, что эту партию покинул ее многолетний лидер Абдалла Джабалла.

На момент, когда готовилась эта статья, оставалось неизвестным, воспримет ли Бутефлика сигнал от 65 проц. избирателей, своими ногами проголосовавшими за изменения в политике правительства. Если он услышит этот сигнал, участь премьера и лидера ФНО Абдельазиза Бельхадема будет предрешена. В этих условиях на пост премьера может вновь претендовать лидер НДО. В противном случае ФНО рискует проиграть предстоящие осенью этого года выборы в местные органы власти. Как считает в этой связи алжирская газета «Либерте», только радикальное изменение кабинета может «спасти лицо» президента Бутефлики. «Будучи витриной, видимой стороной политики нашей страны, исполнительная власть в первую очередь оказалась под прицелом тех, кто не пришел на избирательные участки. Это правительство, находящееся у власти уже несколько лет, изжило себя и устало. Оно достигло своего порога некомпетентности», — отмечала газета.

Отдельного анализа заслуживают причины, по которым некогда единолично правивший Алжиром ФНО вместо абсолютного большинства в ННА стал довольствоваться относительным. Главной из них наблюдатели называют внутренний раскол, происшедший еще накануне президентских выборов 2004г. Тогда часть партии пошла за ее прежним лидером Али Бенфлисом, задумавшим составить конкуренцию Бутефлике. Стоит напомнить, что именно Бенфлис привел ФНО к громкой победе на выборах 2002г., и эта победа была подтверждена международными наблюдателями. Поэтому сохранившиеся в партии сторонники бывшего генсека вряд ли голосовали за партийные списки, куда вошли главным образом назначенцы Бельхадема.

В целом, окончательные итоги парламентских выборов можно будет подводить только после формирования нового кабинета. Только его персональный состав сможет продемонстрировать, какие уроки и выводы извлекли алжирские власти из прошедшего голосования.

49.62MB | MySQL:112 | 0,638sec