О влиянии фактора турецкой военной операции в Сирии на отношения США и ЕС с Турцией

Спикер Палаты представителей Конгресса США Нэнси Пелоси и лидер демократического меньшинства в Сенате Чак Шумер считают, что американо-турецкие договоренности по северо-востоку Сирии подрывают доверие к внешней политике Соединенных Штатов. Об этом говорится в совместном заявлении законодателей, опубликованном в четверг 18 октября на сайте Пелоси. «Президент [США Дональд] Трамп мечется. Решение президента дать задний ход [в вопросе] санкций в отношении Турции за [ее] жестокое нападение на наших курдских партнеров в обмен на фиктивное прекращение огня всерьез подрывает доверие к американской внешней политике и посылает нашим союзникам, а также нашим врагам опасные сигналы о том, что нашим словам нельзя верить», — утверждают Пелоси и Шумер. «Президент [Турции Тайип] Эрдоган не отступил ни от чего, а президент Трамп дал ему все», — считают законодатели. По мнению Пелоси и Шумера, хозяин Белого дома «развязал дальнейшую эскалацию хаоса и отсутствия безопасности в Сирии, в результате чего погибли десятки невинных гражданских, а сотни тысяч вынуждены были покинуть свои дома». «В выигрыше от политики президента остаются только наши противники: ИГ (террористическая группировка «Исламское государство», запрещена в РФ — прим. ТАСС), [президент Сирии] Башар Асад, [президент РФ] Владимир Путин и Иран. Сегодняшнее решение еще больше подтверждает доводы о том, что президент Трамп не видит в Путине той опасности, которую он представляет для нашей страны», — заявляют законодатели. Помимо этого, Пелоси и Шумер добавили, что на следующей неделе Палата представителей «примет жесткий двухпартийный пакет санкций [в отношении Турции], призванный обратить вспять гуманитарную катастрофу, спровоцированную Трампом в Сирии». Председатель комитета по иностранным делам Сената Конгресса США республиканец Джеймс Риш, старший демократ комитета Роберт Менендес и другие сенаторы представят законопроект в связи с операцией Анкары на северо-востоке Сирии, включающий новые санкции против Турции и России. Об этом говорится в распространенном в четверг заявлении законодателей. «Двухпартийный законопроект, который будет скоро представлен, потребует от администрации предоставить стратегию того, как сохранить наши победы в борьбе с ИГ и предотвратить его  возрождение  в Сирии и Ираке, предоставить гуманитарную помощь гражданскому населению Сирии, — отмечается в тексте. — Кроме того, [предлагается] ограничить поставки вооружений Турции и ввести новые болезненные санкции против Турции и России». По мнению сенаторов, стратегия должна включать отчеты о влиянии России и Ирана в Сирии, возможностях восстановления группировкой ИГ своих позиций. «Требуются данные о вторжении Турции в Сирию, условиях гуманитарного доступа, помощи и защиты гражданских лиц, сведения о возможных военных преступлениях Турции, — говорится в заявлении. — [Предлагаются] ограничения на поставки вооружений Турции, санкции против турецких чиновников и лиц, поставляющих вооружения для турецких сил в Сирии, президенту следует противодействовать получению Турцией займов от международных финансовых институтов, также [предлагаются] санкции за враждебное поведение России в Сирии, за поддержку [президента Сирии Башара] Асада».

В этой связи американские эксперты полагают, что достижение перемирия, которое через посредничало Соединенных Штатов было заключено между Турцией и «Силами демократической Сирии»  (СДС), не уменьшит политического стремления значительной части Конгресса США наказать Турцию посредством наложения нового пакета санкций. Турция в свою очередь будет иметь серьезные внутренние причины для принятия  ответных мер против этих санкций, в первую очередь через массовую активность, бойкоты и инициативы местных органов власти против интересов США и Запада внутри Турции. В этой связи американские политологи отмечают, что Белый дом готов отменить санкции против Турции, но это не означает, что Конгресс США  прекратит свое давление на Анкару в связи с ее наступлением на курдов из СДС в ближайшее время, и этот фактор повышает перспективу продолжения американского санкционного давления на правительство президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана. Вероятный ответ Турции окажет серьезное негативное воздействие на связанные с Америкой предприятия и частных лиц в Турции в краткосрочной перспективе, а также на западных партнеров в области ВТС  в долгосрочной перспективе.

В рамках своих усилий по наказанию Турции за ее операцию против сирийских курдов Министерство финансов США объявило о введении санкций 14 октября против турецких министерств энергетики и обороны — в дополнение к министрам энергетики, обороны и внутренних дел — наряду с 30-дневным периодом свертывания деятельности для иностранных компаний, участвующих в деятельности с любым министерством. Но то, что Белый дом и Министерство финансов представили до сих пор, является лишь демонстрацией о намерениях.  Конгресс готовит законодательство о более серьезным санкциях, которые несомненно начнут реализовываться, если будет нарушен нынешний режим  прекращения огня.  В случае усиления санкционного давления и общего ухудшения отношений между Анкарой и Вашингтоном, последует однозначный турецкий ответ. Причем в качестве основного инструмента таких ответных мер будут турецкие частные компании, местные турецкие чиновники и даже рядовые граждане. Прежде всего это будет касаться ограничения  их связей с американским бизнесом. В этом контексте турки, например, могут прекратить выдачу лицензий американским компаниям (как это сделал муниципалитет в Большой Анкаре в 2018 году) или бойкотировать американские товары и услуги. В августе 2018 года Эрдоган призвал к неофициальному бойкоту американской электроники в связи с санкциями США в связи с задержанием Турцией американского пастора Эндрю Брансона. И хотя призыв Эрдогана не был юридически обязывающим, он начал самым серьезным образом негативно влиять на экспорт США в Турцию, что  Вашингтон вовремя купировал и снял свои санкции против Анкары раньше наступления видимого ущерба. Вот такой неофициальный ответ Анкары, а не прямая, организованная государством кампания, будет самой очевидной реакцией турок на возможное американское эмбарго. Примером такой кампании стал недавний эпизод,  в разгар дипломатического кризиса между Нидерландами и Турцией в 2017 году члены ультранационалистической турецкой группировки «Серые волки» незаконно взломали государственные и частные сайты Нидерландов, временно нарушив бизнес-операции. Двумя годами ранее боевики этой  группы также напала на тех, кого она приняла за китайских туристов (на самом деле они были корейцами) в Стамбуле из-за обращения Китая с уйгурами. Существует также риск того, что западные экспаты и неправительственные организации, действующие в Турции, особенно те, кто выступает против продолжающихся турецких операций в Сирии или общей турецкой политики в отношении курдских боевиков, могут столкнуться с аналогичными жесткими мерами. В этой связи возможны даже прямые атаки на правительственные или коммерческие объекты США, как это было, когда было обстреляно  посольство США в Турции в августе 2018 года. При этом  правительство Турции будет использовать и зеркальные ответные меры, даже при условии того, что реальное влияние таких шагов  будет носить ограниченный характер. Например, Турция быстро отреагировала на санкции США в отношении двух турецких чиновников в августе 2018 года и ввела аналогичные ограничения  в отношении двух американских чиновников.  Белый дом, например, ввел отсроченные санкции против Турции за ее покупку российской системы противоракетной обороны С-400, но если санкции, связанные с противодействием противникам Америки через закон о санкциях (CAATSA) реально будут приняты, Турция, скорее всего, ответит зеркально, предприняв по крайней мере символические действия против американских оборонных компаний. Учитывая экономическое несоответствие между двумя странами, прямое и косвенное турецкий ответ не сильно навредит  экономике США, но он безусловно  нанесет ущерб американским и западным компаниям, которые имеют доступ к турецким рынкам, в долгосрочной перспективе. Это также может привести к большему ответному удару США, стимулируя эскалацию кампании по принципу «око за око». Если такие санкции будут действовать  в долгосрочной перспективе, это нанесет ущерб способности любого турецкого или американского бизнеса вести свои дела в этих странах.

При этом Анкара сильно лимитирована в формировании своих ответных мер в отношении экспорта в области ВТС, поскольку Турция по-прежнему сильно зависит от таких товаров. Западные санкции в области экспорта вооружений, скорее всего, еще больше маргинализируют западно-турецкие оборонные связи, но в отличие от других аспектов отношений Турции с Западом, у Анкары будет очень лимитированный выбор инструментов для ответных мер.  Турция по-прежнему импортирует 60% своего оружия из Соединенных Штатов,  затем по объемам следуют Испания (фирма Navantia в рамках поставки оборудования для производства военных кораблей-амфибий) и Италия (Leonardo — радары и электронное оборудование).  Ключевыми партнерами ВПК Турции являются и другие крупные компании, такие как британские BAE Systems и Rolls-Royce (разработка моделей военных самолетов) и южнокорейские Hyundai Rotem и Hanwha Techwin (оборудование и вооружение для танка Алтай и самоходной гаубицы T-155 Firtina). Германия также является крупным поставщиком: MTU Friedrichshafen GmbH и Rheinmetall поставляют новые  танки и самоходные орудия; Mercedes-Benz и MAN SE обеспечивают продажу и поддержку военных грузовиков, а HDW помогает строить подводные лодки. Турция будет надеяться, что эти оборонные компании окажут давление на свои правительства, чтобы ограничить последствия санкций и избежать принятие таких мер. Тем не менее, неопределенность укрепит турецкие представления о необходимости получения максимальной степени независимости от Запада в этой области: после санкционной кампании Турция будет работать над улучшением собственной оборонной промышленности и дальнейшей диверсификацией своих партнеров по экспорту оружия, чтобы уменьшить свою подверженность будущему западному влиянию. Это, в конечном счете, представляет собой растущие риски для оружейных компаний Запада, имеющих связи с Турцией, поскольку Анкара ищет способы заменить часть своего бизнеса отечественными компаниями внутри страны и новыми партнерами за рубежом. Пока этот момент не останавливает европейцев с точки зрения явного приоритета политики над экономикой. ФРГ, Испания, Италия уже объявили и приостановке всех оборонных контрактов с Анкарой. И это не просто дань защите прав курдов: они в данном случае просто повод для того, чтобы очень жестко очертить перспективы туркам и по вопросу разногласий в связи с бурением на шельфе Кипра или турецким шантажом Брюсселя стимулированием нового миграционного кризиса. А сирийское досье для Брюсселя лишь повод поставить Анкару на место. Отсюда и неприятие ее планов по организации зоны безопасности. ЕС требует от Турции полного прекращения боевых действий в Сирии и считает прекращение огня, о котором объявили Анкара и Вашингтон не перемирием, а требованием полной капитуляции курдов. Об этом заявил председатель Европейского совета Дональд Туск в пятницу на пресс-конференции по итогам саммита ЕС. «Я не хочу накалять эмоции и провоцировать напряженность между ЕС и Турцией. Но так называемое прекращение огня — это не то, чего мы ожидали. По сути это вообще не прекращение огня — это требование о капитуляции курдов» — заявил Туск.  «Мы можем лишь повторит наш призыв к Турции немедленно прекратить боевые действия, отозвать войска и соблюдать международные нормы. И это явно не результат соглашения, которое озвучили вице-президент США [Дональд Трамп] и президент Турции [Тайип Эрдоган]», — подчеркнул он.

44.83MB | MySQL:115 | 1,407sec