К вопросу о расширении турецкой военной базы в Катаре

Катаро-турецкое Совместное командование объединенных сил (The Qatar-Turkey Combined Joint Force Command) присутствует с октября 2015 года на военной базе Тарик бин Зияд (Тhe Tariq bin Ziyad military base) недалеко от Дохи. Оно состоит  из рот спецназа, военно-инженерных подразделений, групп огневой поддержки, а также группы связи военно-воздушных и военно-морских сил. Другими словами, это  боевые группы механизированного батальона, в котором задействовано порядка 300 турецких военнослужащих[i]. Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган и эмир Катара шейх Тамим бен Хамад Аль Тани с самого начала договорились о скором расширении базы, но вследствие катарской бюрократической системы и некоторых вопросов, связанных с определением места дислокации, процесс проходил медленнее, чем обычно.

Согласно последним сообщениям в турецких СМИ, я военная база Турции в Катаре будет расширена в октябре текущего года, и к ней будет добавлена авиабаза и военный порт[ii]. В результате турецкий контингент перерастет в бригадную оперативную группу численностью около 2000 военнослужащих, включая военнослужащих сухопутных войск, военно-воздушных сил, военно-морского флота и спецназа. Сообщается, что главы обоих государств планируют посетить церемонию ее введения в строй. Следует отметить, что база в Катаре в последние месяцы находится в центре повышенного внимания Турции, о чем свидетельствует ряд визитов на высшем уровня и совместные военные учения. Например, министр обороны Турции Хулуси Акар посетил базу в декабре 2018 года и осмотрел объект. В марте 2019 года состоялся визит вице-президента Фуата Октая. Также сотрудничество между турецкими и катарскими военными заметно активизировалось с прошлого года. В феврале 2018 года турецкий фрегат Gokceada побывал в порте Доха, а турецкие и катарские военно-морские силы провели первые совместные учения. В череде военных учений в апреле 2018 года (проходивших на территории Катара), войска двух стран провели полевые учения по боевой стрельбе, спецназ прошел тренировку действий в  рамках обеспечения безопасности на границе, а военно-воздушные силы выполнили плановые полеты Falcon-21 и трех турецких F-16. Ко всему прочему, в 2019 году турецкие и катарские силы специального назначения провели совместные антитеррористические учения, а командование турецкой жандармерии предложило катарским силам безопасности обучение в области внутренней безопасности.

Разумеется, конечная цель этих учений, в которых принимают активное участие военно-морские и военно-воздушные силы и основное внимание уделяется борьбе с терроризмом и обеспечению внутренней безопасности, заключается в укреплении взаимодействия между силами безопасности двух стран. Если в ходе учений будет достигнут желаемый уровень, то совместные турецко-катарские морские и воздушные патрули в Персидском заливе в следующем году не станут неожиданностью.

Оборонная промышленность является еще одним направлением расширения сотрудничества между Катаром и Турцией, при этом Анкара превращается в крупного поставщика военной техники для Дохи. Турецкий аналитик Али Бакир, который внимательно следит за ситуацией в Заливе, подчеркнул, что хотя Турция ранее продала Катару несколько воздушных и военно-морских систем, ее военный экспорт в эмирате вырос «очень значительно» с июня 2017 года, когда жестокий кризис разразился между Дохой и его соседями, в особенности с Саудовской Аравией, возглавившей экономическую и дипломатическую блокаду против Катара. В интервью Али Бакир отметил, что турецкие оборонные компании — среди них Baykar, который производит вооруженные беспилотники TB-2; Nurol Makina, производитель боевых машин 4×4 Ejder; BMC, который производит противоминные, защищенные транспортные средства Kirpi и многоцелевые бронированные машины Amazon; и судостроительный завод Anadolu, который производит учебные корабли, больше всех получили от международной выставки морской обороны 2018 года и конференции в Дохе (Тhe 2018 International Maritime Defense Exhibition and Conference in Doha), заключив сделки на общую сумму около 800 млн долларов с Катаром. Он также подчеркнул, что турецкая компания ASELSAN, которая производит радары, системы наблюдения, датчики и радиооборудование, создала совместное предприятие под названием BARQ с катарскими холдингами Barzan Holdings. Али Бакир заметил, что в конце 2018 года Управление оборонной промышленности Турции и турецко-катарская компания BMC подписали многомиллиардный контракт на серийное производство основного боевого танка «Алтай». Согласно ему, 250 танков должны быть произведены для Турции и 40 для Катара.

Напомним, что компания BMC — это совместное предприятие между турецкими лидерами оборонной промышленности и катарскими военными. Этем Санчак, бизнесмен, близкий друг Эрдогана и член Исполнительного совета правящей Партии справедливости и развития, владеет 25% акций BMC. Семья Озтурк владеет еще 25,1%, а остальные 49,9% принадлежат комитету промышленности Вооруженных сил Катара. В начале 2019 года Анкара предложила щедрые льготы  BMC, поскольку последняя арендовала крупнейший в Турции танковый завод, расположенный в северо-западной провинции Сакария, чтобы наладить производство танка «Алтай» по 25-летнему контракту всего за 50 млн долларов. Для Анкары этот контракт будет означать ее первый экспорт танка отечественного производства. Откровенно говоря, Дохе вряд ли нужно такое количество танков, учитывая его географическое положение и протяженность его единственной сухопутной границы (она составляет около 60 километров с Саудовской Аравией – авт.). Но такие крупные сделки по сотрудничеству в оборонной промышленности способствуют укреплению связей Катара с Турцией , гарантируют укрепление его военно-политического «щита» против возглавляемого КСА блока и помогают диверсифицировать закупки для обеспечения  потребностей эмирата в области безопасности.

Как сообщили Al-Monitor знающие подробности об этом событии источники, BMC взяла на себя обязательство перед Катаром, что после того, как будет  поставлена начальная партия из 40 танков, в дальнейшем в танке «Алтай» будет использоваться двигатель местного производства.  Правда, сотрудничество может серьезно осложниться, если компания не выполнит свое обещание разработать 100%-ный блок питания полностью турецкого производства. В этом смысле предприятие BMC станет первым реальным испытанием для турецко-катарского военно-оборонного партнерства. В любом случае, усилия по повышению функциональной совместимости между двумя вооруженными силами и растущими закупками Катаром турецких военных систем, как представляется, неизбежно повысят авторитет Турции в Персидском заливе, что, естественно, повлияет на региональные геополитические позиции двух стран[iii].

Катарский эмир — это иностранный лидер, с которым Р.Т.Эрдоган общается чаще всего. Возросшая в этом году частота их телефонных разговоров и встреч свидетельствует о том, что в предстоящий период двустороннее сотрудничество двух стран в различных областях будет активно развиваться. Станет ли сотрудничество более институционализированным в сфере оборонной промышленности? Это будет зависеть от того, насколько силовые структуры двух стран преуспеют в повышении оперативной совместимости и способности своих оборонно-промышленных предприятий совместно вести бизнес.

[i] https://www.al-monitor.com/pulse/originals/2019/08/turkey-qatar-military-cooperation-expand-with-air-naval.html Turkey’s military base in Qatar to expand with air, naval elements

[ii] http://www.hurriyetdailynews.com/new-military-base-in-qatar-to-inaugurate-in-autumn-145760 New military base in Qatar to inaugurate in autumn

[iii] https://www.al-monitor.com/pulse/ru/contents/articles/originals/2017/07/turkey-military-qatar-crisis-egypt-saudi-arabia-uae.html

43.57MB | MySQL:92 | 1,064sec