Вторая ливанская война: уроки для ВПК и тактики действий

Каждый военный конфликт и каждая масштабная операция имеют огромное значение по своей исключительности для военно-промышленного комплекса и тактики действий Российских вооруженных сил. Вторая ливанская война тому подтверждение. Однако эта война стоит особняком. И для такой оценки есть все основания. Действия Израиля в Ливане стали испытательным полигоном для проверки в реальных боевых условиях теоретических положений израильской военной мысли и новых технологических наработок в области вооружений, беспилотных летательных аппаратов, совершенствования тактики действий специальных и бронетанковых частей вооруженных новым оружием.

Первый вывод. Документально подтверждено, что в Ливане израильскими ВВС было испытанно оружие нового поколения, которое армия США уже использовала в Афганистане и Ираке для поражения глубоко расположенных бетонированных объектов. Частью английских, французских, арабских экспертов было выдвинуто предположение, что, возможно, в ряде боеголовок управляемых бомб или ракет взрывное устройство было заменено на Е-заряд (тактическое электромагнитное оружие). Можно допустить, что создание электромагнитного поля с частотой гамма-излучения способно вызвать расщепление атома отличными от ныне известных способами. Вероятно, было проведено испытание воздействия электромагнитного поля в ограниченном тактическом пространстве на приборы управления и наблюдения и системы огня бронеобъектов, последних образцов израильских танков Меркава 3/4 и тяжелых бронетранспортеров на их базе.

Для Российских вооруженных сил из этого предположения следует, что при проектировании новых образцов наземного тяжелого вооружения (танков, САУ, бронетранспортеров), кораблей военно-морского флота и самолетов ВВС и ПВО необходимо учитывать поражающий фактор электромагнитного поля тактического масштаба, выводящий из строя электронику. Поэтому необходимо предусматривать и дублирование систем электроники механическим ручным управлением бронетанкового и самоходного артиллерийского вооружения, летательных аппаратов и кораблей ВМФ. Излишне доверие к «электронным показателям», к потере навыков ручного управления и традиционным «классическим способам ориентирования». Примером недостаточной облученности российских летчиков при выходе из строя электроники (в частности, приборов навигации) и потери навыков и способов классического ориентирования может быть падение российского самолета при перегоне из Ленинградской области на территорию Литвы в 2005 г.

Вывод второй. «Ракетный дождь Хизбаллы» вскрыл недоработки и недостатки в организации противоракетной обороны Израиля. Система противоракетной обороны, созданная совместными усилиями США и Израиля, и зенитно-ракетные комплексы “Патриот” показали абсолютную неспособность поразить ракеты “Касам” или “Катюша” на низколетящих траекториях. Корабельная система ПРО оказалась бесполезной при предотвращении удара дозвуковой противокорабельной модернизированной французской ракеты “Экзосет” (Exocet).

Эти же обстрелы показали, что третья страна (Иран? КНДР?), поставившая противокорабельные ракеты, провела испытания своей продукции в реальных боевых условиях, и это испытание залпа двух ракет прошло успешно, поскольку первой ракетой был поражен израильский корвет, а второй — находящееся рядом судно. В итоге были вскрыты недостатки современного израильского противовоздушного вооружения и неспособность израильской противоракетной обороны защитить территорию Израиля от ракетного оружия на низких траекториях.

Для Российской армии это означает, что следует пересмотреть требования к тактико-техническим характеристикам российских средств ПКО и ПВО и перенацелить часть сил и средств на разработку комплексов вооружений тактической противоракетной обороны для поражения реактивных снарядов с низколетящими траекториями зенитными ракетными комплексами, поражающими неуправляемые снаряды с помощью миниатюрных ракет «земля–воздух». Необходимо учесть опыт Армии обороны Израиля, показавший, что совмещение средств разведки и поражения баллистических ракет и ракет на низких траекториях нецелесообразен и требует разнесения как средств разведки и наведения, так и средств поражения. Совмещенный «комбайн» израильско-американских противокосмических и противоракетных средств оказался неэффективным. Поэтому, как предлагают отдельные специалисты, совмещение средств разведки и поражения баллистических ракет и ракет на низких траекториях нецелесообразно.

Вывод третий. С учетом значительных потерь Армии обороны Израиля при ведении боевых действий на участках местности, насыщенных наземно-подземными сооружениями, и учетом опыта боевых действий в Афганистане назрела необходимость разработки отдельного раздела боевых уставов: особенности ведения боевых действий подразделениями и частями в наземно-подземных комплексах и бункерных сооружениях.

Вывод четвертый. Следует взять на вооружение и исследовать эффективность созданных в результате реорганизации в Армии обороны Израиля «центров организации огня» авиационной и артиллерийской поддержки войск, появившихся в израильской армии в результате ее перевода на цифровые технологии. Новые центры, по теории, должны были в реальном масштабе времени координировать нанесение ударов ВВС и артиллерии в интересах пехоты и танков. Однако в реальной боевой обстановке лета 2006 г. взаимодействие этих центров с ротами, батальонами и бригадами сухопутных войск оказалось низким, особенно по эффективности поражения целей. Полагаясь больше на электронные данные от ВВС и артиллерийских частей, «центры организации огня» не реагировали на информацию армейских полевых частей о том, что цели не подавлены. Хотя артиллерия израильской армии, по сути, не имея артиллерийского противодействия со стороны «Хизбаллы», действовала по «полигонным лекалам» в идеальных условиях артиллерийского полигона.

С учетом этого фактора в Российской армии с переходом на цифровые технологии также необходимо приступить к разработке такого же типа «оперативно-тактических центров организация огня», но в программу управления внести корректировку и реакцию на первичную информацию, получаемую из подразделений и частей сухопутных войск.

Вывод пятый. Анализ поражения израильской бронетанковой техники (израильская армия потеряла до 60 единиц) — тяжелых высокозащищенных бронетранспортеров, на танковом шасси трофейных танков Т-55-Ахзарит (Achzarit), основных израильских танков Нагмахон (Nagmahon), Пума (Puma) и Накпадон (Nakpadon) и нескольких опытных образцов Немерах (Nemerah) на базе современного танка Меркава (Merkava) — выявил несколько важных причин. Были выявлены серьезные пробелы в подготовке танкистов, которые оказались необученными особенностям ведения войны с формированиями боевиков. Особые претензии были высказаны к подготовке танковых экипажей, не овладевших навыками противодействия ПТУР (не сумевших поставить дымовые завесы, не практиковавших огонь с ходу для «сбивания» прицела, не обученных отходу задним ходом без разворота танка). Отмечалось, что по тяжелой технике наравне с применением ПТУР велся огонь зажигательными боеприпасами по личным вещам экипажа, разнородным предметам, закрепленным на корме танков и бронемашин, что вызвало поджог трех танков Меркава (2 Merkava Mк2 и один Merkava Mк4). При горении личных вещей экипажа, кроме того, отмечалось сильное задымление боевого отделения, что приводило к остановке танков и БТР.

Видимо, в Российской армии при подготовке экипажей танковых и бронетранспортеров следует учесть необходимость освобождения танков от разнородных предметов, а также обучение приемам постановки дымовых завес с использованием термодымовой аппаратуры и способам движения задним ходом, без разворота башни, а в подготовку стрелков внести элемент обучения приемам стрельбы зажигательными боеприпасами по имуществу, закрепленному на БТР и танках.

Вывод шестой. При подготовке мотострелковых, воздушно-десантных подразделений «противопартизанским действиям» следует учесть тактические приемы соприкосновения с противником на предельно коротких дистанциях и при рукопашных боях, примененные подразделениями «Хизбаллы» при децентрализованных действиях не в составе подразделения, а изолированно друг от друга, не имея соседей и без возможности получить эффективную поддержку с воздуха и артиллерийского огня на стадии боевого соприкосновения.

Видимо, необходимо вновь ввести обучение приемам и способам действий отделения, взвода, рота, батальона «в окружении» и рукопашного боя, практически не отрабатываемых в Российской армии последние десятилетия. В разделы тактической подготовки мотострелкового (воздушно-десантного) полка, батальона, роты ввести тему «деблокирование окруженного батальона, роты, взвода и отделения».

Вывод седьмой. Он касается подготовки разведчиков и частей специального назначения. Израильские специалисты отмечали «деквалификацию» разведчиков, бойцы не могли вести самостоятельную разведку, поскольку имели навыки наблюдения на территории Иудеи и Самарии. Совсем другое потребовалось в Ливане — другой уровень и навыки для боя с деблокированием окруженного подразделения и определения мест установки легких ракет («катюш»). Как отмечали израильские эксперты, при противопартизанской борьбе ведущей силой при борьбе с легкими ракетами («катюшами») или с объектами, о которых нет данных, должны использоваться разведывательные подразделения сухопутных и специальных войск, имеющие больше возможностей для их поражения. В израильской армии сделаны выводы: в составе разведывательных рот будет введен курс подготовки снайперско-разведывательных взводов, будет введена отдельная программа обучения разведывательных подразделений обнаружению и уничтожению легких ракет. Аналог с Афганистаном и Чечней напрашивается сам собой. Видимо, необходим пересмотр требовательности к бойцам российских спецподразделений по овладению способами скрытного и бесшумного передвижения и усиления навыков противоснайперской борьбы, деблокированию окруженного батальона, роты, взвода и отделения и приемам и способам самостоятельного уничтожения легких ракет («катюш») или «кочующих расчетов» снайперско-разведывательными группами, или с привлечением артиллерии, или наведением авиации.

44.72MB | MySQL:110 | 7,715sec