Пакистан: военные уходят?

В пятницу 20 июля полный состав Верховного суда Пакистана принял решение о признании незаконным указа президента генерала Первеза Мушаррафа от 9 марта с. г. об отстранении от должности главного судьи страны Ифтихара Мохаммада Чаудхри. Решение о восстановлении было принято единогласно 13 судьями, хотя трое из них воздержались при вынесении суждения по вопросу о степени законности президентских указов.

Оглашение вердикта было встречено с ликованием собравшимися в здании Верховного суда. Влиятельная судебная корпорация страны, состоящая из судей, адвокатов, юристов, выразила полное удовлетворение. Практически все политические силы в один голос одобрили вердикт.

Означает ли это событие обострение политического противостояния и борьбы между ветвями власти? Скорее всего, нет. После ряда месяцев нарастания напряженности можно говорить, пожалуй, о тенденции противоположного характера. Оглашая вердикт, председатель полного состава Верховного суда судья Рамдей подчеркнул, что решение нельзя рассматривать как победу судебной корпорации над военной.

Более того, можно полагать, что военные власти и правительство были заранее поставлены в известность о готовящемся решении. Сразу вслед за его обнародованием президент Мушарраф и премьер-министр Шаукат Азиз объявили, что исполнительная власть не будет подавать апелляцию и добиваться отмены принятого решения. Главный судья Чаудхри после перерыва в 134 дня приступил к выполнению своих обязанностей. При этом оставлены в силе решения исполнявших обязанности главного судьи судей Икбала и Бхагвандаса.

Как ныне представляется, в Пакистане достигнут компромисс, который может оказаться поворотным для развития событий в ближайшее время. Не исключено, что в стране сложится новая расстановка сил, при которой нынешняя военная верхушка будет вынуждена сотрудничать с антиисламистски настроенными политическими силами. Одновременно это будет означать разрыв ее связей с легально действующими происламскими политическими организациями.

Уступка военной корпорации, возглавляемой Мушаррафом, существенно ослабляет ее возможности маневрировать и делает вероятным проведение выборов в намеченные сроки (октябрь 2007 года) с обеспечением достаточно благоприятных условий для предвыборной кампании основных политических партий, в том числе и тех, лидеры которых находятся в изгнании, т.е. Пакистанской народной партии Беназир Бхутто и Пакистанской мусульманской лиги Наваз Шарифа.

Чтобы понять, насколько произошедшее существенно, стоит напомнить историю конфликта. 9 марта президент вызвал к себе главного судью и попросил подать в отставку из-за предъявляемых ему обвинений в злоупотреблении полномочиями. Судья отказался это сделать, и президент отстранил его на время от должности, направив дело на рассмотрение специальной юридической комиссии. Одновременно он назначил исполняющим обязанности главного судьи сначала одного, затем другого старшего по стажу судью Верховного суда (исполнявший обязанности главного судьи в течение почти четырех месяцев судья Бхагвандас — представитель индусского меньшинства)

Действия президента вызвали гнев и возмущение судей и юристов. Весь март и апрель проходили их манифестации в поддержку отставленного главного судьи, нередко перераставшие в стычки с полицией. Чаудхри совершил несколько поездок по стране для встречи с активистами движения в свою поддержку. Он вел себя почти как публичный политик, воздерживаясь, впрочем, от заявлений на острые политические темы.

Судебная корпорация требовала восстановления главного судьи в должности считая незаконным сам факт вмешательства президента в дела независимой, согласно конституции, ветви власти. Вопрос о степени соподчиненности исполнительной и судебной ветвей оказался камнем преткновения при рассмотрении дела специальной комиссией, и решение вопроса было, в конце концов, передоверено судьям Верховного суда.

12 мая Чаудхри (панджабец по происхождению), несмотря на предупреждения властей, посетил Карачи, крупнейший город страны, находящийся за пределами Панджаба. Его приезд туда был омрачен актами террора и вандализма. В ходе развернувшихся стычек между сторонниками судьи и активистами, принадлежащими к Объединенному национальному движению (Муттахида кауми мувмент) погибло 43 человека. Поддерживающее правительство и лично Мушаррафа движение (его участники, как и президент, принадлежат к урдуязычным мухаджирам, потомкам переселенцев в Пакистан из Индии после 1947 г.) в результате попало в «черный список» большинства общественных и политических организаций страны. Майские события накалили обстановку (см. о них статью В.Н.Москаленко и П.В.Топычканова «Нарастание внутриполитической напряженности в Пакистане в связи с «делом Чаудхри» -сайт Института Ближнего Востока. 14 мая 2007 г.)

Массовое движение в защиту главного судьи, по всей видимости, явилось неожиданностью для военных и правительства. Противостояние представителей двух ветвей власти наложилось на длившийся с начала года конфликт с исламистами, засевшими в Красной мечети в Исламабаде. Подавление силой исламистского сопротивления было связано с определенным риском и привело к обострению внутриполитической ситуации (см. наши статьи на том же сайте, 9 и 16 июля) Очевидно, поэтому президент и его окружение решили отступить в вопросе о главном судье.

Этот тактический шаг позволяет им сосредоточиться на главной опасности, которую ныне представляют воинствующие исламисты. Конец прошедшей недели был отмечен всплеском их террористической активности. Всего за июль месяц в результате силовых акций правительства и ответных действий исламистов погибло, по официальным данным, 285 человек, из них с 14 июля — 180.

Диверсионная война охватила по преимуществу пограничные с Афганистаном районы страны, прежде всего, населенные пуштунами округа провинции Белуджистан, в основном пуштунскую СЗПП (Северо-Западную пограничную провинцию) и прилегающую к ней горную местность, известную в Пакистане как FАТА (Federally Administered Tribal Area, т.е. Федерально управляемую территорию племен; русская аббревиатура — ФУТП). Среди семи агентств ФУТП наиболее неспокойным остается положение в Северном и Южном Вазиристане. Там проживают традиционно наиболее независимые племена вазиров и масудов. Считается, что упомянутые агентства давно стали убежищем для лидеров афганских талибов и «Аль-Каиды». Реальная власть вне небольшого числа городских поселений принадлежит в агентствах наследственным главам племен и новым вожакам, которые называют себя талибами. Последние не отрицают своих связей с афганскими талибами и единства идеологических программ.

Весной 2006 г. правительство ввело войска на территорию Северного Вазиристана и попыталось лишить талибов поддержки местного населения. Операция, однако, не принесла успеха. Пакистанские правительственные войска и полувоенные формирования понесли тяжелые потери. Талибы, также потерявшие ряд признанных лидеров, начали при поддержке старейшин племен переговоры о перемирии. В сентябре 2006 г. оно было достигнуто. Местные талибы обещали не допускать на свою территорию чужаков и иностранцев и не участвовать в подрывных операциях в Афганистане.

Политика умиротворения проводилась и в отношении экстремистов из других агентств территории племен. Но она в целом оказалась столь же безуспешной, сколь и силовая тактика. Пакистанские талибы, обманывая правительство и нарушая договоренности, на деле укрывали чужаков, превратив контролируемые ими территории в безопасное место для лидеров международного джихада. Граница между зоной племен и Афганистаном также оставалась открытой для проникновения через нее диверсионных групп.

Штурм Красной мечети, завершившийся 11 июля, заставил талибов Северного Вазиристана изменить тактику. Они обвинили центральное правительство в нарушении договоренностей, усилении контрольных и наблюдательных постов и объявили о прекращении действия перемирия от сентября прошлого года. Вслед за тем джихадисты перешли к активным террористическим действиям.

14 июля по дороге в столицу агентства город Мирамшах была взорвана автоколонна с военными, в результате чего погибло 24 и ранено 29 человек. 15 июля смертник пробрался на стадион в ближайшем к Северному Вазиристану городу Дераисмаилхан. Там проходил отбор рекрутов для службы в полицию. Взорвав себя, террорист унес жизни 28 человек. Еще несколько десятков получили ранения, в том числе крайне тяжелые. В последующие дни атаки на военные, полувоенные и полицейские части, заставы и патрули продолжались. Из числа погибших с 14 июля 180 человек более половины — рядовые и офицеры регулярных, полувоенных и полицейских частей.

Надо отметить, что война с джихадистами ведется в Пакистане тем же оружием, что применяется ими, и достается правительственной стороне более дорогой ценой, чем в Ираке и Афганистане. Там соотношение между потерями в регулярных войсках, органах безопасности и правопорядка к потерям среди их противников равняется 1 к 20 или даже 1 к 100. В Пакистане это соотношение меньше чем 1 к 2. Отсюда, в частности, непопулярность действий по борьбе с исламистами — уж слишком большой оказывается цена этой войны для армии и спецслужб.

Возвращаясь к началу статьи, следует отметить, что уступка военно-политического руководства страны в вопросе о восстановлении главного судьи, может и не иметь далеко идущих последствий. Такое произойдет, если вслед за тактическим отступлением пакистанских властей последует аналогичный шаг исламистов. Чтобы не оказаться в положении «козлов отпущения», они могут снизить накал террористической активности и в очередной раз пойти на замирение с властями. Переговоры о «спасении» соглашения от сентября 2006 г. уже несколько дней ведутся старейшинами племен Северного Вазиристана и губернатором СЗПП, который сам, кстати, является уроженцем зоны племен.

Если тактическая уловка исламистов удастся, в Пакистане не произойдет существенных подвижек в расстановке сил. Легально действующие исламисты останутся частью как правящей коалиции, так и парламентской оппозиции. В качестве правящей партии в СЗПП альянс происламских сил сохранит непосредственный контроль за ситуацией в этой ключевой ныне провинции и будет всячески сопротивляться планам ввода в СЗПП и ФУТП дополнительных, специально обученных для борьбы с экстремистами правительственных войск.

Если наступление правительства на исламистов заглохнет, это вызовет недовольство Вашингтона. Президент США Дж. Буш 19 июля публично призвал президента Мушаррафа усилить борьбу с террористами, скрывающимися на территории полосы племен, и пообещал полную поддержку любых действий Исламабада в этом отношении. Недовольство США может серьезно ослабить позиции генерала-президента. Не секрет, что ему теоретически может быть найдена подходящая замена среди других представителей генеральского корпуса Пакистана.

Вашингтон давно уже всячески подталкивает Мушаррафа к поиску компромисса с Беназир Бхутто, настроенной светски и проамерикански. В США надеются на победу ее партии на выборах в октябре. Предполагается, что Мушарраф останется президентом, выбранный на новый срок нынешним составом парламентариев, а к концу года уйдет в отставку с поста начальника штаба армии. Б.Бхутто, став премьером, обеспечит изоляцию легальных исламистов, блокируясь при этом с нынешней пропрезидентской партией. Восстановление демократии в Пакистане с отстранением военных от властных рычагов, согласно этому сценарию, обеспечит условия для эффективной борьбы с «Аль-Каидой» и движением Талибан.

Вероятность реализации таких расчетов на будущее снижается действием ряда обстоятельств. Во-первых, недостаточной популярностью Беназир Бхутто и ее партии. Дважды, в общей сложности в течение более четырех лет, она находилась на посту премьер-министра и оба раза в 1990-91 и в 1993-96 гг. действовала как руководитель не слишком удачно. Не проявила она и способности договариваться с различными силами, как политическими, так и институциональными, теми же военными, объединяя их вокруг своей персоны и программы действий. Во-вторых, недостаточно глубоким представляется ныне и кризис военно-политической структуры власти. У военных и политических сил, выступающих в тандеме с ними, еще есть резервы, и они могут выйти из нынешнего кризиса, не изменив существенно властный механизм. В-третьих, нельзя недооценивать возможности исламистов, как легальных, так и нелегальных, прибегающих к террору и диверсиям. Они могут оказаться в состоянии серьезно осложнить ситуацию в стране в случае прихода к власти в ней откровенно проамериканских, прозападных сил. В результате, вместо усиления антиисламистского фронта может произойти его существенное, даже роковое ослабление.

52.8MB | MySQL:103 | 0,445sec