Французские эксперты о перспективах разработки углеводородов в Восточном Средиземноморье. Часть 1

На сайте Les cles du Moyen Orient («Ключи к Ближнему Востоку»)  был опубликован большой доклад французских экспертов под названием «Сближения и противоречия вокруг газовых запасов Восточного Средиземноморья», посвященный экономическим и политическим аспектам добычи и транспортировки природного газа с месторождений на шельфе Египта, Израиля, Ливана, Кипра и других государств региона, имеющих значительные запасы углеводородов. Данная проблема имеет большое значение для Европейского Союза вообще и Франции в частности в связи с тем, что европейская бюрократия в Брюсселе давно вынашивает планы снижения зависимости ЕС от поставок газа из России.

Французские исследователи придают большое значение состоявшейся в Каире 14 января с.г. встрече, давшей начало Газовому форуму Восточного Средиземноморья, в который вошли Египет, Израиль, Палестинская национальная администрация (ПНА), Иордания, Греция, Италия и Кипр. При этом Египет, Израиль, ПНА и Кипр выступают в роли производителей и возможных экспортеров газа, а Греция, Италия и Иордания в роли возможных потребителей. По мнению французских аналитиков, отражает не только экономическое, но и  политическое сближение данных игроков, объединенных общими интересами. Тенью, омрачившей данное заседание, стало отсутствие за столом переговоров трех государств, занимающих важное место в энергетическом балансе региона: Турции, Ливана и Сирии. Создание этого энергетического альянса иллюстрирует новую систему отношений, сложившуюся между региональными державами. При этом Египет, по мнению французских экспертов, возвращает себе статус и возможности крупной региональной державы благодаря стабилизации внутриполитической  обстановки при правительстве Абдель Фаттаха ас-Сисси и возобновлению отношений стратегического партнерства с Израилем. Главный вопрос, по мнению французского аналитика Реми Карселе, заключается  в том, являются ли газовые ресурсы элементом геополитики примирения или катализатором новых и старых противоречий?

Пионером в открытии и разработке месторождений природного газа в регионе стал Израиль. В 2009 году было открыто месторождение «Тамар» с запасами 217 млрд куб. м газа,  а в 2010 году месторождение  «Левиафан» с запасами 450 млрд куб. м. Ясно, что Израиль намерен использовать эти природные богатства не только для достижения энергетической независимости, но и для повышения политического веса. Учитывая региональную изоляцию, было бы логично, чтобы еврейское государство в поисках транспортировки газа на экспорт обратилось к своему старому партнеру – Турции. С 1948 года и до недавнего времени Анкара поддерживала дружественные отношения с Израилем. Кроме того с 1990-х годов Турция усиленно позиционирует себя в качестве международного энергетического хаба. В портах Измир и  Джейхан построены терминалы и необходимая инфраструктура (1).

Желание Турции стать необходимым элементом международной энергетической торговли вылилось в проекте газопровода «Набукко», широко обсуждавшемся в начале 2010-х годов. Азербайджанский газ с месторождения Шах-Дениз должен был поставляться через этот  газопровод в Европу в объеме 31 млрд куб. м в год. Это составляло в 2013 году 7% ежегодного потребления газа в Европе. 15% из этого объема должна была отбирать сама Турция. Это проект оказался неосуществимым, так как газовых ресурсов Азербайджана оказалось недостаточным для обеспечения экспорта. Попытки подключить к газопроводу Иран провалились из-за американских санкций против этой страны.

Одновременно после прихода к власти в Турции в 2002 году Партии справедливости и развития (ПСР) стали стремительно портиться турецко-израильские отношения. Турецкие исламисты начали поддержку палестинцев и движения ХАМАС. Это выразилось в скандале между Реджепом Таийпом Эрдоганом и тогдашним президентом Израиля Шимоном Пересом в Давосе в 2009 году и в инциденте с турецким судном «Мави Мармара» в 2010 году. По мнению французских экспертов, «арабская весна» на начальном этапе нанесла также ущерб отношениям Израиля с Египтом, который был после Кемп-Дэвидских соглашений 1978 года единственным союзником Иерусалима в арабском мире. В 2003 году появился проект Арабского газопровода (Arab Gas Pipeline), призванного экспортировать египетский газ в Ливан, Сирию, Иорданию и Израиль. Однако в связи с ускоренной эксплуатацией месторождений «Левиафан» и «Тамар» этот трубопровод вначале использовался в обратном направлении, для поставок израильского газа в АРЕ. После прихода к власти в Египте «Братьев-мусульман» в 2012 году в заявлениях египетского руководства все чаще стала использоваться антиизраильская риторика. На какое-то время покупка израильского газа была приостановлена в связи с деятельностью террористов на Синае, угрожавших безопасности газопровода.

В связи с этим израильское руководство обратило внимание на нового партнера: Кипр. В 2011 году около берегов этого маленького островного государства было открыто месторождение природного газа «Афродита», объем которого составляет по разным оценкам от 140 до 230 млрд куб. м. Эти запасы позволяют не только полностью обеспечивать энергетические нужды Кипра, но и оставляют существенную прибавку, которую можно экспортировать на европейский рынок, благо Кипр является членом ЕС. В 2015 году появился проект Восточносредиземноморского газопровода (East Med), способного экспортировать от 12 до 16 млрд куб. м израильского газа в год на рынки Европы через акваторию Кипра, далее Греции с ответвлением ветки «Посейдон» до Италии. Однако до реализации данного проекта так и не дошло в связи с появлением препятствий. Во-первых, стоимость строительства газопровода составила бы 6 млрд евро, что делает импорт кипрского и израильского газа европейскими потребителями малорентабельным. Во-вторых, выяснилось, что оба потенциальных экспортера имеют пограничные проблемы с соседями: Израиль с Ливаном, а Кипр с Турцией. Французские авторы обращают внимание на долгий и пока безрезультатный спор о морских границах между Израилем и Ливаном, напрямую касающийся 2-го и 9-го блоков на шельфе. В настоящее время ливанское правительство, озабоченное скорейшим началом эксплуатации газовых месторождений,  обращается к посредничеству ООН и США в попытках разрешить эти противоречия. Одновременно свои услуги по улаживанию проблем с Израилем Бейруту предлагают Греция и Кипр, желающие скорейшего вступления в силу газопровода East Med. Согласно Международной конвенции о морских правах ни одно государство не может начать эксплуатацию природных богатств шельфа в случае пограничных споров с соседями.

Это положение справедливо и для Кипра. Остров остается разделенным на две части после событий 1974 года. В этом году группа радикальных греческих националистов, близких к режиму «черных полковников» в Афинах, совершила государственный переворот и объявила о присоединении Кипра к Греции. В ответ на это под предлогом защиты турок-киприотов турецкое правительство ввело на Кипр свои войска. С тех пор остров остается разделенным. Турция блокирует все проекты по добыче и транспортировке газа на шельфе Кипра, ссылаясь на защиту населения непризнанной Турецкой Республики Северный Кипр (ТРСК). В связи с этим французские аналитики не считают возможным, по крайней мере в среднесрочной перспективе  строительство и нормальное функционирование газопровода East Med.

  1. https://www.lesclesdumoyenorient.com/Rapprochements-et-marginalisations-autour-du-gaz-en-Mediterranee-orientale-1-2.html
52.71MB | MySQL:104 | 0,352sec