О планах усиления ПВО Сирии и Ирака на из-за воздушной кампании Израиля против этих стран

Премьер-министр еврейского государства Биньямин Нетаньяху назвал важным для безопасности Израиля состоявшийся 7 октября  телефонный разговор с президентом России Владимиром Путиным. «У меня был важный разговор с президентом России Владимиром Путиным. Я встречался с ним несколько недель назад по вопросам, важным для безопасности Государства Израиль, и этот разговор также важен для безопасности Государства Израиль», — цитирует высказывания Нетаньяху его канцелярия. «Нас [Израиль] окружают серьезные вызовы, и мы успешно ведем сотрудничество и координацию с Россией, это исключительно важно для нас, и мы будем продолжать это делать», — добавил глава израильского правительства. О каких же конкретно вопросах, связанных с безопасностью Израиля, шла речь? По ряду утечек, Израиль очень серьезно встревожен перспективами продажи Ираку и Сирии некоторых современных российских средств ПВО. В случае с Сирией это вопрос фактически решен, там скоро встанет на дежурство комплекс С-400, а вот с Багдадом такие переговоры прошли фактически впервые с момента свержения режима С.Хусейна. В этой связи американские эксперты отмечают, что неспособность Сирии и Ирака защитить свои воздушные пространства от израильских авиаударов приведет к тому, что они могут  попытаться приобрести более совершенные системы ПВО. Новое оборудование, в частности из России, может усилить сдерживающий фактор в формате израильских ударов, но при этом оно не обеспечит надежного решения в области безопасности. Если Сирия и Ирак получат больший контроль над своим воздушным пространством, их способность сбивать израильские самолеты может спровоцировать новые конфликты.

Сирия и Ирак сейчас начинают сталкиваться с общей проблемой: это постоянная израильская воздушная кампания, которая нацелена на иранские и связанные с Ираном активы на территории этих стран. Из-за ограниченного потенциала противовоздушной обороны обеих стран Израиль имел практически полную свободу действия для проведения своей кампании. Теперь, однако, Багдад может попытаться исправить этот недостаток на фоне недавних сообщений о том, что Россия рассматривает возможность продажи высококачественных радиолокационных систем «неким» странам Ближнего Востока.  Отметим при этом, что речь в данном контексте идет  не только об Ираке, а в большей степени об ОАЭ и КСА. Американцы полагают, что  если Багдад реализует такие планы, это может вызвать неожиданные проблемы для него: наличие этих систем будет недостаточно, чтобы полностью остановить израильскую кампанию, но они будут представлять достаточно серьезную проблему для израильских самолетов, что само по себе  может вызвать новый раунд конфликта в этом районе. В этой связи ключ к проблеме лежит в более глобальных вещах. На фоне  гражданской войны в Сирии и борьбы с «Исламским государством» (ИГ, запрещено в России) Иран самым серьезным расширил присутствие своего асимметричного потенциала в регионе. В ответ Израиль начал воздушную кампанию в Сирии, которая недавно распространилась также на Ирак и Ливан. Израиль проводит свою воздушную кампанию в Сирии с 2013 года. Первоначально его военные самолеты нацеливались на конкретные поставки иранского оружия, предназначенного для «Хизбаллы», но со временем они расширили географию ударов, включив в него иранские активы в Сирии, которые включали в себя ракетные арсеналы и линии материально-технического снабжения  ливанской шиитской группировки. Общая цель кампании выходит за рамки тактического запрета на поставки иранского оружия в эти страны, поскольку израильские лидеры стремятся помешать Ирану  закрепиться на территории, столь близкой к самому Израилю. В июле и августе Израиль распространил эту кампанию на Ирак и Ливан. В Ираке Израиль в основном нацелился на арсеналы оружия, принадлежащие связанным с Ираном подразделениям «Аль-Хашед аш-Шааби», где, по ряду данных, появилось ракетное тактическое вооружение. В Ливане целями были объекты и инфраструктуры  палестинского Народного фронта освобождения Палестины-Главное командование (НФОП-ГК). Эта группа долгое время была союзником Дамаска и воевала вместе с «Хизбаллой» и сирийскими правительственными войсками в Сирии. Интенсивность ударов в Ираке и Ливане ни в коем случае не достигла уровня Сирии, но способность Израиля легко совершать нападения подчеркивает, насколько доступно региональное воздушное пространство для израильских операций. Безнаказанность Израиля проистекает прежде всего из ограниченных возможностей ПВО Сирии и Ирака. Их слабый потенциал  позволяет Израилю проводить воздушные операции над этими странами практически без потерь (до сих пор Сирии удалось сбить только один израильский самолет F-16, в феврале 2018 года). И Сирия, и Ирак используют в основном устаревшие системы ПВО времен СССР, которые сильно  технически и морально устарели.

При поддержке России Сирия попыталась восстановить свои возможности ПВО во время гражданской войны, приобретя ряд российских систем, таких как системы точечной обороны «Панцирь-С1», системы ПВО среднего радиуса действия «Бук-М2» и ограниченное число батарей С-300 более широкого радиуса действия. Хотя эти системы представляют собой компоненты  многоуровневой противовоздушной обороны, их количество в Сирии в конечном счете недостаточно для обеспечения охвата всего воздушного пространства за пределами изолированных зон. Кроме того, экипажи, обслуживающие эти более продвинутые системы, показали себя недостаточно технически подготовленными, о чем свидетельствует случайное уничтожение российского самолета в сентябре 2018 года, когда сирийцы пытались стрелять по израильским самолетам. В других случаях сирийские экипажи пускали ракеты по израильским самолетам уже  после того, как последние нанесли свои удары. Короче говоря, попытки Сирии модернизировать свою систему ПВО пока не привели к созданию реального сдерживающего фактора для Израиля. Но все может измениться после постановки  на боевое дежурство С-400.

Ирак имеет более амбициозные планы, в том числе и в рамках предложения США о создании интегрированной системы противовоздушной обороны. Однако поставка таких систем была приостановлена на неопределенный срок в связи с борьбой Багдада против «Исламского государства». Ирак получил на сегодня только восемь систем Avenger (американская система, основанная на платформе Humvee, которая стреляет ракетами Stinger и  зенитные орудия для точечной обороны), но они могут защищать только отдельные воинские части, а не охранять более широкую территорию. Более важные элементы пакета предполагаемой сделки, такие как радары наблюдения и системы управления, так и не поступили. Более того, даже самолеты F-16, полученные Ираком, могут стрелять только ракетами класса «воздух-воздух» с относительно малой дальностью, ограничивая их возможности в воздушном бою или перехвата ракет. В результате  Ирак приобрел у России системы ПВО «Панцирь-С1», но их охват в лучшем случае также очень ограниченный. Последние по времени удары по арсеналам шиитского ополчения в Ираке показали со всей очевидностью, что даже самые современные элементы этих ограниченных возможностей ПВО не смогли эффективно сдерживать израильскую воздушную кампанию. В этой связи и Сирия, и Ирак продолжают искать у России дополнительные возможности в рамках  восстановления надежного контроля над своим воздушным пространством. Ходят слухи о переговорах в отношении дополнительных поставок систем С-300 и даже С-400, но пока нет данных о конкретике. Совсем недавно Москва объявила, что несколько ближневосточных стран подписали контракты на поставку радиолокационных систем резонансного типа; Сирия и Ирак были бы главными кандидатами на получение таких систем из-за недостатков их ПВО и их прошлых закупок такого оборудования у Москвы. Резонанс-NE — это по существу новый большой статический радар, который  предлагает большую дальность (до 1100 километров или около 688 миль) и даже способность обнаруживать более сложные цели, такие как самолеты-невидимки или крылатые ракеты. Такой радар мог бы помочь Сирии и Ираку более эффективно контролировать свое воздушное пространство — но это оборудование не дает само по себе возможность сбивать воздушные цели. Для того чтобы такая РЛС была наиболее эффективной, Сирии и Ираку все равно потребуются более интегрированные системы ПВО, а также современные ракетные комплексы класса «земля-воздух». Конечно, приобретение таких систем у России будет сопряжено с определенными материальными издержками, особенно для Ирака, который поддерживает тесные отношения в области безопасности с Соединенными Штатами с 2003 года. Соединенные Штаты активно пытались отговорить ближневосточные страны от покупки российской военной техники через угрозу санкций (например, «Противодействие противникам Америки через закон о санкциях» — CAATSA), а также через существующие вторичные последствия санкций, введенных в отношении «Рособоронэкспорта». Вашингтон ранее использовал эти угрозы против таких стран, как Турция и Индия, но потерпел неудачу, и это создало опасный для Вашингтона прецедент.

Но даже если Дамаску и Багдаду удастся приобрести первоклассные российские системы ПВО, они все равно столкнутся со многими проблемами в деле предотвращения израильских авиаударов. Во-первых, у Сирии и Ирака пока есть проблемы в рамках опознавания   израильских и американских самолетов, учитывая, что они созданы на ряде аналогичных платформ. Любое сомнение может привести либо к бездействию, либо к опасному просчету. Кроме того, Израиль может эффективно глушить вражеские радиолокационные системы и средства ПВО. Во-вторых, Израиль располагает значительным потенциалом дальнобойных крылатых ракет воздушного базирования, что позволяет ему наносить удары по целям вне зоны радиуса  средств ПВО. В частности, в рамках ударов по целям в Сирии израильские ВВС использует  акваторию Средиземного моря к западу от Ливана.

Помимо этого, возникает парадоксальная ситуация: значительное улучшение потенциала эффективности несет в себе риски серьезной эскалации. Если Дамаску или Багдаду удастся сбить израильские истребители, это может привести к быстрой эскалации военных действий в рамках  ответных мер израильтян  непосредственно против Сирии или Ирака, а не против связанных с Ираном активов, которые размещаются на их территории. В этой связи отметим, что в данных рассуждениях американских экспертов много лукавства. Речь и в случае с Ираком, и с Сирией идет о поставках систем С-400, что снимает вопрос о дистанционных ударах. Главная проблема не в технических возможностях этой системы, а в адекватной подготовки операторов этих систем из числа местных военных. Это основная проблема плюс очень недешевый по материальным издержкам контракт на приобретение таких систем. И, конечно, позиция Москвы, которая в данном случае является ключевой с точки зрения готовности продавать такие системы и обучать их экипажи. И в данном случае Москва не вполне готова и далее терпеть израильские удары по целям в Сирии. Воздушные обстрелы сирийской территории со стороны израильских военных могут дестабилизировать обстановку в регионе. Об этом заявил глава МИД РФ Сергей Лавров в интервью арабоязычным СМИ, размещенном в четверг на сайте российского дипведомства. «Что касается произвольных воздушных ударов Израиля по сирийской территории, то мы никогда не скрывали негативного отношения к подобным действиям, которые дополнительно дестабилизируют обстановку, могут привести к эскалации и даже выходу ситуации из-под контроля», — сказал он.  Как отметил Лавров, Сирия не должна превращаться в объект чьих-то планов и площадку для сведения счетов (очень прозрачный намек на предвыборные амбиции израильского премьера — авт.). «Главной задачей всех ответственных сил должна быть помощь в возвращении мира на сирийскую землю»», — подчеркнул министр. Отсюда и звонки израильского премьера в Москву. Отсюда и попытки каким-то образом подружиться на первом этапе с аравийскими монархиями.  Министр иностранных дел Израиля Исраэль Кац сообщил, что продвигает инициативу по заключению с арабскими странами Персидского залива соглашений о ненападении. Соответствующую запись глава внешнеполитического ведомства еврейского государства сделал в воскресенье 6 октября в «Твиттере». «В последнее время при поддержке премьер-министра [Израиля Биньямина Нетаньяху] я продвигаю дипломатическую инициативу по подписанию с арабскими странами Персидского залива соглашений о ненападении. Этот исторический шаг положит конец конфликту и позволит развивать сотрудничество в гражданской сфере до подписания мирных соглашений», — написал Кац. Министр также сообщил, что «во время визита в ООН представил эту инициативу министрам иностранных дел арабских стран и спецпредставителю США на международных переговорах Джейсону Гринблатту». «Я буду продолжать работать над укреплением статуса Израиля в регионе и во всем мире», — добавил он. Кац представлял Израиль на сессии Генеральной Ассамблеи ООН в конце сентября в Нью-Йорке. Очень сомнительны итоги такой инициативы, поскольку это безусловно полумеры в контексте общего процесса ближневосточного урегулирования.

52.81MB | MySQL:104 | 0,430sec