Размышления о реальных причинах нынешних протестов в Египте

Многочисленные акции в поддержку президента Египта Абдель Фаттах ас-Сиси и Вооруженных сил республики прошли в пятницу 28 сентября в Каире и других городах страны. Они были организованы в противовес пикетам и антиправительственным выступлениям, которые прокатились по нескольким городам ровно неделю назад. Как передает газета «Аль-Ахрам», в поддержку руководства страны в Каире и других провинциях на улицы вышли тысячи человек. В столице сразу на нескольких площадках были организованы концерты и выступления артистов, исполнявших патриотические песни. Люди с египетскими флагами скандировали лозунги в поддержку президента и стабильности страны. В ряде провинций марши были инициированы профсоюзами. Ранее в пятницу ас-Сиси, вернувшись из Нью-Йорка, где он принимал участие в работе Генеральной Ассамблеи ООН, заявил египетским журналистам, что его не беспокоят акции протеста. «Нет оснований для беспокойства <…>. Египетский народ стал более сознательным, его нельзя обмануть», — сказал он. При этом египетский лидер подчеркнул, что при необходимости он может вывести на улицы миллионы своих сторонников. С утра в Каире были перекрыты все подъезды к площади Тахрир, а также проезды по основным автотрассам. В течение всего дня в городе наблюдалось значительное присутствие полиции, меры безопасности были серьезно усилены. Эти демонстрации по выражению лояльности президенту АРЕ лично стали в общем-то его пропагандистским ответом на недавние выступления оппозиции. 20 и 21 сентября  крупные города в Египте испытали серию небольших, но яростных антиправительственных протестов. Сотни ( самое большее, тысячи) людей, как сообщается, протестовали в Каире, Александрии, Суэце и Эль-Махалле эль-Кубра. Силы безопасности применили слезоточивый газ и резиновые пули и задержали до 2000 демонстрантов за незаконное собрание (с 2013 года Египет ограничивает собрания более чем 10 человек, если у них нет разрешения правительства). По оценке американских экспертов, эти митинги могут представлять собой вспышку временной нестабильности, с которой силы безопасности и правительство Египта могут справиться быстро и легко, но при этом существует несколько нюансов, которые могут быть индикатором повторения таких событий в среднесрочной перспективе с удвоенной силой.

Это прежде всего экономика. Именно экономические проблемы подпитывают градус общественного недовольства правительства. В макроэкономическом плане Каир сейчас ситуацию смог относительно стабилизировать, пополнив свои валютные резервы, укрепив курс национальной валюты и  снизив инфляцию в течение последних трех лет, прежде всего благодаря самому крупному кредиту Международного валютного фонда в регионе. Но то, что хорошо для макроэкономики и государственных финансов, совсем не означает облегчение ситуации на местах: треть всех египтян живет в нищете, безработица и неполная занятость остаются серьезными проблемами, а санкционированные МВФ меры жесткой экономии фактически семзили покупательную способность граждан, даже в условиях стабилизации  государственных финансов.   На этом уровне за последние пять лет Египет резко увеличил импорт оружия, превратившись в третьего по величине покупателя в мире после Индии и КСА. При этом такой рост совершенно неадекватен тем военным вызовам, которые сейчас стоят перед страной. В этой связи практически все военные эксперты солидарны во мнении, что стремление Каира  к наращиванию закупок вооружений преследует  прежде всего цель укрепления регионального влияния и престижа страны с пропорциональным уменьшением своей зависимости в области безопасности от Соединенных Штатов. При этом надо отметить, что такая закупка без соответствующего обоснования с точки зрения анализа уже имеющихся типов оружия различных производителей у египетской армии сопряжено со значительными издержками с точки зрения военной эффективности. И в  конечном счете, такие расходы неприемлемы из-за экономических реалий Египта. Расходование больших сумм на закупку оружия и боеприпасов  резко диссонирует с нестабильной экономической ситуацией в Египте и отсутствия у него крупного условного регионального противника. Таким образом, нынешняя тенденция в политике Каира в области ВТС в рамках возвращения себе статуса регионального тяжеловеса за счет неограниченного импорта вооружений может в конечном счете привести страну либо к финансовому коллапсу, либо к возобновлению новых протестных проявлений.  Прежде всего по причине того, эти шаги Каир в рамках решения за счет ВТС своих региональных амбиций осуществляет в ситуации крайне хрупкой экономической стабильности. Несмотря на тот факт, что в последние годы экономика Египта улучшилась,  Каир по-прежнему целиком зависит в рамках своей экономической стратегии от международных займов. Нынешнее улучшение его макроэкономических показателей в этой связи напрямую зависит от кредита в размере 12 млрд долларов, который Каир смог получить в МВФ два года назад. Правительство ас-Сиси по-прежнему привержено жесткой экономической реформе, отчасти потому, что продолжение программы кредитования жестко увязывается с осуществлением Каиром мер жесткой экономии и структурных реформ. В результате, дефицит национального бюджета Египта сокращается, снижается инфляция, а прогноз по сокращению внешнего долга выглядит осторожно-оптимистичным. Все это привело к тому,  что Всемирный банк прогнозирует 5,8-процентный рост страны в 2020 году. Повышение общей стабильности в Египте за последние пару лет способствовало восстановлению основных отраслей туризма и энергетики.  Даже общий уровень безработицы снизился, хотя безработица среди молодежи по-прежнему высока, даже по региональным меркам. Немаловажно также и то, что Египет смог выйти на самостоятельное обеспечение себя газом, что предельно важно с учетом мировой тенденции к повышению уровня цен на газ и ограниченные валютные резервы страны.  Отказ от импорта позволит сэкономить казне порядка 27 млрд египетских фунтов (1,5 млрд долларов), которые будут направлены на экономические реформы.  При этом Египет поставил целью увеличение на 50% добычу природного газа к середине 2018 года и дальнейшее наращивание этих показателей. В ближайшие четыре года в Средиземноморье планируется реализовать 16 проектов в газовой сфере общей стоимостью в 25 млрд долларов. Кроме того, за последние четыре года в нефтегазовой сфере было реализовано еще 24 проекта с инвестиционным капиталом в 2,16 млрд долларов, которые привели к добыче 1,4 млрд куб. м газа и 26 тыс. баррелей конденсата. В конце года Каир планирует объявить международный тендер на разработку и освоение газовых месторождений на Красном море. В настоящее время наиболее перспективными из реализуемых проектов являются газовое поле Эз-Зохр, где Египет стремится выйти на уровень добычи в 7,2 млрд куб. м газа в день, а также ряд других проектов, включая поля в Западной дельте Нила, к северу от Александрии на шельфе Средиземного моря.    Но несмотря на этот момент и кредиты МВФ, экономика останется «ахиллесовой пятой» для египетских властей на долгосрочную перспективу. В конечном итоге предполагаемый  экономический рост не сможет опередить по своему положительному воздействию исключительные темпы роста населения и потребности граждан в основных услугах и ресурсах. По оценкам ООН, к 2050 году население Египта достигнет 150 млн, и 200 млн — к  2100 году. Президент А.Ф.ас-Сиси назвал неконтролируемый рост населения самой большой угрозой национальной безопасности. Экономика Египта, возможно, и улучшилась за последние несколько лет, но по всем прогнозам основных международных рейтинговых агентств страна не может позволить себе продолжать свое крупное наращивание вооружений в долгосрочной перспективе — в том числе и потому, что большая часть операций по закупке оружия финансируется сейчас за счет кредитов, которые Каир все еще должен выплатить. Помимо всего прочего, есть и еще один очень важный момент: это жуткая забюрократизированность властной вертикали власти страны и неэффективность управления экономическими реформами. Если совсем грубо, то приход к власти военных ознаменовал собой просто приход новых людей в исполнительную власть страны при практически полном сохранении тех алгоритмов управления, которые существовали при Хосни Мубраке.

Новый неожиданный всплеск беспорядков, направленный конкретно против президента Абдель Фаттаха ас-Сиси и военных, может стать только первым этапом нарастания  антиправительственных настроений. Это самый большой эпизод беспорядков в Египте с 2016 года, когда народное возмущение усилилось из-за плана египетского правительства передать контроль над двумя ненаселенными островами Красного моря, Тиран и Санафир, Саудовской Аравии. В то время силам безопасности удалось разогнать демонстрации в Каире с относительной легкостью. Но демонстранты получили политическую поддержку от влиятельных кругов, включая парламент, который принял закон, осуждающий передачу островов. На этот раз демонстрации носят явно антиправительственный характер, поскольку они сосредоточены непосредственно на президенте.

В этой связи поправим американских экспертов. Вся история с островами жестко режиссировалась самим А.Ф.ас-Сиси, который просто за счет таких демонстраций и противоречивых решений судов различной инстанции  по этому вопросу торговался с Эр-Риядом. Причем очень цинично. В этой связи отметим тот факт, что принципиальное отличие нынешнего всплеска демонстраций от протестов той поры заключаются в том, что они властями не управлялись и были направлены исключительно против лично президента. До сих пор президент умело маневрировал с точки зрения создания такой политической конъюктуры, когда он выходил из-под удара общественной критики путем регулярной ротации кадров в том же силовом блоке, обозначая тем самым «стрелочников» с точки зрения провалов в контртерорристической кампании на  Синае и выводя себя из-под удара. И второй момент — в нынешних протестах было минимальным участие сторонников «Братьев-мусульман», которые были основными локомотивами всех предыдущих проявлений общественного протеста. Эти сторонники в какой-то степени примкнули к демонстрациям уже в процессе их проведения, но при этом последние стали и для лидеров движения некоторым откровением. Можно сказать, что всю эту историю затеял и профинансировал эмигрировавший в Испанию  египетский бизнесмен Мухаммед Али, который, будучи главным субподрядчиком египетской армии, в какой-то момент просто поссорился со своими партнерами. То есть, налицо спор «хозяйствующих субъектов», но все не так просто. Это уже противоборство внутри пришедших в результате переворота представителей «старой элиты», которая сначала «распилила» основные активы клана и ближнего круга бывшего президента Х.Мубарака, а вот теперь приступила к выяснению отношений уже внутри себя. Это плохой сигнал, поскольку за таким переделом стоит лично А.Ф.ас-Сиси, тем самым повторяя сомнительный опыт попыток узурпировать в руках своего близкого окружения основные финансовые рычаги. То есть, идет процесс, который привел в свое время к серьезным катаклизмам в Алжире, Тунисе и в той же Сирии. В этой связи отметим, что недовольные используют социальные сети в качестве инструмента стимулирования протестов, а основные обвинения сконцентрированы на эпизодах растраты президентом и его близким кругом  государственных средств и жизни в роскоши, в то время как другие египтяне пребывают в нищете. Классический вариант использования фактов коррупции власти (реальной и мнимой) в качестве средства для идеологического цементирования разномастных недовольных. Такое впечатление, что Навального в России и М.Али в Египте консультируют одни  и те же политтехнологи. Во-вторых, в рамках нынешних беспорядков власти арестовали Хазема Хосни и Хасана Нафеа, двух лидеров движения «Братья-мусульмане», которые были связаны с бывшим кандидатом в президенты Сами Ананом ( бывший начальник Генерального штаба ВС АРЕ, который был арестован, когда он пытался баллотироваться на выборах против А.Ф.ас-Сиси в прошлом году), а также журналиста и оппозиционного политика Халеда Давуда. Эти задержания последовали  за арестом адвоката и правозащитника Махиенура аль-Масри 22 сентября. Этот набор репрессированных свидетельствует о том, что налицо тактическое  сближение между обиженными военными  представителями экономической «светской» элиты с «братьями». Альянс безусловно ситуативный и нацелен на А.Ф.ас-Сисси, но его контуры очевидны.

Пока также очевидно, что египетское правительство и военные располагают более чем достаточными политическими ресурсами и инструментами в области безопасности для подавления небольших уличных митингов. Тем не менее, сами эти беспорядки заслуживают пристального внимания, поскольку стоит задаться вопросом, насколько эти действия могут дестабилизировать президентство А.Ф.ас-Сиси в среднесрочной перспективе. В то же время, очень похоже (а ряд экспертов говорит об этом уверенно), что часть элиты среди  египетского руководства и военных позволили протестам продолжаться, ослабляя ответные меры безопасности и усиливая митинговые страсти в социальных сетях в попытке запятнать имидж президента во время его участия в Генеральной Ассамблее ООН. Непоследовательность в первоначальной реакции Министерства внутренних дел на эти протесты также вызвала некоторые подозрения в том, что в египетской структуре исполнительно власти уже существуют  разногласия по вопросу развития экономики страны и безусловной поддержки А.Ф.ас-Сиси. Такое положение дел объясняется не провалами борьбой с террористами конечно, а прежде всего «несправедливым» дележом экономического пирога.

52.83MB | MySQL:107 | 0,561sec