Сирия: об истинных целях турецкого руководства в Идлибской зоне деэскалации

Совместное наземное патрулирование США и Турцией создаваемой на северо-востоке Сирии зоны безопасности поможет предотвратить возрождение в регионе террористической группировки «Исламское государство» (ИГ, запрещена в РФ). Об этом говорится в распространенном в четверг 12 сентября сообщении Центрального командования Вооруженных сил США по итогам встречи в Анкаре высокопоставленных американских и турецких военных. «Координация между двумя странами учитывает законные озабоченности Турции по безопасности в регионе. В воскресенье состоялась первое совместное наземное патрулирование с момента создания на северо-востоке Сирии центра совместных операций, — отмечается в пресс-релизе. — Такое сотрудничество предотвратит возрождение ИГ в регионе, позволит коалиции и нашим партнерам из «Сил демократической Сирии» продолжить борьбу с ИГ». Военные Турции и США 7 августа договорились о создании в Сирии центра совместных операций. Центр организован двумя странами для реализации плана по созданию на севере Сирии буферной зоны, куда смогут вернуться из Турции сирийские беженцы и которая бы стала защитным поясом для турецкой границы. Анкара настаивает на том, чтобы контроль над планируемой зоной безопасности обеспечивался исключительно ВС республики, против чего категорически возражают американцы. В этой связи ряд экспертов делают на основании этого вывод о том, что в настоящее время турецкая политика в отношении Сирии оказалась на перепутье. Времена, когда можно было заодно с ведущими государствами Запада и Ближнего Востока спокойно и однозначно поддерживать радикальных джихадистов под видом «формирований сирийской оппозиции», остались в прошлом. Переломным моментом для президента Р.Т.Эрдогана и его Партии справедливости и развития (ПСР) стала попытка военного переворота в июле 2016 года. Когда заговорщики получили укрытие в странах – партнерах Турции по НАТО, стало ясно, что Запад пытается положить конец той внешней экспансии, на которую делают ставку действующий турецкий президент и его сторонники. В данном случае несколько поправим такие выводы — на западе неприятен лично сам Р.Т.Эрдоган, который откровенно шантажирует ЕС на предмет откупных за сдерживание потока беженцев, а не турецкая внешняя экспансия. Более того,  наличие во главе Турции именно Р.Т.Эрдогана вынуждает западную коалицию самой участвовать в сирийском конфликте; было бы руководство в стране несколько иное, то основную роль в этой коалиции играли бы именно турки.  Но в условиях сильной антипатии и фактического бойкота лично турецкого президента со стороны Запада Анкаре действительно приходится маневрировать.

Далее экспертами делается следующий вывод. Вместе с Москвой и Тегераном Анкара запустила Астанинский процесс. При этом  подлинная цель Турции, весьма отличная от официальной риторики,  становится все более очевидной: создать на территории Сирии анклавы антиправительственных боевиков, упрочив среди них свое влияние и сохранив возможность вмешиваться в сирийские дела. Сейчас подобных анклавов осталось два: Идлибская зона деэскалации (ИЗД) и несколько северо-западных районов провинции Алеппо (Африн, Джараблус, Аазаз, Маареа, Ар-Раи, Эль-Баб). Второй анклав турками попросту оккупирован еще с 2017 года, под предлогом борьбы с ИГ и «курдским терроризмом». Что касается ИЗД, то здесь ситуация гораздо сложнее. Прямого контроля над данной территорией у Анкары нет. Собственно, она к нему и не стремится, предпочитая выступать в роли покровителя мусульман-суннитов и действовать руками «прокси» — наемников и джихадистов. Наиболее способной к ведению боевых действий и удержанию населения в повиновении на территории ИЗД оказалась группировка «Джебхат ан-Нусра», она же «Хайат Тахрир аш-Шам» (ХТШ, запрещена в России), с которой у турецких спецслужб давние и плодотворные контакты. Именно на территории Турции были организованы транзит и боевая подготовка как иностранных, так и сирийских джихадистов перед их вторжением в Северную Сирию в 2012 году. В приграничных районах Турции боевики радикальных группировок концентрировались и перед нападением на Идлиб в 2014 году, и перед атакой на Алеппо в 2016 году. Ведущую роль при этом всегда играла «Джебхат ан-Нусра», обладавшая наибольшим количеством профессионально подготовленных (в том числе турецкими военными) боевиков, лучшим вооружением и устойчивым финансированием, а также разветвленной сетью международных контактов в сфере криминального бизнеса. Без покровительства турок ХТШ не смогла бы взять власть по всей территории Идлибской зоны деэскалации. Турции даже не обязательно было применять против террористов собственные вооруженные силы. Достаточно было бы просто перекрыть границу и поддержать другие формирования, отнюдь не по доброй воле подчинившиеся джихадистам. Но вместо этого Анкара признала тот факт, что к началу 2019 года вся территория ИЗД перешла под контроль «Хайат Тахрир аш-Шам». Остальные  группировки перебазировались на оккупированный Турцией север провинции Алеппо, войдя в состав то ли «Национальной сирийской армии», то ли «Национального фронта освобождения» (полевые командиры сами путаются в наименованиях крышевых проектов, к которым их относят турецкие кураторы). При этом в ходе обострения обстановки на севере провинции Хама в мае – августе этого года террористы и протурецкий НФО действовали против сирийских войск вместе, создав для этого оперативное командование «Фатх аль-Мубин». Боевики подконтрольных Турции формирований, переброшенные в ИЗД через территорию Турции, предоставили ХТШ вооружение и технику, полученные от Анкары. Прибыли с турецкой территории и ракеты повышенной дальности действия для реактивных систем залпового огня боевиков, а также электронная начинка для ударных беспилотных летательных аппаратов, используемых джихадистами. Также известно, что именно боевики ХТШ обеспечивают безопасность турецких военных на территории Идлибской зоны деэскалации, так как руководство группировки давно уже издало фетву о допустимости сотрудничества с Турцией ради борьбы с официальным Дамаском. Стоит ли удивляться, что обстрелы позиций сирийских войск и населенных пунктов нередко проводятся из районов расположения турецких наблюдательных постов. В этой связи уточним эту информацию,  что первые поставки оружия «Джебхат ан-Нусре» осуществлялись еще три года назад в рамках совместной американо-турецкой подготовки т. н.  «светской оппозиции». При этом основная роль таких очень малочисленных отрядов заключалось в том, чтобы перейти с американским оружием на территорию Сирии, а затем передать его той же «Джебхат ан-Нусре», выдав эту операцию по передачи под его насильственный захват  со стороны джихадистов. Д.Трамп такую практику прекратил, и с тех пор то же самое турки делают сами, но ровно по такому же алгоритму.    А с недавних пор еще и с помощью собственных военных автоколонн. Причем в первую очередь снабжаются именно протурецки группировки, и во многих инцидентах с обстрелами напрямую участвовали именно протурецкие группы, в лице тех же туркоманов и уйгуров. Прежде всего, в случае запуска дронов  в направлении российской базы в Хмеймиме.

Эксперты далее констатируют, что последние по времени события в Идлибской зоне деэскалации демонстрируют, что действующее руководство ХТШ все меньше соответствует турецким ожиданиям. С этим утверждением мы не согласны, как раз вполне соответствуют.  Как известно, поддерживаемая турецкими властями исламистская организация «Братья-мусульмане» в 2018 году сформировала под крылом у «Хайат Тахрир аш-Шам» в Идлибе так называемое «правительство спасения» (кто сказал, что это «Братья-мусульмане»? Это пока салафиты просаудовского разлива в основной своей массе — авт.). Весной 2019 года была организована видимость проведения выборов в подобие парламента и органы местного самоуправления. Лидер террористов Абу Мухаммед аль-Джулани при этом от политической сферы декларативно устранился, заявив, что вооруженные группировки лишь обеспечивают безопасность населения «освобожденных территорий», а в дела гражданских властей не вмешиваются. Тем самым были созданы предпосылки для новых ходов не только турецкой, но и западной дипломатии: надо мол признать власти в Идлибе и на оккупированных Турцией территориях участниками процесса сирийского урегулирования. То есть узаконить статус созданных исламистами турецких протекторатов на международном уровне. На самом дел ровно так все и обстоит: и поддержка турками ХТШ связана прежде всего с тем обстоятельством, что именно эта группировка является стержневой в военном отношении в провинции, а это означает  в свою очередь, что именно от ее боевого потенциала напрямую зависит сохранение полугосударственного анклава в Идлибе. А сохранение такого оплота — есть основа сохранения влияния Турции в Сирии. Вот и все, ничего личного.

На самом деле всё в ИЗД, от рыночной торговли до работы медицинских учреждений и образовательных структур, обложено налогами и поборами в пользу ХТШ. Денег стоит распределение гуманитарной помощи, доставляемой с турецкой территории, и аккредитация для зарубежных журналистов, желающих поснимать как «сирийские повстанцы» борются с «режимом». С ХТШ обязаны сотрудничать все, от «Белых касок» до оппозиционных журналистов. Те, кто пытается отстаивать свои права или утаивать доходы, рискуют быть казненными, пропасть без вести либо оказаться в застенках печально известной тюрьмы «Аль-Икаб». При этом жадность главарей «Хайат Тахрир аш-Шам» негативно сказывается на боеспособности вверенных им отрядов (пока по динамике боевых действий этого не наблюдается — авт.).

10 сентября в интернете появилось видеообращение одного из полевых командиров ХТШ, Абу Али аль-Шидды, ранее состоявшего в группировке «Ахрар аш-Шам». Давний «борец с режимом» обвинил руководство ХТШ в уклонении от ведения боевых действий против Дамаска, предательстве «сирийской революции» и репрессиях в отношении «истинных моджахедов». По мнению Абу Али аль-Шидды, такое поведение связано с зарубежным происхождением ведущих главарей ХТШ и стремлением успеть получить с подконтрольной территории как можно больше доходов, не отвлекаясь на борьбу с правительственными войсками. По словам полевого командира, тысячи боевиков заняты грабежом населения и отказываются выдвигаться на передовую под предлогом того, что не получают зарплаты. На этом фоне объявленная подконтрольным аль-Джулани «Военным советом» мобилизация мужского населения Идлибской зоны в возрасте от 15 до 65 лет вызывает у местных жителей массовое возмущение. Не случайно группировка «Ахрар аш-Шам» вбросила в интернет информацию о том, что еще 5 сентября в районе погранперехода «Баб эль-Хава» Абу Мухаммеду аль-Джулани пришлось оправдываться перед представительной турецкой делегацией в присутствии командиров протурецкого «Национального фронта освобождения». Лидер ХТШ уверял турок, что его группировка все еще в состоянии удерживать ситуацию под контролем и готова вернуть утраченные территории. Пока ему вроде бы поверили, но судя по тому, что на территорию ИЗД прибывают все новые формирования из состава НФО, а позиции для них оборудуют сами турецкие военные, в Анкаре все больше склоняются к установлению над Идлибом фактически прямого контроля. В этой связи отметим, что турки давно были готовы установить свой контроль. Другой вопрос, что их главная сила в провинции Идлиб в лице «Ахрар аш-Шам» раскололась, и большая часть ее боевиков ушла под крыло ХТШ; если бы там не платили зарплату, то этого бы не произошло. Более того, такой раскол стал во многом возможен именно по причине того, что в результате паранойи турецких властей в отношении поисков мятежников в армии и спецслужбах была серьезным образом нарушена система логистики и материально-технического снабжения протурецких групп в Сирии. На сегодня собственно никаких предпосылок к изменению такого баланса сил в провинции нет, и это обуславливает позицию Анкары по союзу с ХТШ. Только теперь оружие переправляется с помощью  автоколонн самой турецкой армии под предлогом снабжения своих наблюдательных постов.  Турция перебросила военнослужащих, бронетехнику, а также строительную технику в сирийский Идлиб для укрепления своих наблюдательных пунктов. Об этом сообщает в четверг 12 сентября Анатолийское агентство. По его данным, колонна с военной и строительной техникой утром 12 сентября пересекла границу с Сирией и двинулась в направлении наблюдательных пунктов в зоне деэскалации. В 2017 году в провинции Идлиб и пограничных районах Алеппо, Латакии и Хамы была создана северная зона деэскалации. На ее территории действует сейчас 12 наблюдательных постов турецкой армии. И такая практика встречает соответствующее раздражение со стороны Москвы и Дамаска, которые соответствующим образом на это реагируют. 19 августа армейская колонна ВС Турции подверглась обстрелу, когда направлялась на усиление наблюдательного пункта в городе Морик на границе провинций Хама и Идлиб. Колонна двигалась по шоссе Алеппо — Дамаск и, как утверждалось в заявлении МИД Сирии, могла перевозить оружие для боевиков в городе Хан-Шейхун, за который в тот момент шел бой между сирийской армией и экстремистами. 28 августа Анкара обвинила сирийскую авиацию в том, что она нанесла удар вблизи турецкого наблюдательного поста в районе Рашидин на юго-западе города Алеппо.

52.78MB | MySQL:104 | 0,340sec